– Что-нибудь в номере странное видела?
Клара задумалась:
– Странного, считай, ничего. Хотя, ты знаешь… для мужика у него идеальный порядок в номере. Будто и не живет там никто. Грязные носки на полу не валяются, трусы в ванной на змеевике не висят, даже брюк на спинке стула, и тех не видела. Он меня как в халате встретил, так в халате и выпроводил, даже помыться толком не успела. Я для него, наверное, тоже что-то вроде мусора, скомканной бумажки на полу. Выбросил за дверь и – порядок.
– Мусор – не тот, что на полу валяется, мусор, он форму носит, – машинально уточнил Карл, а сам припомнил, что и в шушарке у Мальтинского всегда царил идеальный порядок.
– Клара, мне надо знать, кто живет в 343-м номере.
– Я тебе его, как могла, описала.
– Я его и без тебя видел. Мне имя нужно знать.
– С твоими-то возможностями ты к бедной проститутке обращаешься? – изумилась женщина. – Кто я такая, а кто ты?
– Ты одна из моих возможностей. И не болтливая.
– Я не болтливая? Трещу без умолку, даже с клиентами. Мужики любят, когда им лапшу на уши вешают.
– Я не хочу, чтобы знали, что я им интересовался. Что касается чужих тайн…
– Тут я – могила, – Клара прижала изящный пальчик к губам.
– Сделай для меня.
Женщина вновь принялась чертить ногтем на крышке стола замысловатые фигуры.
– Странный он. Боюсь.
– Я знаю, что мутный. Потому мне и надо.
– Расходы за твой счет.
Сказав это, Клара быстрым шагом направилась к гостинице. И хоть шла она быстро, но не забывала о походке. Ноги ставила, как модель на подиуме, спину держала прямо, распущенные волнистые волосы переливались, сверкали. Мужики головы себе сворачивали.
В гостинице женщина подошла к кабинке администратора и, перегнувшись через стойку, зашептала:
– Мужик из 343-го скоро съезжать собирается?
Администратор полистала записи на мониторе гостиничного компьютера.
– Номер у него на десять дней вперед проплачен. Но это не факт. Что-то не в порядке у тебя с ним? Заразой наградил?
– Я не дура – без резинки работать. Другое. Его зеленый полтинник мне знакомый приемщик в обменнике вернул. Сказал, что похож на фальшивый. Неохота деньги терять. Он друга попросил, тот на солидной аппаратуре проверит. Если фальшивый, пусть меняет. Я всегда номера переписываю.
– Да уж, – вздохнула администратор, – такое лучше полюбовно решить. Нам скандал и менты ни к чему. Но и наезжать на него нельзя. Может, и ни при чем мужик. Мало ли, где ему деньги сунули.
– Ты бы посмотрела, кто он такой, а то свалит, пока я разберусь.
Администратор принялась листать записи на экране компьютера. Если у россиян и граждан СНГ паспорта изымались при вселении, то «полноценным» иностранцам делали скидку. Как-никак паспорт – собственность государства, его выдавшего, а гражданин просто носит паспорт в кармане. Ради таких постояльцев в гостинице прикупили к компьютеру еще и сканер. Теперь администратор с милой улыбкой сканировала документ и возвращала его владельцу, а точная копия оставалась в недрах компьютера, в случае чего всегда можно было проверить данные, установить личность.
Заселялся «араб» не в ее смену. Администратор ожидала увидеть хитросплетение арабской вязи и какой-нибудь аляповатый герб с полумесяцем. Но на нее смотрела строгая страница американского загранпаспорта, с абсолютно читаемым, если, конечно, знать язык, текстом. Чисто машинально женщина прочитала: «Миир Харапп», а струйный принтер уже шипел и щелкал, толчками извергая из утробы лист бумаги.
Клара вернулась к стойке, в обмен на распечатку отдала администратору пять долларов. Бумажка была сложена в несколько раз, так что больше походила на фантик от конфеты, чем на купюру. Клара возвратилась быстро. Карл и Бунин даже не успели заскучать. Распечатка тут же оказалась в руках законного, он, глядя на листок бумаги, жестом указал на бутылку с пивом, для девушки.
– Сама говорила, что будешь пить до вечера не переставая.
– Пивом душу не обманешь, – Клара прижала к запотевшим бокам холодной бутылки ладони и зажмурилась от удовольствия, – в такую погоду все, что прохладное – прелесть. И водка должна быть холодной. Во всяком случае первая рюмка, а потом мне уже станет все равно. Я быстро пьянею, если захочу.
– Говори, сколько я тебе должен? – не отрывая взгляда от листка, спросил Карл.
– Ерунда. Можно забыть. Я другим себе на хлеб с икрой зарабатываю. Из уважения к твоим годам, Карл, сделала это бесплатно.
– Американец. Ну да, американец, – сам к себе обращался Карл, – конечно, американец с арабским именем. Лучший способ для еврея замаскироваться – притвориться арабом. И… наоборот.