— Я и не думала, что здесь будет столько народу, — удивилась Эмили, вертя головой во все стороны. — Как здесь кого-то найти?
— А ты кого-нибудь ищешь? — поинтересовалась Джулия.
Эмили замялась.
— Да нет. Просто спросила.
Но чтобы проверить свою догадку, Джулия повела Эмили к главной сцене. На улице их было несколько, там играли разные группы — больше фолк и блуграсс, — а главная сцена стояла точно по центру улицы, посередине проезжей части, так что толпа огибала ее с двух сторон, словно река, обтекающая островок.
У ступеней, ведущих на сцену, стояла небольшая компания. В основном Коффи. Мужчины в шляпах и женщины в накрахмаленных платьях с широкими поясами. Уин был в соломенной шляпе-канотье, которая смотрелась бы по-идиотски на любом другом мальчике его возраста. Конечно, Эмили сразу уставилась на него. И он, как будто почувствовав взгляд, поднял голову и посмотрел на нее. Никто из них не сделал и шага в сторону другого, но напряжение, возникшее между ними, было почти осязаемым.
— Почему Уин… почему Коффи так одеты? — спросила Эмили. — В смысле, еще наряднее, чем обычно.
— Потому что это их фестиваль. Его учредили Коффи лет шестьдесят назад. Это их детище. Чуть позже они еще выступят с речью на этой сцене, а потом их пригласят в жюри. На конкурсы барбекю и пирогов.
Отец Уина посмотрел на сына, проследил за его взглядом и сразу подозвал Уина к себе. Буквально в ту же секунду, когда Джулия увела Эмили прочь.
Они с Эмили замечательно провели время на празднике. Объелись всякими вкусностями и купили памятные футболки с надписью «ВЕСЕЛИЛСЯ ДО ПОРОСЯЧЬЕГО ВИЗГА НА ФЕСТИВАЛЕ БАРБЕКЮ В МЭЛЛАБИ». У Джулии не было лишних денег на такое транжирство: она почти ничего не тратила на себя — все уходило на выплату долга по закладной на ресторан, — но оно того стоило.
Джулия не бывала на празднике барбекю уже много лет. Где-то здесь должна была стоять палатка ее ресторана. Нужды заниматься этим самой не было — все устраивали менеджеры. Джулия помнила, как папа любил этот праздник. И ведь было время, когда ей нравилось ходить на фестиваль с отцом.
Она думала, что для нее этот праздник давно утратил свою привлекательность, но не жалела, что пошла. Она увидела его заново — глазами Эмили. И в первый раз за долгое время поняла, что в Мэллаби все же есть что-то, чего ей не хватало.
Усталые, разгоряченные и довольные, они наконец добрались до луна-парка на дальнем конце улицы. Уже вечерело, и Джулия с Эмили собирались прокатиться разок на аттракционах, съесть по мороженому, купить угощение для Ванса и вернуться домой.
Но тут показался Савьер, пробиравшийся сквозь толпу прямо к ним. Заметь она его раньше, Джулия попыталась бы потихонечку увести Эмили и затеряться в толпе, но девушка увидела его первой.
— Смотри, Савьер! — воскликнула она, словно он был экзотической редкой райской птицей, на которую стоит взглянуть.
Никто не стал бы отрицать, что Савьер — это и вправду достойное зрелище из разряда «Это надо видеть!». Но когда он подошел, Джулия вся напряглась. С прошлого вторника она избегала Савьера, пытаясь придумать, что теперь делать и как жить дальше. Она пребывала в полной растерянности, лишившись своей злости. Долгие годы злость была ее верной и неизменной спутницей, но теперь, когда Савьер пробился сквозь эту стену и Джулия решила ему рассказать о том, что действительно произошло в том далеком году, она чувствовала себя беззащитной. Будто шла по канату без страховочной сетки, и тот поцелуй показал, как легко упасть.
Савьер посмотрел на нее с такой страстью, что она даже смутилась. Но сказал он совершенно не то, что предполагал его пылкий взгляд:
— Надеюсь, теперь ты довольна. Всю неделю мой навигатор пытается направить меня к «Унитазам для всей семьи».
Эмили рассмеялась, а Джулия пробормотала:
— Прошу прощения.
— Мне кажется, тебе нравится посылать меня не туда. — Прежде чем Джулия успела ответить, Савьер повернулся к Эмили. — Тебе нравится праздник?
— Очень, — ответила Эмили.
— Мы уже скоро уходим, — вставила Джулия. — Только прокатимся на аттракционах и сразу пойдем домой.
Савьер принял это как приглашение. Он не привык получать отказ. С ним такое случалось редко.