— Не полетишь?
Будешь питаться отбросами.
— Я стану космопираткой.
Как ты.
Ася.
Ведь космопиратами не только рождаются.
Но и становятся космопиратами. — В её глазах – вызов.
Вызов со смятением.
— Ты с ума сошла! — я шла по дороге.
Дела важнее всего!
Я должна донести посылку.
МОЖЕШЬ ПРЕДАТЬ ВСЕХ, НО СЕБЯ НЕ ПРЕДАВАЙ.
— Ася!
Подожди. — Однацентовка догнала меня.
— Ждать не буду.
Работа не ждет.
Говори на ходу.
Ты же меня догнала.
Ради тебя не стану останавливаться.
— Как стать космопираткой?
— Летай.
Грабь космолеты.
Дерись.
Вообщем, всё, как у космопиратов.
— Но мне нужно, чтобы меня приняло общество.
Ваше общество.
И называло космопираткой.
Своей.
— Слушай!
Однацентовка! — Я посмотрела ей в глаза. — Ты не засланная?
Не шпионка?
— Я похожа на шпионку?
— Не знаю.
Я шпионок не видела.
— Даже, если бы я была засланная…
Если скажу, что я не шпионка, то ты не поверишь всё равно.
В ДУХЕ ПИРАТОВ — НИКОМУ НЕ ДОВЕРЯТЬ.
— Угадала.
— Но вам же всё равно — кто шпион, а кто нет.
Если назвался космопиратом, то уже — космопират.
Кем бы ты ни бы до этого момента.
— Почти.
— Ася.
Должны же быть у вас правила.
Правила приёма в космопираты.
— Нуууу.
Если тебя посвятит в космопираты кто-нибудь из наших.
Попроси.
Может быть, согласятся.
— Я тебя хочу!
— Чтоооо?
— В смысле, чтобы ты меня приняла в космопираты.
— Меня?
Нет уж!
Зачем мне это?
— Я прошу! — Однацентовка схватила меня за руку.
— Однацентовка! — Я остановилась. — Ты перешла мои границы.
Взяла меня за руку.
Теперь должна ответить.
По кодексу космопиратов…
— И отвечу! — Она расправила плечи.
— Ты меня достала. — Я спустила корзину на дорогу. — Становись на колени.
— С радостью, — Однацентовка не стала на колени.
Она на них упала.
Наверно, от усталости.
Не устояла.
— Это тебе за то, что ты взяла меня за руку.
Без разрешения, — я ударила ладонью по её левой щеке. — А это — за то…
Вернее — не за то…
Однацентовка! — Мой голосок дрогнул. — Я посвящаю тебя в космопиратки! — Я отвесила пощечину по правой. — Встань, космопиратка Однацентовка!
Теперь ты — одна из нас.
Кто попытается это оспорить — будет иметь дело со мной.
СО МНОЙ ИМЕТЬ ДЕЛО — ПЛОХО!
Вставай, космопиратка Однацентовка!
Космопиратка ни перед кем не должна стоять на коленях.
— Ася! — она поднялась.
И… порывисто меня обняла.
— Однацентовка!
Хочешь ещё пощечину? — Я произнесла в растерянности.
— Хоть сто пощечин, — она смеялась.
Смеялась сквозь слезы. — Но имей в виду!
Я теперь космопиратка.
Могу ответить.
Пощечиной на пощечину.
— Отстань.
— Ты столько для меня сделала.
Я уже потеряла веру в людей.
Давно.
Ты мне вернула веру.
— Однацентовка!
Только не перебивай мои заказы.
У нас конкуренция.
Жесткая конкуренция, кто будет носить на голове корзины.
— Я найду себе заказчиков.
Своих заказчиков.
— Не сомневаюсь…
Теперь…
Иди.
У тебя своя дорога.
— Да.
Конечно. — Ася улыбалась.
Я подошла к корзине.
И тут.
На меня налетел шквал.
Ураган космический!
Однацентовка снова обняла меня:
— Спасибо!
Ася!
Ты — самая лучшая!
— Да чтоб тебя, — я выругалась. — Я думала, что ты хочешь отнять у меня мой заказ. — Я высвободилась из объятий.
— Ася!
— Да, Однацентовка!
— Знай…
Что я тебя ненавижу.
Ненавижу больше, чем других.
— Ага!
Понятно! — Я поняла.
«Столько тепла и благодарности было в слове «ненавижу».
Однацентовка стесняется.
Под «ненавижу» она каждый раз подразумевает разное.
Для одних — одно.
Для меня «ненавижу» — звучит благодарностью…»
Я подняла корзину.
Не оглядывалась.
Ася осталась на дороге.
«Однацентовка — сумасшедшая.
Трудности ей, видите ли, нужны.
Посмотрим, сколько она продержится».
ДЕРЖАТЬСЯ НА ПЛАВУ МОЖНО, ЕСЛИ ЕСТЬ СПАСАТЕЛЬНЫЙ ПЛОТ.
Я шла быстро.
Догоняла — потраченное на Однацентовку — время.
Вручила заказ Смиту.
Космопират дал мне только один цент.
Ничего, Смит.
Я тебе потом отомщу.
За жадность.
Я пришла домой.
Разделась.
Собралась войти в джакузи.
— Ася!
Ты в пещере?
Открывай! — Я услышала тонкий голосок.
Узнала его.
— Ася! — Я была в ярости.
Распахнула дверь.
Даже не потрудилась одеться.
Так и стояла голая.
Космопиратка не стесняется своей наготы.
Нууу, как не стесняется… — Ты меня преследуешь?!!