— Я вас обоих спрячу, — клятвенно пообещал чародей. — А теперь о деле.
За столом стало тихо, и все взоры обратились на хозяина дома.
Глава 27
Она медленно открыла глаза и уставилась в серый каменный потолок. Потом осторожно встала и огляделась. Ее окружали такие же серые стены, как и потолок, серые и сырые. Девушка поежилась и сделала несколько шагов. Что-то звякнуло. Она посмотрела вниз и обнаружила на своей ноге неширокую и легкую металлическую цепь. Белава нагнулась и попробовала подергать цепь. То, что она прочная, не смотря на кажущуюся несерьезность, чародейка поняла сразу. Помимо того, заклинания не помогли разорвать ее. Огонь не оплавил. Цепь осталась такой же блестящей и прочной. Девушка прошлась по своему узилищу, цепь легко растягивалась, не лишая ее свободы передвижения. Она подняла голову и увидела небольшое окошко недалеко от одинокого узкого ложа, где она очнулась. Белава подошла к окошку, встала на цыпочки и попробовала дотянуться до окна, но роста не хватило. Она зло топнула ножкой и попробовала сдвинуть лежанку. Узилище огласил неприятный скрип по каменным плитам, но лежанка поддалась. Вскоре Белава уже смогла достать до вожделенного окошка, но разочарованный стон тут же огласил ее новое обиталище. Все, что девушка смогла увидеть, это была белая стена соседнего здания. И еще кусочек серых плит снизу. Голоса не долетали к ней, запахи так же, и определить, где она не было никакой возможности. Она спрыгнула с лежака и направилась к железной двери. Несколько мгновений чародейка изучала дверь обычным взглядом, потом измененным, но ничего магического не увидела. И тогда она ударила в дверь немалым потоком силы. Выплеск долетел до двери, ударился и полетел в собственную хозяйку, жестко сбив ее с ног. Белава вскрикнула и какое-то время ошалело смотрела на дверь, сумевшую дать ей сдачи. Она встала, потирая ушибленное при падении бедро и решила действовать иначе.
— Эй, — заорала она, — есть кто живой?
Ответа не было. Девушка постучала в дверь кулаком, потом начала молотить ногой. Грохот стоял жутки й, оглушая ее саму, но настырная девка не сдавалась, продолжая стучать в дверь и орать. Никто не отозвался. Вместо ожидаемого ответа, посреди камеры появился небольшой стол на резных ножках. На столе стояло блюдо с фруктами и изящный серебряный сосуд и такой же изящный кубок.
— Чего это? — вопросила она, глядя на сосуд. Нагнулась, понюхала. — Вино что ли? Споить хотите? Не на ту напали!
Она подбоченилась и отвернулась. Звон за спиной привлек ее внимание. Она обернулась и узрела, как сосуд с вином поменялся на небольшой самовар, а фрукты на аппетитно пахнувшие крендельки. Белава гулко сглотнула и взяла кренделек. Осторожно откусила кусочек, и вскоре от кренделька остались крошки.
— Так-то лучше, — сказала она неизвестно кому и налила себе чай. — На чем сидеть-то? Я стоя есть не привыкши, — заворчала она и ойкнула, ощутив, как под девичий зад нырнул стул.
Странное гостеприимство вселяло некоторые надежды, конечно, но цепь на ноге совсем не радовал а. Самое замечательное было то, что ее сила оставалась все еще при ней. Появился вопрос, зачем тогда притащили сюда и оставили в живых. Белава сосредоточенно поглощала крендельки, запивая вкусным чаем, и продолжала думать. Особых выводов сделать не удалось, потому что ее нынешнее положение было совершенно непонятно. Эх, с мастером бы поговорить… Стоп! Она лихорадочно осмотрелась. Нужно отправить вестника!
Белава огляделась, конечно, седельная сумка осталась на Злате. Но ведь у нее был запасной вариант, и девушка зашептала альвийское заклинание. Разодранный костюм сменился новым, на шее появился мешочек, в котором лежала бумага, перо и маленькая чернильница, конечно, с чернилами. Девушка быстро написала несколько строк, сложила и, шепнув на грамотку, отправила свою "синичку" на поиски чародея. Вестнику ничего не помешало, но… все письменный принадлежности исчезли, не по ее желанию. И Белава занервничала, сообразив, что вестника могли выпустить специально. Она нахмурилась и зло крикнула:
— Хозяин, ну-ка покажись!
Никто не показался, не отозвался, еще и столик с кренделями исчез. Белава нахмурилась. В игры значится играть решил неведомый хозяин, ну-ну… Вот только пусть покажется… Девушка прошлась из угла в угол, постояла немного и еще походила. Неизвестность начинала раздражать. Не, ну на самом деле, утащил, так покажись и скажи, что надо-то от честной девицы.
— Покажись, — снова крикнула она, — добром прошу! Потом ведь хуже будет.