…Отоспавшись и кое-как отмыв голову, Гроттер вернулась на «Страж» и осторожно заглянула в кают-компанию. Все уже были тут, все офицеры с обоих кораблей. Стояла необыкновенная тишина: все ждали, а черноглазый брюнет корпел над картой.
— Ну, как тут что? — шепотом спросила она у Улиты.
— Бейбарсов почти закончил.
— И?
— Что «и»… Спуриусу хана, — неожиданно жестко заявила девушка, — а что касается сведений, то это записи по рейдам Ост-Индской компании. Перевозка ценностей…
— И они теперь бесполезны?
— Почему же? Вряд ли англичане сразу поймут, что мы смогли разгадать шифр, так что несколько рейдов, прежде чем они свернут намеченные планы, у нас есть. И это мы дружно и обсудим!
Обсудили… Много чего — дальнейшие операции, стратегии… Все обсудили.
— …Улита, я хотел пригласить твоего второго судового врача отужинать и выпить вина, — сказал Глеб, когда обсуждать стало нечего, — а заодно прояснить некоторые вопросы медицины.
Теперь это так называется?..
— Только если сам судовой врач не против, — хмыкнула капитанша, — мы уплываем завтра утром — имей ввиду, Гроттерша! И ты, Склепова, тоже! Ждать никого не будем! А ты, Некромаг, не лови на слове!
Если мысль попытаться вновь запереть Татьяну на корабле Бейбарсову понравилась, то факт, что в дополнение к ней он может получить еще и ее подружку, вводил в состояние тихого ужаса не только его самого, но и половину команды.
…А вино, действительно, оказалось неплохим — иного Некромаг не держал. Таня сидела в резном кресле и вертела бокал, а капитан «Стража» примостился на столе напротив. Все было чинно и очень прилично — он действительно всего лишь угостил ее легким ужином, и теперь, когда Коля убрал посуду и безмолвно затворил дверь каюты, они просто разговаривали.
К Бейбарсову она пришла в одной ослепительно белой рубашке, доходящей ей практически до колена — имела обыкновение носить вместо платья: и не жарко, и удобно, и широкий пояс выгодно подчеркивает осиную талию. А стыд… Что стыд? Пираты к понятию стыда относятся куда проще, портить приставаниями отношения с судовым врачом не желал ни один из матросов «Стража». Девушка поджала стройные ноги — взгляд брюнета, любующегося ею, был слишком уж бархатным.
— Еще раз за успех операции, — произнес он, — без Вас ничего бы не вышло… И за Вашу прекрасную память.
— Ничего не вышло бы без Виктора и умелого командования «Черной розой», — поправила Таня, — к тому же, карту расшифровали именно Вы.
— Ну что ж… Уговорили. Мы неплохо действуем вместе, не так ли?
— Не начинайте!
— Я беседовал с Шиловым. План Ваш, он лишь исполнитель. Знаете, сказал бы, что из Вас вышел капитан не хуже Улиты, но, во-первых, Вам это ни к чему, а во-вторых, Вас это не прельщает.
— Четвертый корабль в Вашу эскадру, — пробормотала Таня, — звучит крайне соблазнительно, но Вы мне этого не позволите, не так ли?
— Почему так думаете? — теперь черные глаза скользили по обнаженным в расстегнутом вороте ключицам.
А что? Сама виновата. Жара жарой, а… Иной реакции ты и не хотела, не так ли? Сама дразнишь.
— Потому что мне понадобятся свои помощники… И желательно мужского пола, а этого Вы никак не допустите. Даже с учетом того, что я буду находиться поблизости.
Да; единственное, что тебя устроит в этой ситуации — то, что я бы находилась рядом, и после пиратских «советов» ты обладал бы регулярной возможностью меня трахать. А впрочем, чем эта перспектива так сильно отличается от происходившего прежде и происходящего сейчас? За исключением того, что в данный момент все напоминает скорее затянувшую прелюдию?
Может, стоило сразу приступить к делу, чтобы не тратить времени?..
— А Вы стали проницательны, — и Некромаг вновь отсалютовал ей бокалом.
— Скорее, лучше узнала Вашу персону. Никто из пиратов, как бы хороша не была добыча, не пойдет служить ко мне, зная, что его отношения с легендарным Некромагом могут быть испорчены.
— Однако! Вы меня описали так будто я обитатель Преисподней, поголовно вызывающий ужас!
А ведь и у нее Бейбарсов был единственным, кто вызывал суеверный страх; единственным, кто подчинял себе ее волю. Даже ее капитан, Улита, заставляла испытывать лишь уважение, но никак не первобытный ужас.
А все потому, что он единственный, кто мог смирить ее буйный нрав…
— Вы на меня странно смотрите, — заметил мужчина, разглядывая Ведьму в ответ.
— Приятно удивлена течением вечера, — спохватившись, произнесла ведьма.
— Ожидали, что я вновь попытаюсь посадить Вас на цепь?
Скорее, соблазнить.
— Опасалась — пока не осознала, что Вы не станете портить из-за меня отношения с Улитой.
— Вы так считаете? — ухмыльнулся Некромаг.
— Вы — капитан Глеб Бейбарсов. И на такую глупость не способны.
— А теперь Вы пытаетесь сыграть на моей гордыне...
— Как знать… — и она пригубила напиток в ответ, с легким вызовом глядя в черные очи.
— Что же Вы пытаетесь разглядеть, любовь моя? — с какой-то болезненной насмешкой вопросил Глеб.
— В Вас стало куда больше тьмы.
— А в Вас появилась сталь, свойственная искателям приключений. И не могу сказать, что мне это не нравится. Очень… возбуждает.
Почти так же, как Ваши голые ноги — не хотите, кстати, закинуть их мне не плечи?
— Почему Вы сбежали, Таня?
А я уж думала, не спросите…
— Мне никогда не нравился… плен.
— Предлагать Вам бороздить моря в должности того же младшего судового врача, со всеми правами члена команды, уже на моем корабле, полагаю, поздно, не так ли?
— Да, – Гроттер на мгновение прикрыла дьявольские глазки, – у меня контракт с Улитой и мне нравится служить ей.
— А если я попрошу ее отпустить Вашу персону?
— Я не хочу обратно на «Страж».
— Я предложил Вам обычную службу.
— С проживанием в Вашей каюте. С приложением в виде «особых» обязанностей, — усмехнулась девушка, — это само собой разумеющееся.
— Неужели Вы до сих пор меня боитесь, Таня? Да, у меня пару раз свинчивало крышу… Но я всегда старался относиться к Вам с уважением.
— Взять девицу силой — это уважение?! — вспыхнула ведьма.
— Вам нравилась сила.
— А Вам непокоренность: наслаждайтесь же ею теперь в полной мере.
— ...И, несмотря на все сказанные слова, Вы, все же, здесь.
— Да, Глеб. Так что — попытаетесь вновь запереть меня?
Теперь, ощущая заступничество Улиты, получив независимость, набравшись уверенности в многочисленных «предприятиях», ты можешь позволить себе дерзость, Гроттер. Не боишься?..
А ведь боялась бы, не пришла.
— Как бы сильно не хотелось отрицать, Вы не вещь. Хотя, безусловно, обладать Вами было счастьем, — с расстановкой произнес мужчина, — и я рад, что этот вечер проходит в Вашей компании.
А знаете, я ведь ждала этих слов. Год назад. И, пожалуй, была бы счастлива, услышь их хоть немного раньше — но, как говорится, ложка дорога к обеду… Теперь же в них мало смысла: ты заговорил по-другому лишь теперь, когда я — свободный человек и член «Берегового братства», с которым необходимо считаться!
— Взаимно.
Черные глаза мерились силами с зелеными, неожиданно отказывающимися сдаваться — и это казалось… интересным. Она читала, что было в этих глазах, читала эти мысли: в этих мыслях она вновь была его, его до последней капли. А впрочем… почему только в мыслях? Склеп ей тогда все правильно сказала…
К ее глубочайшему удивлению и облегчению, Некромаг отошел к окну. Он слышал, как Татьяна поднялась с кресла, как прошла по каюте, как скрипнула дверная ручка…
Когда Бейбарсов обернулся, она все еще была здесь: стояла у кровати и неторопливо расстегивала рубашку.
— Мы оба ждем сегодня именно такого финала, не так ли? — поинтересовалась Таня. — Все должно идти своим ходом… И, безусловно, я пожалею об этой слабости, но только завтра утром. Это будет в последний раз, Глеб — более такое не повторится.