Я обратился к ней.
— Элин, эти типы по ту сторону реки пытались меня убить. То, что это им не удалось, не меняет сути дела. Но я, кстати, не собираюсь никого убивать, ведь сказал, что лишь попугаю их. — Поднял вверх карабин и добавил: — А парня, у которого забрал эту игрушку, я тоже оставил в живых.
Я направился к реке, но свернул в сторону, не доходя до берега. Нашел удобное укрытие и лег, наблюдая, как Кенникен и компания безуспешно пытаются добраться до платформы. На расстоянии сто метров телескоп, установленный на тридцатикратное увеличение, оказался слишком сильным, поэтому отрегулировал его на шестикратное увеличение. Камень передо мной представлял удобную опору. Я прижал приклад к плечу и вгляделся в окуляр.
У меня не было намерения кого-нибудь убивать. Не потому, что не хотел, но трупы, от которых трудно избавляться, представляют большое неудобство и могут вызвать неприятные вопросы со стороны соответствующих органов власти. Кроме того, раненый русский так же окончательно выбывает из игры, как и мертвый. Приятели переправят его на борт траулера, который наверняка уже стоит где-то поблизости, может, даже в порту Рейкьявика. Никто другой, кроме русских, не располагает таким количеством траулеров, используемых для других целей, чем ловля рыбы.
У меня нет намерения никого убивать, но скоро кто-то будет молить Бога о смерти.
Кенникен куда-то исчез, а оставшаяся тройка вела оживленную дискуссию о методе решения поставленной мною проблемы. Я прервал ее, произведя пять выстрелов в течение тридцати секунд. Первую пулю послал в коленную чашечку мужчины, стоявшего у джипа, и в то же мгновение все как сквозь землю провалились. Раненый лежал, корчась и воя от боли. До конца его дней одна нога будет короче другой, разумеется, если его быстро отправят в госпиталь. В противном случае будет счастлив, если ее удастся сохранить.
Снова прицелился и нажал на курок, посылая пулю в переднее колесо джипа. Это был самый лучший карабин, какой я в своей жизни держал в руках: при выстреле в цель на расстоянии сто метров полет пули проходил по такой низкой траектории, что я мог послать ее именно туда, куда хотел. Шина оказалась не просто пробита, а разорвана на куски силой удара посланной с близкого расстояния большой пули калибра 375. Такая же участь постигла и второе переднее колесо, когда выстрелил в третий раз.
Кто-то из них выстрелил из пистолета. Я проигнорировал это и послал очередной патрон в ствол. Установил прицел на середине радиатора и выстрелил. От удара джип аж заколыхался на рессорах. Карабин, который держал в руках, был заряжен патронами на крупного зверя, поэтому легко вообразить, что поскольку пуля пробивает череп буйвола, то встреча с ней не пройдет для мотора бесследно. Сделал еще один выстрел в то же самое место джипа, надеясь, что оставил его неподвижным навсегда, и отправился обратно.
Приблизившись к лендроверу, сказал Элин:
— Да, это хорошее оружие.
Она, волнуясь, посмотрела на меня.
— Мне показалось, что кто-то кричал от боли.
— Я никого не убил, но на своем джипе они сейчас далеко не уедут. Ну, нам пора. Можешь уже сесть за руль.
Я внезапно почувствовал жуткую усталость.
Мы выбрались из Обыггдира и достигли сети главных дорог. Даже если бы Кенникену каким-то образом удалось ехать по нашим следам, у нас появилось много шансов затеряться. Сейчас находились в одном из самых многолюдных районов Исландии, который покрывала сеть дорог, более сложная для контроля, чем примитивная система сообщений Обыггдира. Элин вела машину, а я тем временем отдыхал на сидении рядом. Покрытие дороги было хорошим, мы теперь ехали гораздо быстрее.
— Куда сейчас? — спросила она.
— Этот автомобиль бросается в глаза. У тебя есть какие-нибудь предложения?
— Завтра вечером ты должен быть в Гейсир. У меня есть приятели в Лаугарватн. Помнишь, наверное, Гуннара?
— Мне кажется, ты встречалась с ним прежде чем познакомилась со мной?
Она усмехнулась.
— Ничего серьезного. До сегодняшнего дня мы остались приятелями. Кроме того, Гуннар уже женат.
Для большинства мужчин женитьба не означает автоматического отказа от лицензии охотника, но я оставил ее замечание без комментариев. Кстати, более или менее цивилизованный поединок с давним воздыхателем Элин казался лучшим исходом, нежели предвещающая смерть встреча с Кенникеном.
— Хорошо, направление — Лаугарватн, — решил я.
Какое-то время ехали молча. Я прервал тишину.