Я телепортировала Вальдора в приемную Ханны, Лиафель вскочила с кресла нам навстречу. Вся такая расстроенная, бледная, под глазами темные тени и, кажется, похудела — вон, как щеки ввалились.
— Здравствуй, Лиафель, — холодно приветствовал ее Вальдор.
— Здравствуй, Вальдор. Мы можем наедине поговорить?
— А вы и так типа наедине, — вмешалась я, — я здесь в качестве охраны, считай, что предмет обстановки. Не обращай на меня внимания, говори не стесняйся.
Лиафель умоляюще взглянула на Вальдора, но он ей сочувствовать и потакать не собирался, так что пришлось этой киль-де с ушами при мне говорить.
— Валь, отпусти Налиэля. Пожалуйста!
— С какой стати я должен это делать, уважаемая киль-да Залеска… или правильнее называть Вас госпожа борэль Ручейка?
Ой, прелесть какая! Вальдорчик под Терина, что ли, косит? Решил Лиафельку заморозить и отвыкать по самое не балуй? Лиафель еще бледнее стала, но быстро взяла себя в руки, губы в тонкую линию сжала и процедила:
— Значит, ты знаешь.
— Супруг Ваш был так любезен и рассказал мне правду.
— Что с ним? — взвизгнула Лиафель, — что ты с ним сделал? Он жив? Я чувствую, что жив… он здоров? Его покалечили?
Надо же, какое трогательное волнение. И вот даже чувствует она его.
— А Шеоннеля ты не чувствуешь? — не удержавшись, влезла я, — или тебе плевать, что с твоим сыном? Ладно, фиг с ним, ты его не любишь, могу тебя понять, после того, что нам Налиэль рассказал. А Дана? Ты о ней даже не спросила!
— Данаэль… эээ… Валь, ты и про нее знаешь?
Вальдор молча кивнул.
— Что с Даной?
Эльфийка опять перешла на визг. И это меня Валь обозвал крикливым чудовищем! А его "женушка" тогда кто?
— Я их всех убил, зажарил и съел! — рявкнул Вальдор, — ты за кого меня принимаешь? За Рахноэля вашего ненормального? Все в порядке с твоим мужем и дочерью! Они в своих покоях, в южном крыле… то есть, Налиэль точно там, под стражей, а Данаэль не знаю, где. Ее не арестовывали, и она может находиться, где ей угодно.
— Они с Шеоном по саду гуляют. Общаются, так сказать, на новом уровне, — поведала я, и объяснила, — он ей сегодня рассказал, что у них общая мамаша.
— Шеоннель в курсе? — прошипела Лиафель, — но зачем…
— По-твоему, он не имеет права знать? — перебил Вальдор, — Лиа, я все понимаю, тебя заставили, но… как ты могла так ненавидеть собственного ребенка?
— Из-за него вся моя жизнь пошла под откос! Мне пришлось отказаться от мужа! От дочери! От моей малышки. Ей было всего четыре года!
— А Шеоннель тут при чем? — перебила я, — будто это он тебя заставлял его рожать и отказываться от Даны! Претензии Рахноэлю предъявлять надо было, а не ни в чем не повинному ребенку! Вот твое счастье, что у меня настроение хорошее, а то я бы тебя "огненной лилией" приласкала, чтобы прониклась, каково это. И на жалость нам тут давить не надо! Подумаешь, опеку с девочки сняла. Зная, как ты Шеона опекала, могу за Дану только порадоваться.
— Ты ничего не понимаешь! — эльфийка опять сорвалась на визг, — наши дети слабы, опека дает им защиту, иммунитет и поддерживает жизненные силы! Дана могла погибнуть!
— Ой, ну не надо так орать, — пробормотала я, — я же не знала.
Кажется, мне лучше помолчать. Вот пусть Валь сам со своей "женой" разбирается.
— Данаэль не знала, что я ее мать. Теперь, узнав от Шеоннеля правду, она меня возненавидит!
Ну, нет! Не буду я молчать!
— Думаешь, Шеоннель рассказал девочке правду о том, какая ты "замечательная" мамаша? К счастью, он не такая сволочь, как ты! Уверена, Дана до сих пор знает о том, как ты умеешь "любить" собственных детей, не больше, чем ты сама ей за все эти годы продемонстрировала.
— Хватит надо мной издеваться!
Кажется, Лиафель собралась впасть в истерику.
— Да кто над тобой издевается? Очень надо! Я просто говорю то, что думаю, — проворчала я, — Валь, скажи?
Вальдор ничего не сказал, только покосился на меня с упреком. Мол, что ж ты, Дуська, опять мой авторитет королевский подрываешь?
— Вальдор, отпусти мою семью. Пожалуйста! — с надрывом воскликнула Лиафель. — Ты получил своего сына, верни моих мужа и дочь.
Ой, ну надо же, как пафосно она умеет говорить. Я прямо заслушалась!
— Лиа, борэль Налиэль арестован как шпион, переговоры о его освобождении я буду вести с правителем Альпердолиона. Обратись к нему со своей просьбой.
— Я не уверена, что правитель Кардагол захочет меня принять, — тихо проговорила Лиафель.