— Н-но куда м-мы едем? — девушка обошла стол и приблизилась ко мне, в ее глазах читалось искреннее волнение.
— В Агридженто, — сообщил я и заметил, что на лице Аличе тут же возник ужас.
Вернее, он всегда там присутствовал девушки, когда я появлялся в ее поле зрения. Но такой бледной она еще не была.
— Н-нет, — как всегда Аличе начала оглядываться по сторонам в поисках места, куда бы она могла сбежать.
— Нет? — вскинув бровь, с угрозой повторил я.
— З-зачем мне ехать с т-тобой, оставь м-меня з-здесь, — я бы так и сделал, если бы не одно «но».
С собой в Агридженто я брал всех своих лучших и доверенных солдат. Остальным доверять вопросы безопасности Аличе не мог. Поскольку мой питающий ненависть к девушке брат мог подговорить выпустить ее или того хуже… В общем, Аличе едет со мной. Точка.
— Ты составишь мне компанию на одном вечере. Я еду по работе и все время буду очень занят. Ты можешь погулять по городу, разумеется, с охраной, отдохнуть и купить себе все, что захочешь.
Лично мне это предложение казалось очень заманчивым, но вот Аличе все равно нашла, чем возразить:
— Я н-не х-хочу в Агридженто! Я х-хочу в Лос-Анджелес!
А я хочу стать бессмертным летающим волком, но не жалуюсь же.
— Так уж и быть, мы съездим в Лос-Анджелес после того, как вернемся из Агридженто. Я тебе обещаю, — несмотря на то, что я испытывал крайнюю степень раздражительности из-за предстоящих переговоров, я все же нашел в себе силы сказать это мягко.
— М-меня н-не волнуют твои д-дела в Агридженто. П-просто отпусти м-меня домой! — я привык видеть Аличе тихой, незаметной, молчаливой, но сейчас она вела себя по меньше мере странно.
Возможно, я ошибался и совсем не знал ее, а, возможно, ей снова было, что скрывать.
— В чем дело? — я наклонился над девушкой так, чтобы мой вопрос могла услышать только она. — Что тебя беспокоит, птичка?
Шея и плечи Аличе покрылись мурашками. Ее все еще пугала наша близость, несмотря на то, что я делал все возможное, чтобы она чувствовала себя более-менее комфортно.
Плохая попытка оправдать себя, Риккардо, она не будет чувствовать себя комфортно после того, как ты запер ее в своем доме с незнакомыми людьми.
— Н-ничего, — нахмурилась она и неосознанно коснулась своей шеи. — Я п-просто не х-хочу ехать.
Она врала, я знал это, но не стал докапываться в присутствии других. Хотя не думаю, что Аличе призналась, если бы мы остались наедине. Ей куда проще сбежать или, ну знаете там, упасть в обморок… Мне срочно нужно выпить, сегодня я слишком саркастичный.
— Ты поедешь, — твердо произнес я. — Приятного аппетита, дамы.
Я покинул столовую стремительно, не обращая внимание на возмущенный вид Аличе и мысленно готовый выслушивать истерики Сантино по поводу подобного своего решения. С другой стороны, я Дон Cosa Nostra — любое мое решение не подлежит обсуждениям. Мне просто подчиняются.
Глава 13
Аличе
В принципе, я еще с детства привыкла, что к моему мнению мало кто прислушивается. Знаете, что такое иметь три гиперопекающих старших брата? Это означает, что ты можешь раз и навсегда забыть о полноценной самостоятельности. Потому что все твои попытки не быть бытовым инвалидом воспримутся крайне агрессивно. И вообще, «я мужчина и знаю лучше, чем ты» …
Если кратко и особо честно, до пятнадцати лет я вообще понятия не имела о существовании слова «матриархат», а когда начала активно интересоваться, меня заперли дома на две недели и отключили интернет. Впрочем, он мне и не был нужен для понимания того, что иногда мужчины могут становиться очень обидчивыми существами. Особенно в те моменты, когда все идет не так, как они того хотят. Да, я поняла это в пятнадцать лет, но завидовать мне все равно не стоит.
Частный самолет Риккардо Кастелано оказался намного роскошнее самолета мэра Лос-Анджелеса. Правда, кожаные светлые кресла меня не впечатляли по причине того, что я просто не хотела в них находиться. Мы летели в Агридженто. Мне даже предложили провести экскурсию, но я вежливо отказалась. Наверное, не стоит говорить, что я провела в этом городе большую часть своего детства?
Все три следующих дня я собиралась затоиться где-нибудь в тихом месте и лишний раз не высовываться. Исключением стала бы одна единственная вылазка на тот самый «вечер», о котором говорил Риккардо.
Хотя, наверное, я могу притвориться, что мне стало плохо. В последнее время мое тело и правда сдавало. Из-за стресса и постоянного страха я часто стала терять сознание, голова периодически просто раскалывалась, дыхание становилось тяжелым и болели те места, которые раньше вообще не беспокоили.