— Был таковым, — охрипшим голосом ответила Таня, — и подруга, видимо, тоже была.
Коротка же у Ваньки оказалась память! Полугода не прошло, а он уже с другой девушкой — да еще и с близкой приятельницей Гроттер. Ну да, зачем искать…
Сама Татьяна тоже молодец, но у нее-то выбора не было. Что ей оставалось, кроме как научиться испытывать симпатию к своему «хозяину», дабы все не казалось настолько мерзким, каковым являлось по сути?! В чем ее вина, если ей просто хотелось жить?!
— Пойдемте отсюда, — выдавила рыжеволосая, касаясь локтя мужчины.
Высокомерно дернув подбородком, она направилась к офицерам «Стража».
Эти ребята — головорезы, разбойники, пираты, вдруг показались ей намного честнее, чем некогда любимый жених. Они, по крайней мере, говорили, что думали, и делали, что хотели. У них был кодекс чести, законы «Берегового братства», контракт с капитаном, которому они высказывали абсолютную преданность, да товарищеская взаимовыручка — а на остальное они плевали с высокой колокольни и не скрывали этого! И уж точно не врали, никогда не врали, если только этого не требовала погоня за наживой.
Разумеется, Таня не строила себе иллюзий о возможности возобновления отношений с Ванькой, отпусти ее вдруг Бейбарсов. И не вовсе не в «надкусанном пирожке» — прежде всего потому, что ей бы попросту не захотелось быть с другим мужчиной… С мужчиной вообще. Она вообще в монастырь бы ушла, только скучно там.
Забавно — ведь в чем-то Некромаг ей даже нравился. Высокий, статный, вежливый, ироничный, насмешливый… Властный, уверенный в себе, всегда расслабленный, он внушал трепет от своей внутренней силы — а уж что он делал с ней по ночам… Щеки краснеют от одной мысли.
Почему все не сложилось по-другому? Почему этот человек был бессовестным головорезом?..
После такого человека добрый и милый Ванька — лишь блеклое пятно, и сожалеть о нем не стоит. Но как быстро он нашел ей замену — и из кого! Из ее подруг! Выбрать Лизу?!
— Вы в порядке? — спросил Бейбарсов, не сводя глаз со своей дамы.
— Более чем, — ровным голосом отозвалась Таня.
В кои-то веки решив проявить деликатность, Некромаг молчал — а может, все просто казалось ему очередным развлечением.
— С Вами, кажется, хотят иметь беседу, — сообщил Глеб.
Таня обернулась. Ветеринар стоял в стороне, его спутницы рядом не было. И не побоялся же приблизиться к головорезам, отметила девушка.
— Не особо горю желанием. А впрочем… Вы позволите отлучиться на несколько минут? Я буду рядом. В пределах Вашей видимости.
— Воля Ваша.
Хоть бы насмешку скрыл, чуть не сорвалась на мужчину Таня, но вовремя прикусила язычок.
Ну да, куда ей теперь сбегать… Даже волноваться не стоит, что пташка улетит — пташке сейчас вот вообще не до побега! Этот черноглазый тип знал ее слишком хорошо, так что в том, что задетое самолюбие лишило способности мыслить трезво, не сомневался.
— Ты что-то хотел? — холодно отозвалась девушка вместо приветствия, едва Иван приблизился к ней.
— Таня… — ветеринар мялся, — ты пропала так внезапно, что…
— Что ты вынужден был искать утешения в объятиях моей подружки, — насмешливо произнесла девушка, — лишь бы склеить разбитое утратой сердце. Все в порядке, Ванька. Никаких претензий.
Да, вообще никаких.
— Ты якшаешься с пиратами? — неодобрительно спросил парень после долгого тяжелого молчания.
— Я любовница их главаря, — прозвучал ее прямой и бесстыдный ответ, — ты его видел.
Рыжеволосой очень сильно хотелось задеть бывшего — казалось, яд из ран ее задетого самолюбия просто лился, не остановишь…
— Ты пропала вскоре после… — и Валялкин умолк, а Таня громко фыркнула.
— О, сообразил, наконец? Да, женишок. Меня выкрали и преподнесли в «подарок» тому господину, а все потому, что я имела неосторожность попасться ему на глаза. Но я не в обиде. Сейчас даже все устраивает — более чем.
— Но…
— Что «но»?! Не успела я исчезнуть, как ты спутался с первой попавшейся блондинистой выдрой! — рявкнула Таня.
— Но Фудзий сказал, ты собиралась в Порт-Роял для заключения возможного брака. И я решил не мешаться… Дурневы вернулись только месяц назад, они слыхом об этом браке не слышали, тогда мы и начали поиски!
— Брак в Порт-Рояле?! — взвилась рыжая. — Наложничество на Тортуге! Именно Фудзий согласовал меня как часть «выкупа»! Неужели ты думал, я не сообщила б тебе об изменении жизненных планов? Мы были обручены. Нет, Ваня, ты, похоже, с радостью уцепился за эту жалкую ложь…
— Я вызову этого головореза на дуэль, — только и ответил Иван, — по всем законам чести. Ты человек, и никто не имеет право распоряжаться твоей свободой. Особенно таким образом.
Таня расхохоталась.
— Ты не видел, что он делает в бою. Извини, Ванька, ты не простоишь против него и двух минут, да и то будет со стороны Глеба милостью… Повторяю: меня все устраивает. Быть любовницей такого мужчины достаточно приятно, ты не думал?
Васильковые глаза смотрели с недоумением и осуждением, а Таню все несло и несло. Бейбарсов все равно ее не отпустит — да и как получится вернуться, с такой-то славой… Еще одна дорожка к прежней мирной жизни отрезана, теперь если получится когда-нибудь смыться, то уж точно не в родные пенаты.
— Со мной обращаются очень бережно и деликатно, — сообщила девушка, — чуть ли на руках не носят. Глеб не скупится на мои книги и тряпки, да и в постели весьма нежен. Хорош во всем. Как ни странно, он джентльмен — пусть и вор и пират.
— Но закон…
— А что закон? Глеб — корсар, и соблюдает все стороны договора с губернатором Тортуги. По сути, он французский подданный, а что до его отношений с испанским и английским правительством, то… Так вышло.
— Ты закончила расхваливать своего головореза? — холодно спросил Валялкин.
В зеленых очах вновь полыхнула ярость.
— Я и не начинала. Понимаешь, женишок, он, по крайней мере, не врет и не врал о чувствах! Вожделение, вожделение, снова вожделение и стремление разнообразить досуг. А вот кто клялся мне в любви так, что уши медом текли?!
— Таня…
— Гроттер, шпагу одолжить? — глумливо крикнул Горьянов. — Опять свою не взяла.
Девушка стояла достаточно далеко, чтобы ее претензии можно было расслышать, зато жестикулировала очень бурно… Она сделала отрицательный жест, и продолжила высказывать недовольство Валялкину — а закончив, покачивая бедрами, вернулась к Бейбарсову; тот только что оправил большую часть «свиты» по поручениям.
— Что за спектакль Вы устроили, любимая? — лениво поинтересовался Некромаг.
Любимая… Давай, еще ты посмейся.
— Какая разница? — процедила пиратская наложница.
— Собственно, и никакой, но я по-прежнему укрепляюсь во мнении, что Вы ревнивая стерва. Нет, не знаю, что Вы ему наговорили, только… — Глеб ухмыльнулся, — а знаете, Вам было бы с ним скучно.
Зато с тобой весело, не соскучишься.
— Не лезьте не в свое дело, — раздраженно бросила девушка, на ходу останавливая Колю и протягивая ему платок.
Паренек снова умудрился где-то «изгваздаться». Но в одиннадцать лет это проще простого, не так ли?..
— Мэмэ, — спародировал детский акцент кто-то из команды.
С некоторых пор Таня и вправду стала «мамозаменителем» для всех трех юнг. А если учесть, что в свободное время она преподавала им литературу, историю, этикет и читала мальчикам классические романы, которые находились на судне, — неудивительно, что вскоре все трое начали ходить за ней гуськом. Служить на пиратском корабле было интересно, но они, все же, оставались детьми. К тому же, устав от постоянной пыли, она сама стала убираться как в капитанской каюте, так и в кают-компании, сняв эту обязанность с «пороховых обезьянок».
Офицеры смотрели на возню с юнгами с интересом, Глеб руководствовался принципом «чем бы не тешились, лишь бы проблем поменьше», а еще на «вечерние чтения» регулярно заглядывала треть команды — и ничего не мешало Шилову полировать любимое оружие в тишине и покое… Так что, девушка почти не врала, доказывая Ваньке, что жизнь на пиратском корабле не так уж плоха. В конце концов, она была собственностью Некромага, с рангом «принцессы», и относились к ней с уважением. А как иначе, если ты этакая «морская супруга», избранница живой легенды?