Громко и протяжно.
Звук разбудил птиц в джунглях.
Обезьяны посыпались с деревьев.
Потом космобаржа с шумом убрала стан-гоуты.
И взвилась в воздух.
— Ася!
А нас не раздавит ускорением?
У меня лицо плющится!
— Бекки!
Успокойся!
Я сто раз так делала.
Не должно раздавить.
Космоснаряды — груз деликатный.
Им перегрузка вредна…
— Спасибо, Ася!
Системы слежения нас не заметили.
И это — хорошо! — Я проверила натяжение троса.
Должен выдержать.
Мы же — лёгонькие.
Мы — лепестки цветочков…
Баржа летела по гипер переходам.
Выскакивала.
Разгоняла тенью космическую пыль.
У меня закружилась голова.
Сердце бешено колотилось от страха.
— Ася!
Меня тошнит!
— Бекки!
Подожди, пока прилетим.
В скафандре тошнить — как-то не этак…
Ты — беременная?
— Ася?
Ты с ума сошла?
Я до свадьбы — ни с кем!
— Я тоже…
И меня подташнивает.
Нас шкомотает.
Как в лодке на море.
У нас морская болезнь.
Переживем…
Я так сто раз летала! — Ася засмеялась.
Но как-то невесело смеялась.
СМЕХ ИНОГДА КАЛЕЧИТ.
Наконец, баржа припланетилась.
Она опустилась в долину.
Большая долина.
Мы быстро скинули тросы.
— Бекки?
— Да, Ася.
— Мы должны спрятаться.
Здесь могут быть камеры слежения.
— Согласна! — Я кивнула.
Мы не снимали скафандры.
Планета не была похожа на жизненную.
Скорее всего, здесь нет воздуха.
Зачем складу боеприпасов воздух?
Спрятались за камень.
Большой камень.
Он экранирует.
Вернее — должен скрыть наше инфракрасное излучение.
Баржа быстро разгрузилась.
Прямо в долине.
Без ангаров.
Ящики стояли на камнях.
— Временная база, — Ася прошептала. — Умно.
— Ага! — Я кивнула. — Когда окажемся у наших, то сообщим об уловках жухраев.
Не нужно ставить ангары.
Экономия на войне!
Баржа поднялась.
Под днищем у неё висел космотанк.
Значит, он был в долине.
Одно доставила, другое взяла.
ДЫРКА ДОЛЖНА БЫТЬ ЗАПОЛНЕНА.
Космотанк был больше самого большого космокатера.
Мы не успели опомниться, а космобаржа исчезла.
Улетела с новым грузом.
— Бекки!
Мы должна осмотреться. — Ася взяла меня за руку.
Мы начали исследовать долину.
— Ася!
Кругом горы.
Высокие горы.
Они упираются вершинами в пустоту космоса.
Мы не допрыгнем до вершины горы…
Нет воды.
Нет растительности.
Одни камни.
Камни и бластеры.
Бластеры и камни.
Я уже жалею, что мы покинули ту планету.
Там было хорошо! — Я вздохнула.
— Очень.
Очень было хорошо в тех джунглях. — Ася посмотрела на меня.
Внимательно осмотрела.
А что смотреть?
КОГДА В СКАФАНДРЕ, ТО И СМОТРЕТЬ БЕСПОЛЕЗНО.
— Мы там могли купаться.
Загорать.
Пили чистую воду.
Вода пресная.
Холодная водичка из родника. — Я начала ныть. — Вкусные фрукты.
Здесь нет родников.
Нет травы.
Нас ждет смерть.
Голодная смерть. — Я горевала.
Ася меня не утешала.
УТЕШЕНИЯ — ПОЛЕНЬЯ В ОГОНЬ ПЕЧАЛИ.
Я опустила головку.
Но Ася всё высматривала.
И, вдруг, высмотрела.
— Бекки!
Вся долина усеяна бластерами.
Не теми бластерами, которые доставила космобаржа.
Здесь бластеры из драгоценных металлов.
Золотые бластеры.
Серебряные.
С причудливой изящной резьбой бластеры.
Судя по всему…
Планета — жухрайских контрабандистов.
Они поставляют драгоценные бластеры богатым клиентам.
И скрывают свои налоги.
Жухрайские космопираты!
Мои конкуренты.
Но…
У каждого бластера рядом — силовое поле.
Защита.
Каждая защита пятого уровня.
Вот, куда нас с тобой занесло, Бекки!
— Дааааа.
Занесло, — я проблеяла. — Вместо свадьбы — долина жухрайская.
С оружием.
Для того я лелеяла свою красоту, чтобы умереть среди камней.
Огромные камни.
И драгоценные бластеры.
Нет от золота никакого проку.
Здесь нет… — Я задумалась.
Мы шли дальше.
Добрались до подножия горы.
Высокая гора.
Мы присели на камень.
Стали ждать ночи.
— Моя последняя ночь, — я зарыдала. — Если я не погибну от голода и жажды…
То нарвусь на одну из защит бластера.
Защита разорвет меня.
— Бекки! — космопиратка обняла меня за плечи. — Всё будет хорошо!
Я так сто раз делала…
— Ася! — Прости меня. — Я всхлипывала. — Я только ною и рыдаю.
Ты же меня успокаиваешь.
Ты ни разу не упрекнула меня в трусости.
Я больше так не буду.
Мы не погибнем!
Ты что-нибудь придумаешь!
Ты же так сто раз выживала!