Мы уже не питались консервами купцов.
На каждой ярмарке мы знакомились с торговцами.
Покупали новинки.
Наконец загрузили полный трюм.
Своих нужных товаров.
— Пируем! — В конце дня я подняла бокал с земляничным соком.
— Агага! — Купцы загалдели.
Они почувствовали перемену в нашем настроении.
— Мадемуазели… — главный купец Фантомасий не потерял надежду взять меня и Асю в жены. — Я хочу…
Но, что хотел — не успел досказать.
Космофрегат задрожал.
Его начало швырять из гравитационной ямы в другу.
— Поднялась космобуря! — один из купцов взглянул на голограммы. — Тахионный ветер вывел из строя ускоритель.
Навигационная система сгорела.
— Хватайтесь за поручни! — Старик Бульман закричал. — Натягивайте скафандры.
Берегите своё здоровье. — Сказал и улетел.
В дыру в боку космофрегата засосало купца Бульман.
Через минуту космошторм утих.
— Космофрегат принесло к жухраям, — главный купец Фантомасий посмотрел на компас. — Чужие Галактики.
Жухрайский край Вселенной! — Фантомасий рвал на себе бороду.
Стонал.
Плакал. — О, горе нам!
Горе!
Нет нам спасения.
Мы попали к жухрайским «мохнаткам».
Они — амазонки.
Они очень злые.
И бесконечно красивые.
Амазонки не подбривают ТАМ.
Поэтому их назвали «мохнатками».
Жухрайки амазонки зеленоглазые.
Тела их покрыты золотой пыльцой. — Фантомасий замолчал.
Потому что космофрегат грохнулся в долину.
На какой-то планете жухраек.
Наших врагов.
ВРАГИ СЗАДИ УЖЕ КАЖУТСЯ ДРУЗЬЯМИ.
Мы не успели опомниться.
Амазонки напали на наш космофрегат.
Они были красивы!
Очень красивы!
Прекрасные загадочной чужой красотой.
Нас окружили.
Рвали на нас одежды.
Царапались.
Кусались.
Увели нас от космофрегата.
Потом они подняли в воздух наш космолет.
И улетели.
— Никого не убили? — купец Фантомасий ощупывал себя. — Странно.
Очень странно.
— Зато они увезли наши сумочки! — Я закричала.
— Все наши платья и туфельки украли!
ДЛЯ ДЕВУШКИ ПОТЕРЯТЬ СВОЮ ЛЮБИМЫЕ ВЕЩИЧКИ – ХУЖЕ СМЕРТИ. —
Ася кусала губки. — Они — бесчеловечные.
Настоящие космопиратки!
Только жухрайские…
— Мы несчастные! — глава купцов Фантомасий возопил. — Нас бросили.
Без еды.
Без воды.
Без наших денег.
Без возможности нам спастись.
Скоро прибудут жухрайские полки.
И нас расстреляют.
Ведь мы — Имперцы.
ПОЧЕМУ Я НЕ РОДИЛСЯ СРАЗУ С ДВУМЯ ГРАЖДАНСТВАМИ?
Мы побрели к лесу.
Может быть, в лесу спрячемся.
В лесу оказался дворец.
Огромный дворец жухраев.
Каменный.
ОГРОМНЫЙ ДВОРЕЦ НАЗЫВАЕТСЯ ДВОРЦОМ КУЛЬТУРЫ.
Голографические ворота были распахнуты.
Настежь распахнуты.
Мы вошли во двор.
— Во дворе пусто! — Я оглядывалась. — Я еле держусь на ногах.
Я устала. — Я пожаловалась подруге.
— ЛЮБАЯ УСТАЛОСТЬ — ПРИЗРАК!
Ася никогда не ноет.
В отличие от меня.
Мы улеглись в гамаки.
И уснули.
Нас разбудил шум.
Ужасный шум.
Словно тысячи космокрейсеров сговорились и загудели все сразу.
Мы вскочили на ноги.
И увидели перед собой жухраев.
Рота жухрайских космодесантников.
— А жухраи выглядят не так, как их изображают на наших Имперских плакатах. — Я прошептала подружке. — На плакатах жухраи с мордами.
У них клыки.
Зверские лица.
По семь рук…
— Я видела плакаты, где у жухраев десять рук, — Ася прижалась ко мне. — Кожа тех жухраев синяя.
Темно-синяя.
Глаза красные.
Ногти широкие и острые.
Как ножи.
А эти жухраи…
Они — человеческие.
Как бы.
Может быть, только снаружи… — Ася отступала в тень.
Тень от космофрегата жухрайского.
Тащила меня.
ПОДРУГИ ДАЖЕ В БЕДЕ — ВМЕСТЕ.
По трапу с жухрайского космокрейсера спускался офицер.
Что он офицер — видно сразу.
Тонкие усики.
Лицо вытянутое аристократическое.
Взгляд цепкий.
Изучающий взгляд.
— Наши-то, — Ася ущипнула меня.
Наверно, ущипнула, чтобы я не заснула. — Торговцы испугались.
Жмутся друг к дружке.
Дрожат, как цыплята.
Молчат.
Ни звука не проронили.
Жухрай оглядел купцов.
Затем остановил свой взгляд на мне.
Подошел.
Растопырил пальцы правой руки.
Поднял руку.
Пошевелил пальцами перед моим лицом.
Прожигал меня своими глазами.
Глаза голубые.
Сверкают глаза.
Хорошо, что не зеленые глаза.
Есть поговорка:
«У беды глаза зеленые».
Офицер пощупал мою грудь.
Не знаю, зачем…
И получил оплеуху.