9
Ник бесшумно бежал впереди, ловко огибая склонившиеся к самой тропинке под тяжестью утренней росы пожухшие соцветия. В отличие от лиса я не успевала вовремя перепрыгивать через мокрые листья, боясь отстать ещё сильнее, и растения звонко обдавали меня холодными мелкими брызгами, так что совсем скоро моя рубашка вымокла на сквозь, а некогда широкие брюки, прилипшие сейчас к ногам, затрудняли движение. «Плимут» давно скрылся в густых зарослях, а проход между скалами был уже совсем близок. И минуту спустя, скользнув в узкую арку, где не так давно исчез шакал, мы оказались по ту сторону каменного гребня. Тропинка уходила вниз, петляя между высоких сосен, наполняющих воздух сладким ароматом хвои. То и дело спотыкаясь на выступающих корнях деревьев, я бежала за лисом, не переставая восхищаться окружающим меня знакомым запахом утреннего леса. Вскоре Ник перешёл на шаг, понимая, что торопиться, собственно, было некуда, ведь шакалья сделка была запланирована на вечер, а до маленькой деревушки под названием Зелёные Холмы было рукой подать. Я облегчённо выдохнула, так как мои силы были на исходе, и после ночи, насыщенной непредвиденными событиями, хотелось как можно дольше оставаться под этими большими и сильными деревьями, что окутывали спокойствием и безмятежностью. На какое-то время мне показалось, что я снова дома – росший неподалёку лес всегда с радостью принимал меня в гости, и, усаживаясь на один из валунов, поросший сизым мхом, мы молчали. Деревья задумчиво покачивались в редких порывах налетавшего ветра, а я пыталась разгадать, о чём же они мечтали… Ник шёл впереди, помахивая хвостом из стороны в сторону и время от времени поглядывая по сторонам. - Почему ты вызвалась мне помочь?.. Вздохнув, я уже собиралась напомнить лису, что у меня просто не было выбора, и, оказав хоть какую-то помощь в расследовании, я надеялась получить амнистию, если можно так выразиться. Но прикусила язык… Это ли он хотел услышать?.. И, подумав, я проговорила: - Меня тронул рассказ Бо… - и немного помолчав, продолжила, - Я верю в силу фантазии, Ник… Кем бы стали без своих снов? – прошептала я, почувствовав неловкость от высказанных вслух мыслей. - Что тебе до чужих снов?.. Помниться, ты говорила, что недолюбливаешь людей… - ухмыльнулся Ник. - А я и не отрицаю… - надо сказать, мне льстило его внимание… - Тебя послушать, так у вас там общество сошедших с ума от собственных неудач кретинов… - проговорил Ник, вглядываясь в просветы между сосен. Лес отступил, и мы оказались у спуска, ведущего в низину между холмами, где, поблёскивая в золотистых лучах солнца, раскинулся небольшой городок, алея в утреннем свете черепичными крышами… - Прошу!.. – заметив мой восторг от раскинувшегося перед нами города, лис, чуть поклонившись, пропустил меня вперёд. Деревушка оказалась гораздо ближе, чем можно было предположить, и четверть часа спустя мы ступали по выложенной камнем широкой улице, ведущей, очевидно, к центру. Я уже не удивлялась населявшему этот мир народу. Навстречу нам, куда-то спеша, пробежало два бурундука в цветных рубашках и коротеньких брючках, на противоположной стороне улицы вальяжно прогуливался крот в чёрном летнем пальто, а из распахнутых настежь дверей кондитерской, где за прилавком суетилась куница, восхитительно пахло горячим шоколадом и ванилью. Чуть дальше раскладывал в деревянных ящиках, вынесенных на улицу, баклажаны и перцы задумчивый бегемот в синем переднике. Рядом, на огромной доске объявлений, пестрел плакат, разрисованный овощами и осенними листьями, на котором красно-оранжевыми буквами было выведено: «Только сегодня! Вечером на площади Святого Соболя состоится праздник урожая», чуть ниже следовали строки более мелким шрифтом, трудноразличимые издалека… Неспешно прошелестел по мостовой жёлтый автомобиль с надписью «такси», за рулём которого, насвистывая незнакомую мелодию, сидел суслик... Оглядев меня с ног до головы, Ник проговорил: - Тебе необходимо переодеться… - и, чуть подумав, добавил, - А я бы с удовольствием вздремнул пару часиков… - и, сдвинув шляп, лис оглядел перекрёсток, где сходилось несколько улиц. Я украдкой посмотрела на себя в отражение стеклянной витрины. М-да, лис был прав. Так и не просохшая до конца рубашка была разорвана сбоку, очевидно зацепившись за какую-нибудь особо упрямую ветку, а штанишки снизу и до колена были покрытыми мелкими прилипшими листиками… - Газету? – обернувшись, вместо Ника я увидела перед собой только меланхолично жующего жвачку лося, что протягивал мне вынутую из портфельчика с листовками свёрнутую бумагу, остро пахнущую свежей типографской краской. Нащупав в кармане мокрых брюк какую-то мелочь, я пересыпала её в копытце зверя и, схватив листок, помчалась за лисом, который, успев перейти на другую сторону улицы, брёл, высоко задрав голову, и читал вывески на ярко выкрашенных фасадах прилегающих к проспекту зданий. - Ник!.. Ник, ну куда же ты ускакал?.. – укоризненно проговорила я, взмахнув перед его носом приобретённой газетой. - Нам необходимо найти отель, чтобы немного отдохнуть, - объяснил лис и, заметив сжатую в моей руке утреннюю сводку новостей, с любопытством выхватил её, - Ну-ка, ну-ка… Что же сегодня интересного нам хотят рассказать… - пробормотал он и уткнулся в газету, бегло просматривая столбцы, - Эл, смотри, - он ткнул пальцем в стро