— Остынь, брат. У нас пока нет никаких доказательств, кроме этого видео. И я сомневаюсь, что мы найдем их до завтрашнего дня. Подумай сам, сколько сообщников La Stidda может еще быть в Агридженто. Они знают этот город не хуже нашего, потому что долгие годы вели тут свои дела. Если нападем сейчас, можем оказаться в невыгодном положении. Что будешь делать, если они перебьют всех твоих людей? Пустишься стрелять сам? Нам придется выслушать их условия, чисто из соображений безопасности.
— Не думал, что ты такой трус, Риккардо! — зло выплюнул Сантино, но я тут же пресек его.
— Я не стану жертвовать жизнями своих людей направо и налево только ради того, чтобы добиться твоего душевного спокойствия, Сантино, — с холодной яростью твердо заявил я. — Если продолжишь настаивать на своем, поедешь обратно в Палермо, понял меня?
Сантино промолчал, но его слова мне бы и не понадобились. Сейчас в воздухе висела другая проблема — Аличе. Я не мог перестать думать о ней, как бы ни хотел. Вдруг мы ошибаемся, и она никак не замешана с La Stidda. Тогда, получается, ее похитили? Лаззаро собирается выдвинуть свои условия? Или он уже убил ее, и наша встреча нужна лишь для того, чтобы он бросил мне в лицо части ее тела? Я не мог знать этого наверняка, и это пугало. Даже предполагая, что девушка могла быть засланной крысой La Stidda, меня беспокоили не ее мотивы, а факт того, в порядке ли она. Кажется, я окончательно помешался на своей маленькой птичке.
— Фабио, еще раз проверь завтрашнее место встречи. Всех людей, которые о нем знают, всех посредников, — четко произнося каждое слово, велел я Младшему Боссу. — Сообщи о месте встречи La Stidda в самый последний момент. Мы должны быть готовы ко всему.
— Понял вас, Дон.
Фабио покинул комнату, оставив нас с Сантино наедине. И, честно говоря, я не припоминаю, чтобы между мной и братом когда-либо царило такое гнетущее молчание с тех пор, как мы потеряли Орацио и отца.
***
Лаззаро Россо ни капли не изменился за прошедшие годы. Возможно, на его голове стало чуть больше седых волос, но закал остался прежним. Он сидел за столом одного из заведений, подчиняющихся Cosa Nostra, прямо передо мной, с уверенной осанкой, окруженный своими сыновьями и людьми, в моем городе и выглядел при этом хозяином ситуации. Как я и ожидал, на встрече присутствовали лишь двое его сыновей, Элиа и Микеле.
По наводкам моих людей старшие сыновья Лаззаро являлись Младшими Боссами La Stidda, а Амато, третий его сын — всего лишь солдатом, поэтому неудивительно, что мы не сразу смогли его признать.
— Дон Кастелано, — вальяжно протянул глава La Stidda. — Благодарю вас за встречу.
Лаззаро был доволен, даже слишком. Сантино, что сидел подле меня, тоже заметил это и теперь старался сдерживать свои и без того хлещущие через край эмоции.
— Не стоит благодарности, Дон Россо, — я отвлекся от бесполезного рассматривания его сыновей и встретился с Лаззаро взглядами. — Знаю, вы добивались нашей… встречи так долго и настойчиво, что я уж было подумал речь пойдет о чем-то серьезном.
Сантино, Фабио и Пьетро усмехнулись, улавливая намек, но вот членам La Stidda мои слова пришлись не по вкусу.
— Разве мог я отвлекать вас от важных дел, Дон Кастелано? — естественно, никак не отреагировал он на эту провокацию, в отличие от своих сыновей. — Что заставило думать вас, что мои намерения не серьезны?
Я бы ни за что не стал осыпать обвинениями такого человека, как Лаззаро Россо, просто так. Это стало бы самой глупой моей ошибкой. Он прекрасно знал, что наши с ним переговоры — всего лишь фарс, но продолжал играть в свою собственную игру.
— Насколько я помню, вы собирались вести переговоры с Cosa Nostra, но я что-то не вижу… вашего консильери. Лишь только ваших Младших Боссов. Могу ли я воспринимать этот жест, кхм, проявлением высшей степени неуважения, Дон Россо? — мой тон был ровным и уверенным.
Я привык смотреть на ситуацию под разными углами и всегда находил, что сказать, даже в тех ситуациях, в которых, казалось бы, говорить было не о чем.
— Скорее, жестом высшего доверия, Дон Кастелано, — по всей видимости, Лаззаро обладал той же способностью. — Мои сыновья — самое дорогое, что у меня есть.
— В таком случае было глупо приводить их сюда, — не сдержался Сантино.
Бросив на брата предупреждающий взгляд, я выдал:
— Буду честен, Дон Россо, изначально я отнесся к вашей просьбе о переговорах весьма серьезно, но учитывая нынешние обстоятельства… Задам вам лишь один вопрос — с какой целью Амато Россо пробрался на территорию Cosa Nostra пару дней назад?