Она отказывалась принимать то, что с ней происходило. Нет, только не это, только не к «вору и пирату», это неправильно, так нельзя!!! Ради него ее выкрали. Он взял ее силой, и продолжал брать каждую ночь, даже не задумываясь, что у нее могут быть свои желания! Он заставлял ее одеваться так, как ему нравилось, он прививал ей свои интересы, он… Требовал ее любви, захватил ее мысли и тяготил сердце, и никуда от него было не деться. Нет-нет-нет, ЭТО принимать она отказывалась... Ни за что и никогда.
Капитан уткнулся подбородком в ее затылок.
Пожалуй, сегодня мифам о его непобедимости пришел конец: эпоха «легенды» завершилась — теперь он обычный человек… Ради собственной мести он поставил под удар всю команду; он поддался страстям и просчитался. Интересно, а как все это представит в своей рукописи Ягун, внезапно стало интересно беглому каторжнику.
Комментарий к Часть 11. Принятие Вотъ
====== Часть 12. Побег ======
Таня молча смотрела на канаты, скреплявшие два дрейфующих судна. Рассвет нежно золотил палубы… Все спали — все, кроме двух дозорных да зевающего Соловья, все еще не подпускавшего никого ко штурвалу: черновой ремонт корабля благодаря плотникам с «Ведьмы» был закончен почти за полночь. До ближайшей голландской колонии дотянут — но, черт возьми, ещё требовалось дотянуть! Всего несколько часов! И тогда старый рулевой, наконец, позволит себе отдых…
— Разведываем обстановку? — хмыкнул подошедший Арей.
— Просто прогуливаюсь, — тут же с вызовом ответила Таня.
Канонир медленно почесал разрубленный нос.
— Знаешь… Смываться надо в самую последнюю очередь, перед этим показавшись всем и удалившись, чтобы тебя не искали.
— Не понимаю, о чем Вы.
Бывший ландскнехт, казалось, что-то для себя решал.
— Доставай шпагу, — произнес он, — и смотри внимательно.
Его движения были замедленны, и Таня успевала прослеживать их и парировать.
— Запомни: вот ТАК надо действовать. В морском сражении эта техника самая полезная.
— А… Спасибо, — непонимающе произнесла Таня.
— Удачи — думаю, Бейбарсов как-то переживет твое исчезновение… Улита хороший капитан. Не такой талантливый, правда, как господин Некромаг, но тебе понравится. Это по-настоящему ее дело, хоть мне и жаль, что она тогда оказалась втянута в восстание Буслаева — жила б сейчас мирной и спокойной жизнью и проблем не видала. Иди, Гроттер. Суда расходятся через пару часов, и он не должен ничего заподозрить.
— Почему Вы…? — напряженно спросила девушка.
— Потому что задумался над словами товарища, спросившего, хотел бы я такой судьбы для родной дочери.
— Благодарю.
— Не за что благодарить. До любой любви надо «дорасти» — пока наш капитан не научится ценить то, что имеет, страдать будут все, кто его любит.
А с Бейбарсовым она, все же, попрощалась, только он этого не понял.
Кусая губы, Таня косилась на штурмана.
— Эй, Кирьянов! — рявкнул Соловей, — какого черта вся палуба грязная?!
— Так не успели еще…
— Через два часа, к распрощанию с «Ведьмой», чтобы все блестело! И ты, Рахло — швабру в зубы, да поживее!
Юноши опрометью бросились в кладовку; на «Ведьме» тоже никого не было видно. Соловей буквально силой толкнул Таню к борту и придержал канат, пока та перебиралась на плывущий почти что впритык корабль канонирской воспитанницы. Убедившись, что никто ничего не заметил, он принялся неспешно прогуливаться по палубе. Таня успела юркнуть куда-то за снасти прямо перед появлением старпома Улиты — высокого мускулистого мужчины, которого, кажется, звали Эссиорхом…
Старший помощник набросил на гору веревок, в которой закопалась Гроттер, огромное полотнище, поправил его и невозмутимо прошел мимо. Девушка успела благодарно ему кивнуть — и тот на мгновение прищурил глаза…
«Ведьма Тартара» скрылась за горизонтом, и Соловей направил свое судно к голландскому порту.
— Слушай, Бейбарсов, а где Танька? — спросил Ягун, — в твоей каюте она отсутствует.
— С утра тренировалась. Позже не видел, — произнес канонир.
Младший боцман подозвал Колю и Андрея и отдал распоряжение о поиске — только Бейбарсов знал, что на «Страже» Гроттер нет. Нет ни в трюме, ни где-либо еще… Эта особа, все же, была весьма целеустремленной — стоило лишь на мгновение потерять бдительность, как она тут же осуществила задуманное. Наверное, следовало обратить внимание на ее утренние поцелуи, более горячие и отчаянные, нежели обычно. Он списал их на вчерашнее волнение, а следовало задуматься!
Да, «Ведьма Тартара» исчезла, а с ней из жизни Некромага исчезла и рыжеволосая девица, несколько месяцев согревавшая его постель.
— Ой. А кто это у нас тут?
Раскинув снасти, на свет божий явилась стройная рыжеволосая девица весьма привлекательной наружности. Видели они вчера эту девицу — шлюха Бейбарсова.
— Капитан! — крикнул юноша, и к ним приблизилась дородная дамочка лет двадцати восьми.
— Новые люди… — присвистнула Улита, разглядывая «находку».
«Находка» высокомерно дернула подбородком, не смущаясь всеобщего внимания.
— Кажется, среди моих ведьмочек пополнение, — хмыкнула воспитанница Арея, — да какое! У Некромага вкус-то отменный. Ну, добро пожаловать на судно…
— Я помогу освоиться, — руки обнаружившего ее Хныка с готовностью легли на пятую точку девицы, и он тут же получил нехилый удар по переносице.
Улита и ее команда расхохотались.
— Пошли, Гроттерша, — вперед вышла Гробыня, — со мной жить будешь.
Разумеется, Склепова сегодня забыла про правило хорошего квартирмейстера — «трезвенность», и напоила ее, только вино не помогло; с каждым бокалом Таня лишь еще больше отстранялась, а под конец вечера и вовсе рыдала у нее на коленях, безостановочно шепча про Некромага что-то бессвязное.
— Да тихо ты, тихо… Хорошо все будет, — неумело утешала Гробыня, — жизнь человека длинна. Ваши пути не раз пересекутся.
— Но я… этого не хочу!
— Ври самой себе, если так проще, только не изменится ничего, ты навеки его собственность. А он — твой.
— Именно что «собственность». Нет, я так не хочу, Склепова!
— Стерпится… Ты влюблена в него, как кошка, потому и сбежала, — безжалостно произнесла Аннушка, — стыдно любить мерзавца, не так ли?
— Склеп…
— А я не осуждаю, Гроттерша. Любить такого человека и быть им любимой — сущее наказание. Несмотря на благородство, он эгоист во всем, что касается лично его — и потому любовь его темна и мучительна.
— Да с чего ты взяла, что он вообще ко мне испытывает что-то, кроме собственничества?!
— Взять предложенную командой бабу, предать свои принципы, очернить репутацию? Некромагу?! Он тебя любит, Гроттер… По-своему.
— А я хочу не «по-своему», а «нормально».
— Если б хотела нормально, не подписала контракт с Улитой — он капитан нашей эскадры, и тебе об этом отлично известно. Но ты не знаешь, чего хочешь, и боишься не Бейбарсова, а себя и того, что к нему испытываешь.
— И что теперь?..
— А что теперь… — в разномастных глазах отразилась усмешка, — готовься к встрече на Тортуге, рано или поздно она произойдет.
Через несколько месяцев в Береговом братстве начали ходить слухи о некой Рыжей Бестии, служащей у Улиты судовым врачом. И, услышав эти новости, Бейбарсов только усмехнулся… Таланты у этой девушки всегда были. С ее характером, и вернуться к обычной мирной жизни?! Да он никогда ничего более нелепого не слышал!
Оба корабля совершили несколько дерзких операций; Ведьма» неплохо поживилась в Африке, а вот «Страж», казалось, отчаянно пытался взять реванш за инцидент с командой «Магфорда».
Да еще Ягун и тут неплохо постарался: и былое поражение, по сути, стало для Бейбарсова своего рода победой.
«Томимый благородной местью — за собственную изломанную судьбу, за искореженных товарищей, Некромаг вступил в бой с кораблем, оснащенный намного лучше «Стража», и ценой ужасных усилий взял верх. Стремясь спасти своих товарищей от виселицы или гибели от английских пушек, он почти дал согласие на то, чему предпочел бы смерть…