ене, сидел росомаха, задумчиво покусывая торчащую из пасти зубочистку. - Эл… - я услышала знакомый лисий голос совсем рядом, - Эл… - кажется, он с облегчением вздохнул, почуяв, что я вернулась в сознание, - Выслушай меня, пожалуйста. Дай мне шанс… Я повернула голову в его сторону, ощущая крепко связанные за спиной руки и растекающуюся в плече нестерпимую боль. Ник сидел радом со мной, крепко скрученный верёвками. Я с любопытством разглядывала его, нового человека. Чуть вьющиеся огненно рыжие волосы, забранные в тугой пучок за спиной, тонкие, нервно сжатые губы, длинный веснушчатый нос с еле заметной горбинкой и узкие раскосые зелёные глаза… - Кто ты? – вырвалось у меня. - Послушай, Эл, я твой друг… - Ник не спускал с меня взгляда, - После того, как Бо предложил мне это дельце, последовало другое предложение… - От Бурого, да? – безучастно прошептала я. - Да, от него… - И ты, конечно же согласился!.. – покачала я головой. - Я не знал, кто ты такая на самом деле… Тогда ещё не знал… Я молчала. Хотелось верить каждому слову этого странного существа… - Там, у источника, я понял, что необходимо мне на самом деле… - И что же? – рассмеялась я, - Тебе заплатили? Сколько? Этого хватит, чтобы оставить унылые обязанности инспектора полиции и махнуть на Гавайи?.. - Что такое «гавайи»? - Не важно… - буркнула я. - Пока мы добирались до этих земель, я ещё не до конца понимал, что меня так привязывает к тебе... Поверь мне, я не мог безрассудно предать тебя. Я бы предал самого себя… - Вот откуда ты знал все тропинки, да? Теперь я понимаю, почему тебе не нужны были карты… - я разглядывала пару летучих мышей под потолком, возбуждённо беседующих между собой. - Эл… Когда ты нашла источник, всё изменилось. На ходу придумывая план бегства из лап медведя, я никак не подразумевал, что зверь свяжет меня по рукам и ногам… Я вновь посмотрела ему в глаза. - Прости меня… - прошептал Ник. Порой некоторые ошибки совершаются нами только ради того, чтобы стать прощёнными, и, глядя на Ника, я не сдержала улыбки. - И что ты предлагаешь нам сейчас делать? – блуждая во взгляде его зелёных глаз, прошептала я. - Я… Эл, я… - он не успел ответить… Из тёмного проёма показался расплывчатый силуэт грузно переваливающегося с лапы на лапу огромного медведя. - Сколько лет я ждал этого момента… - тихо бормотал он себе под нос, - Сколько лет!.. – бережно неся перед собой сплетённый ивовый венок, внутри которого поблёскивала бусинками тонкая паутина, он продолжал, - Этот старый пень выболтал мне твою тайну… - обратился он к таинственному предмету, зажатому в лапах, что трепетал под грозным взглядом зверя разноцветными перьями. Подобравшись к алтарю, освещённому краем луны, он повесил ловца на торчащую между камней рогатину, и, упав на колени перед смеющимся лунным светом, замер, возведя лапы. Затаившись в своём углу, наблюдал за ним росомаха, и молчали летучие мыши над моей головой. Сковывая мысли, тишина разлилась среди нас… …Подмигнувшая мне луна скрылась, и просвет в потолке смотрел на нас далёкими задумчивыми звёздами… Внезапно темноту пещеры осветил крохотный огонёк, сорвавшийся с алтаря. Немного покружив вокруг ловца, он, теряя на лету мерцающие пылинки, подлетел к Нику и завис перед его носом. Вслед за ним полыхнул во мраке второй. И, описав круг, подобно мотыльку, летящему на свет, остановился рядом… Ловец взорвался радужным сиянием, и его мерцающий вихрь устремился к лису, удивлённо разглядывающему радужные точки перед собой. Замерев на какое-то мгновение, материя завертелась вокруг Ника и растворилась… Только несколько искорок ещё блуждали по его рукам, оставляя красные и жёлтые блики на серебряном значке, прикреплённом к воротнику. - Нееет!.. Нет! Не его! Глупая луна! – медведь, схватив первый попавшийся под руку камень, швырнул его в круглый проём, где отрешённо проплывало небо, - Я мог бы обладать сном каждого зверя! – шипел он, - Перемещаться по вашим чёртовым мирам! Быть в любом уголке каждого сознания!.. Мои возможности были бы безграничны!... Будь ты проклят, лис!.. – свирепел медведь, медленно подходя к Нику, - Если бы не ты, моя жизнь могла бы наполниться силой! Силой впечатлений… - он подбирался всё ближе, - Наделённый такими способностями, я стал бы подобен божественному духу!.. Рыжая шкура! Ты всё испортил! Я был бы всесилен! – прорычал Бурый, глядя Нику в глаза, и его слюна, протянувшись длинной нитью, капнула Нику на разорванную рубашку. - Не судьба, малыш… Луна выбрала меня… - внезапно лис толкнул зверя ногой, и тот кубарем откатился к подскочившему от неожиданности Росу. - Взять его! – завопил медведь, и росомаха кинулся к Нику, окончательно освободившемуся из своих пут. Схватив подскочившего зверя за морду, Ник швырнул его в стену, торчащую угловатыми каменными выступами. - Кретин… - прошипел медведь потерявшему сознание Росу и бросился вперёд, но сорвавшиеся с потолка мыши, закружили перед его оскаленной мордой свою безумную ночную пляску и, бросившись в глаза, крепко вцепились крохотными коготками в жёсткую шкуру… - Эл… Надо бежать… - прохрипел Ник, пытаясь развязать узел на моих руках. Верёвка чуть ослабла, и я смогла выбраться из крепко держащих меня пут. - Как ты смог освободиться?.. – прошептала я, заглядывая в зелёные глаза. Ник лишь усмехнулся, помогая развязывать узел, сковывающий мои ноги: - Луна наградила меня сегодня великим даром, малышка… - он слегка коснулся моей руки своей горячей ладонью, по которой всё ещё струились огоньки света, - Эл, стоило мне только представить, что существует другая возможная реальность, где мои руки остались свободными, как в одно мгновение верёвки исчезли… Высвободившись, я кинулась к ловцу и, сорвав его с алтаря, схватила Ника за руку: - За мной!.. Я бежала по тёмным петляющим коридорам каменных подземелий, скрытых от глаз вселенной. На пути то и дело возникали шершавые валуны, и чернеющие бездонными впадинами проёмы переходов… - Ник!?.. – отчаянно крикнула я, не различив во тьме бесшумно бегущего следом лиса. - Тут я… Тут… - послышался знакомый голос у самого уха, - Эл… - задыхаясь шептал он, - Только сейчас я понял… Как порой необходимо бывает… Поверить своему сну… От начала… До конца… - Ну, об этом… можешь мне… не рассказывать... - казалось, мои лёгкие начинали кипеть от бесконечного бега. Медведь преследовал меня во всех снах, и сейчас, избавившись от назойливых нетопырей, он бежал по моему следу. Я как никогда близко чувствовала его дыхание. Горячее дыхание зверя на своём плече… Узкий туннель вывел нас на поросшую редким кустарником каменную площадку, окружённую клубящимся туманом. - Ник!.. Лови! – я кинула в его руки сорванное с алтаря плетёное кольцо, что мерцало в лунном свете тонкой паутиной. - Эл!.. Что ты задумала?.. - Назад!.. – крикнула я, видя, как впереди крутым обрывом заканчивалась земля… Почувствовав зверя за своей спиной, я обернулась… Медведь появился из темнеющей в скале трещины вслед за нами. Осклабившись, он низко опустил голову, готовясь к прыжку… Казалось, время замедлило свой бег… Не добежав до пропасти, Ник замер, прижимая к своей груди пойманного ловца, а на меня мчался, вырвавшийся их тёмных коридоров, обезумевший чёрный зверь… - Ник!.. Мой голос утонул в сгустившейся пелене… В отчаянии я прыгнула в сторону, но медведь схватил меня в одном прыжке… …Подо мной промелькнула сизыми бликами бесконечная тьма… И, вцепившись мне в спину, зверь повис над пропастью, таща за собой в туманную бездну… Я отчаянно цеплялась за скользкие камни, наблюдая, как невольно разжимаются мои пальцы… И кинувшийся к обрыву лис не успел… …Я видела его руку, схватившую лишь клочок тумана, что печально трепыхался в крепко сжатой ладони… Силуэт постепенно таял, превращаясь в точку... Густая непроглядная пелена заполнила всё вокруг… Слышался шум воды… И, подумав, как же долго мы летим, я открыла глаза… Из душа хлестала горячая вода, и клубы пара заполнили ванную комнату. Поднявшись с холодного мокрого кафеля, я протёрла ладонью запотевшее зеркало, откуда на меня глянуло привычное отражение. Неужто, всё лишь привиделось?.. Мысль горечью пронеслась в моём сознании… Голова нещадно болела, и, ощупав ударенное о край ванны место, я обнаружила огромную шишку. Глянув на себя в зеркало ещё раз, я перекрыла воду и, нацепив болтающийся на крючке халат, прошла в кухню… За окном было темно, и только блёклый свет уличных фонарей выхватывал время от времени прогуливающихся перед сном людей… Уткнувшись лбом в оконное стекло, я наблюдала за парой, медленно бредущей под склонившимся над тротуаром клёном. Вспомнив про чай, я взяла со стола остывшую чашку и, сделав глоток, вылила в раковину… Находиться здесь было невыносимо. Натянув брошенную у дверей ванной комнаты одежду, я выскочила в тёмный подъезд… Чуть накрапывающий дождь заставил меня невольно поёжиться и, засунув руки в тёплые карманы, я пересекла опустевший двор, намереваясь немного прогуляться по освещённой вечерними огоньками улочке, что мерцала за деревьями. Ноги утопали в шелестящем ковре из опавших тополиных листьев. Обгоняя меня или идя на встречу, люди расходились по своим домам. Кто-то спешил, а некоторые брели медленно, разглядывая осенние звёзды над головой. Гостеприимно распахнутые двери ещё не успевшего закрыться магазина явили под свет фонарей загулявшуюся компанию, следом за которой вышла нагруженная продуктами унылая тё