Недоумевая, смотрю на девушку. Зачем мне ее одежда?
— Ну, тебе, конечно, очень идет рубашка моего брата… — не даю ей возможности договорить и выхватываю пакет.
— С-спасибо, — смущенно произношу я.
А затем начинаю переодеваться под пристальным взглядом сестры Риккардо и еще какой-то девушки.
— Это Елена, — заметив вопрос в моих глазах, произносит Мими. — Жена Сантино, моего брата.
— Приятно познакомиться, Аличе, — спокойно выдает Елена. — Как ты себя чувствуешь?
— Я в-в норме, — не совсем уверенно говорю и натягиваю узкие шорты.
— Боюсь, Дону не понравится твой выбор одежды, Мими, — подмечает Елена в тот момент, когда за узкими шортами следует не менее узкий и открытый топ.
— Пусть побесится. Он нас к ней столько дней не пускал, — надув щеки, ворчливо заявила Мими. — Поорет и успокоится.
— Все э-это очень интересно, конечно, — перебиваю рассуждения девушек по поводу настроения их Дона. — Но вы не знаете, г-где мои в-вещи?
В ответ получаю две пары очень сочувствующих глаз. Таких, что сразу же без слов становится понятно — вещи свои я не получу. А значит, сбежать будет значительно труднее, чем в прошлый раз. Да и таблеток у меня теперь нет, это уже более существенная проблема. Если я снова начну нервничать, то вряд ли смогу адекватно соображать в нужный момент. Что ж, ничего. И не с таким справлялись.
— Где Риккардо? — через силу спрашиваю я. Желания видеть этого мужчину совсем нет, но… — М-мне нужно п-поговорить с ним.
— Риккардо уехал по работе и будет вечером, — тут же отвечает Мими, но после того, как возникает неловкая пауза, спрашивает. — Ты любишь смузи?
Просто киваю, переваривая ее слова. Желудок тут же урчит от мыслей о еде. Завтрак я показательно есть не стала, несмотря на сильный голод. Но, кажется, моей забастовке вот-вот придет конец. Смузи я любила очень.
Делала при любой возможности. Между прочим, его удобно пить, когда нет времени отвлекаться от нотного стана или отработки сонаты.
Мы втроем покидаем комнату и спускаемся вниз по уже хорошо знакомой мне лестнице. Не один десяток солдат смотрит на нас с каждого этажа. Я чувствую себя неуютно под их пристальными взглядами, но стараюсь не подавать виду. Правда, чем ниже мы спускаемся, тем больше «немых» охранников появляется.
— З-здесь всегда так безопасно? — не удержалась я и спросила у Мими.
— О нет, — смеется она, абсолютно не смущенная такому количеству мужчин на один квадратный метр. — Это все из-за тебя.
— Из-за м-меня? — от изумления я даже останавливаюсь.
— Риккардо приставил всех этих людей, чтобы ты была в безопасности, — улыбнулась Мими, но ее улыбка вышла слишком неловкой.
«Он приставил все этих людей, чтобы я не сбежала», — вмиг догадываюсь я об истинной причине поступка Дона.
— Знаешь, Сантино, можно сказать, меня тоже выкрал, — решила подбодрить Елена считав эмоции на моем лице. — Семья Кастелано лишь с виду кажется такой… Пугающей. На самом деле, женщины здесь пользуются особым уважением. В Сицилийских кланах это большая редкость, так что считай, что тебе повезло.
Я проигнорировала комментарий Елены по поводу своего везения. Если бы боги действительно были снисходительны ко мне, я бы никогда не знала о существовании, собственно говоря, этих кланов. Я бы жила в своем мире музыки среди обычных людей с обычными праздниками и без похорон, если повезет, в каждом месяце. Я бы имела много подруг, ходила с ними в обычные торговые центры, пила кофе, танцевала у стойки бара, вышла замуж за обычного порядочного мужчину: программиста, юриста, врача — не важно! Куда бы не занесла меня судьба и с кем бы не столкнула, все равно было бы лучше, чем здесь. Среди хаоса, лицемерия, глупых традиций, правил Омерты. Все в этом мире сулило мне страдания и сколько бы хорошего он не пытался мне преподнести, все это вмиг приравнивалось к плохому, гнилому, неправильному. Я задыхалась в этой груде пепла, на чужих костях. И как бы мне хотелось, чтобы все это было фигурально, но увы.
— Mamma, ho portato Alice, — оживилась Мими, застав Джиану в гостиной. «Мама, я привела Аличе».
— Come stai, tesoro? — проигнорировав свою дочь, обратилась женщина ко мне. «Как дела, дорогая».
— Sto bene, grazie, — вежливо протянула я, избегая ее по-родительски взволнованного взгляда. «Я в порядке, спасибо».
— Mio figlio non ti ha fatto male? — уточнила Джиана. «Мой сын не причинил тебе вреда?»
— Temo che tutto sia più avanti, — не стала скрывать своих опасений я. «Боюсь, еще все впереди».