14
- Держи оборотня!.. – провыл он, направив посох в мою сторону, и с громкими криками из густой тени выбежало несколько волков. Тут же соскочив с места, я рванулась в кусты, но уткнувшееся в грудь копьё, остановило меня. Подняв взгляд, я увидела перед собой угрожающе скалящегося воина, позади которого, под прицелом стрелы замер и лис. - Ну что, наслушалась? – с печальным упрёком произнёс он. - Постой, я думаю с ними можно как-нибудь договориться!.. – я не теряла надежды выбраться живой из лап дикой стаи. Чуть толкнув меня каменным наконечником копья, волк сделал знак следовать вперёд, и, развернувшись, я вышла на середину утоптанной поляны. Спустя несколько мгновений появился идущий под конвоем лис, и, представ перед шаманом рядом со мной, он злобно шепнул: - Если бы не твоя прихоть, мы бы уже были почти у берега!.. - Молчи, зверь! – коротко рыкнул на Ника волк. Не смотря на грозившую нам обоим опасность, я не переставала с восхищением разглядывать шамана, облачённого в длинную расшитую пёстрыми узорами тунику, голову которого венчал убор из широких белых перьев. Оглядев собравшихся вокруг нас членов стаи, он громко и неспешно проговорил: - Я танцевал сегодня ночью… - он сделал паузу, и толпа волков заворожено молчала, ожидая продолжения его слов, - И злой дух, привлечённый красотой моего танца, пойман!.. Тихие возгласы одобрения послышались со всех сторон, и шаман слегка улыбнулся. - Это зверь в человечьей шкуре!.. – вновь провозгласил он, - Все мы знаем, кто такие люди!.. – злобно прорычал волк. И толпа негодующе зароптала. - Нас травили!.. – продолжал шаман, - Нас гнали… Убивали… - он выдержал паузу, - Дети мои, да восторжествует справедливость!.. Речь волка была мне явно не по душе, и нарастающая тревога ворошила в сознании жуткие картины… - Давай, Эл, твой выход… - съязвил Ник, - Объясни дикой стае, что мы просто гуляли по лесу, и им стоит нас немедленно отпустить… - А вот и объясню! – рявкнула я ему в ответ и тут же обратилась к шаману, - Послушайте!.. Я не отрицаю свою принадлежность к людскому роду, но ни одного волка я в жизни своей и пальцем не тронула!.. – мой голос то и дело срывался, - Нам нужно добраться до берега не позднее… - Связать их!.. – перебил меня шаман, не удостоив и взглядом, - Зверя на привязь, девчонку на костёр!.. - Что? – вырвалось у Ника, - Что ты сказал?.. - Какой ещё костёр?!.. – опешила я в растерянности, - Ник, что он такое сказал?.. - Что слышала, то и сказал… - удручённо ответил лис. За спиной волчьи лапы крепко стянули верёвкой мои запястья, и один из воинов, уткнув мне под рёбра копьё, остался на стороже. Лиса же посадили на цепь, заканчивающуюся забитым в землю ржавым крюком. Толпа постепенно рассеялась, только пара молоденьких волчиц, время от времени шёпотом переговариваясь, лениво стаскивала охапки хвороста и аккуратно складывала вокруг высокого столба, что возвышался над поляной, озаряемой всполохами костра. - Ник! – позвала я лиса, - Что мы будем делать? - Я не знаю, что тебе сказать, Эл… - тихо ответил он, отвернувшись. Казалось, мысли Ника были на чём-то сосредоточены, что вселяло несколько капель уверенности в благополучном исходе дела. Вполне возможно, в его голове уже зрел восхитительный план бегства… Но кого я обманываю? Крепко связанные по лапам, окружённые волчьей стаей и затерянные в каких-то чёртовых непроходимых дебрях… Надежда таяла, утекая за горизонт, подобно бегущей вперёд ночи, и горечь растекалась во мне, обращаясь на кончиках пальцев холодящим страхом. Подумав о том, что лис не стал упрекать меня за фатальную ошибку, я почувствовала, как порвалась одна из нитей внутри меня. Одна из тех, что сдерживала слёзы… - Эл… Эл!.. – я всхлипывала всё чаще, было отчаянно досадно от того, что слишком много всего не успело случиться в моей жизни, а мысль о том, что мне уготовано сгореть сегодня заживо убивала раньше времени, - Эл!.. - Что? – проскулила я. - Ты что – плачешь?.. – я подтянула колени к груди и уткнулась в лохмотья изорванного платья, - Не реви… - прошептал лис, - Если бы я мог сейчас тебя обнять, всё бы сложилось совсем иначе… Уж поверь мне… - тихо закончил он. Хитёр, ох хитёр!.. И мысли завертелись в моей голове, выстраиваясь в простой алгоритм действий… Ничего не подразумевающий волк, стерегущий меня, опираясь на тяжёлое копьё, разглядывал ночное небо, куда ветер без устали стягивал дождевые тучи. И я, воспользовавшись моментом, чуть повернулась к предназначенному мне столбу. Вкопанный глубоко в землю, он располагался у самого края холма, что почти под отвесным углом круто уходил вниз. Чуть вытянув шею, я разглядела в овраге под ним заросли шиповника и густую траву, стелющуюся до самого леса. Оценив расстояние, я коротко глянула на терзающего меня взглядом лиса и улыбнулась сквозь слёзы. Зверь подмигнул мне в ответ… - Да свершиться правосудие! – прорычал шаман, чёрной тенью возникший рядом со мной, и возвёл лапы в отяжелевшие облаками небеса. Вспышка молнии озарила ночное небо, и волки замерли, прижавшись к земле. Тишина растекалась под нашими лапами, пока внезапный раскат грома не обрушился на пылающую кострами вершину холма. Невольно вздрогнув, я украдкой глянула на лиса, удобно устроившегося перед началом представления. - Сожжём оборотня!.. – указывая на возвышающийся столб, прогремел волк, и яркая вспышка озарила разгневанную ночь. - Сожжём!.. Сожжём!.. – вторили ему десятки голосов обезумевших зверей. - Сожжём! – выкрикнул шаман, схватив меня за волосы, - Справедливость восторжествует!.. – тихо проговорил он мне почти в самое ухо, обдав зловонной слюной, и швырнул в кучу отчаянно хрустнувших подо мной веток. - Вяжите её! – приказал волк, и молния вновь рассекла небо над его головой. Из толпы собравшихся выскочил зверь с зажатой в лапах кручёной верёвкой и, приставив меня к столбу, крепко стянул её. Послышался гром… Налетевший издалека, он взорвался над холмом подобно тысяче страхов, и волки приникли к стелющейся на ветру осенней траве, только шаман остался гордо стоять, не поведя и ухом. Схватив пылающую головёшку из ближайшего костра, волк прокричал, обернувшись к толпе: - Оборотням не место в наших лесах!.. – он высоко поднял факел у себя над головой, но напуганные приближающейся грозой звери один за другим исчезали за пологами своих хижин, боязливо поглядывая на клубящееся тучами небо. Шаман махнул лапой и, повернувшись ко мне, проговорил: - Во имя этих земель… - он поднёс обгоревшее брёвнышко, на котором ещё поплясывали редкие языки пламени, к сложенному подо мной хворосту. - Стой!.. – громко сказала я. - Чего ещё? – утомлённо произнёс шаман, воззрившись на меня. - У меня есть последнее желание!.. Я услышала, как невдалеке облегчённо вздохнул Ник, радуясь, что я правильно разгадала его слова. - Нету у тебя последнего желания… - прохрипел шаман. Обходя меня по кругу, он поджигал хворост, и огонь жадно цеплялся за тонкие сухие прутики… - Как так нету?.. – взвизгнула я. Не ответив, волк швырнул факел в сторону и, отбивая лапами ритм, закружился в диком танце. Низко опустив голову, он топорщился белыми перьями и, потрясая посохом, перескакивал с лапы на лапу… - У тебя ещё есть немного времени понаблюдать за танцующим волком!.. – в отчаянии пошутил лис. - Ник, мне сейчас не до шуток!.. - проскулила я. Незаметно подкравшееся к моим ногам пламя, подскочив, ухватилось за край оборванного подола и побежало выше… - Нииик!.. Вспышка молнии на мгновение озарила вершину холма, и окружающие нас дебри, вздрогнув, замерли в предчувствии. Небеса разорвались победным громом, и зашелестевший по листьям дождь окутал нас белесой пеленой. - Последняя гроза!.. – проговорил Ник, с наслаждением подставляя мордочку под холодные капли, казалось, пахнущие отцветающим клевером и влажной землёй. Наблюдая, как разочарованно шипели исчезающие огоньки пламени, я смеялась от счастья, восторженно смотря вверх, на тяжёлые низкие тучи, что напоминали огромного всклокоченного зверя, прыгающего над землёй. - Волк!.. Твои духи гневаются! – крикнула я застывшему под дождём зверю, - Ты не дал мне права последнего желания!.. …Ливень таял, и холодная мокрая трава склонялась под тяжестью осевших на ней дождевых капель. Моё платье вымокло насквозь и прилипло к ногам. Становилось холодно. - Волк! Желание!.. - Говори!.. – прохрипел он, и облачко пара вырвалось