— Нормальным, — закончил за него Уин.
Морган кивнул.
— С твоей мамой сначала все было так же. А потом Логану задурили голову, и он открыл всему городу наш секрет. Мы с твоей мамой были женаты всего два года. Но все изменилось. Она не простила меня за то, что я ей ничего не рассказал и она узнала об этом только вместе со всеми.
Каждый мужчина из рода Коффи измышлял свой собственный способ открыться женщине, которая стала его женой. Но это всегда происходило уже после свадьбы. Еще одна давняя традиция, теперь утратившая смысл. Уин часто задумывался, а стал бы отец вообще говорить что-то маме, если бы Логан не раскрыл семейную тайну?
— Мама тебя любит, — Уин был уверен, что это правда. Во всяком случае, это было правдой когда-то.
Морган встал и направился к двери.
— Она любит меня при свете дня. Нас все любят при свете дня. Поверь мне, Уин. Я пытаюсь уберечь тебя от страданий.
Глава 14
Джулия припарковала грузовичок у мусорных баков на заднем дворе ресторана. В голове билась мысль: Что я сделала, черт возьми? Савьер ее так разозлил, что она с ним переспала. Да, она была в бешенстве. Но это ли истинная причина? Может быть, это всего лишь предлог, который она безотчетно искала?
Теперь все предыдущие полтора года пошли прахом. Джулия не знала, что делать. У нее больше не было цели, не было плана. И сейчас ей придется войти в ресторан, уже полный народу. Войти в той же одежде, в которой она была вчера. Источая запах Савьера. Она взглянула на себя в зеркало заднего вида. Господи, у нее даже видны следы на щеках — раздражение от его щетины.
Она застонала и уронила голову на руль. Она могла бы поехать домой, но тогда люди начнут беспокоиться. Спрашивать, почему ее не было. Все ли с ней хорошо. Джулии не хотелось ничего объяснять. К тому же воскресенье — самый загруженный день в ресторане. И самый прибыльный. Ей надо пойти и сделать свою работу.
Она попыталась пригладить волосы, но лучше не стало. Вдохнула и выбралась из машины.
Когда входишь через заднюю дверь, на кухню можно пройти только через обеденный зал, с той стороны, где туалеты. Джулия попыталась проскользнуть незамеченной, но невольно замедлила шаг, увидев, сколько в ресторане народу. Она, конечно, читала финансовые отчеты и знала, что дела в ресторане идут хорошо. Но одно дело знать, а другое — увидеть своими глазами.
Отец был бы доволен. Он бы сейчас вышел в зал, чтобы поприветствовать посетителей, пообщаться, обменяться новостями. На миг Джулии показалось, что она даже видит отца в его футболке и джинсах, неизменной бейсболке и белом переднике. Еще одно воспоминание, еще одна призрачная тень в ее жизни. Но потом кто-то прошел между ней и привидевшимся отцом, и Джулия его потеряла. Ей вдруг подумалось: интересно, когда она отсюда уедет, останется ли тут отец? Будет ли жить память о нем?
— Привет, Джулия! — крикнул кто-то из посетителей, и несколько голов повернулись в ее сторону. Раздались еще приветствия. Кое-кто помахал ей рукой. Две старушки, вместе с которыми Джулия ходила в церковь, когда была маленькой, даже поднялись из-за стола, чтобы пригласить ее на воскресную вечернюю службу.
Обычно Джулия уходила так рано, что не встречала никого из этих людей. Да, она видела их на улицах или в универсаме, но они никогда не были столь дружелюбны. Почему-то здесь, в ресторане, они воспринимали ее по-другому. Здесь она была не просто Джулией, а хозяйкой заведения. Благодаря ей у них осталось любимое место, где можно собраться, вкусно поесть, пообщаться. Здесь она была дочерью Джима Уинтесона. В их глазах это заслуживало уважение.
Джулия улыбнулась им и прошла в кухню, совершенно ошеломленная.
Когда она закончила печь торты, уже подошло время обеда. В ресторане было не протолкнуться. Торты шли нарасхват. Их начали разрезать и подавать еще до того, как Джулия закончила писать на доске названия сегодняшней выпечки.
Как оказалось, пока Джулия была в кухне, в ресторан пришла Беверли, но явно не для того, чтобы здесь пообедать. Она ждала Джулию за столиком у двери, а когда она поднялась, пара, вместе с которой она сидела, вздохнула с видимым облегчением.
— Джулия! — Беверли подошла к барной стойке, размахивая большим конвертом из плотной бумаги. Несколько человек повернулись в ее сторону. — Я зашла к Стелле Феррис. Искала тебя. Потому что ты никогда не бываешь в ресторане во время обеда. Что ты здесь делаешь в такое время? Ты бываешь здесь только утром. Это все знают. Если есть заведенный порядок, его надо придерживаться.