Большую часть мест, как в самой септе, так и на её ступенях к приходу Гарденера уже успели занять, так что для обычного человека попасть в первые ряды было уже невозможно. Однако, Эдмунд пришёл сюда с какой-никакой, а вооруженной охраной, так что люди, как правило, предпочитали расходиться и уступать свои места небольшой вооруженной процессии с просторским принцем во главе, чьё лицо было скрыто дорожным плащом. В конечном итоге Эдмунд и Фланы всё же сумели попасть внутрь септы, где под звонкие голоса приходского хора и нетерпеливый гомон толпы с минуты на минуту должно было начаться богослужение.
- Друзья мои! – взял слово местный септон в белоснежной рясе, заняв место у какого-то подобия алтаря. За его спиной располагалась фреска с изображением общепринятых образов шести из семи богов веры. Изображения Неведомого по старой доброй и вполне понятной традиции Вестероса было практически невозможно встретить. – Братья и сестры! Дети Отца и Матери! Внемлите мне, ибо как гласят священные тексты мы все по природе своей греховны! И только потому, что мы исполняем заветы наших далёких предков, принявших свет истинной веры, мы сможем обрести спасение на семи небесах! – обратил он свои руки к свету, проникающему в септу через полуоткрытый купол храма. Благодаря небольшому эмоциональному и иллюзорному трюку стало казаться, что свет направлен исключительно на фигуру едва седого старца.
- Однако не только мы сами должны чтить заветы великой веры! – продолжил свою речь жрец. – Ведь не только праведные люди живут под небом семи богов, но и грешники! Те, кто сбились с праведного пути так и норовят утащить не только себя, но и других в седьмое пекло! – голос жреца сменил интонацию, которая стала намного твёрже. – Но что, если грешники не просто ходят среди нас? Что если они носят дорогие одеяния и золотые регалии? Что, если они творят законы и указывают нам как жить?! Что же будет с праведными людьми под их правлением, спрашиваю я вас, братья и сестры?! – повысил он свой голос и скорбно обратился к присутствующей пастве. Глаза его словно искрился от религиозного ощущения, у людей вряд ли могли возникнуть сомнения в том, что он сам не верил во что говорил. Впрочем, сейчас Эдмунд не был уверен играет ли септон, как ему и полагает, на публику или же действительно полностью убежден в своих словах.
- Седьмое пекло. Страшный суд. Чтоб их побрал Неведомый. – раздались кроткие ответы и перешёптывания среди людей в ответ на обращение жреца.
- Именно! Нас всех ждёт падение! Наши души падут в огненную бездну, где будут вечно гореть и тлеть в ужасных пытках за то, что мы закрыли глаза на подобное святотатство! – обозначил септон перспективы практически нечеловеческим криком. – Покайтесь, верные дети Отца и Матери, братья Воина, ученики Кузнеца! Ибо наши король и королева грешны. Они не видят знамения, что посылают им светлые лики Семи божеств! Их двор утопает в неоправданной роскоши и пьянстве! В них ведется порочный блуд и кровосмешение! Боги уже покарали Таргариенов за их грехи, навечно изгнав их с нашей земли. Однако, мы не смогли внемлить их предупреждениям и заветам, безумие прошлого короля было нашим наказанием за слабость и бездействие! Как же покарают нас боги теперь, когда мы в очередной раз вручаем наши души на костер тщеславия и греха новой династии?! – вновь вопросил он в толпу. Жар, с которым всё больше распалялся священник, казалось, поглотил жителей с головой, будто бы их дыхание полностью замерло.
- Я отвечу вам, братья и сестры! – после знакового момента молчания продолжил септон. – Нас всех ждёт голод, холод и смерть, что мучительнее любой пытки! Великое Зло, что придёт по наши души не пощадит никакого! Оно придёт в каждый наш дом и от него будет невозможно сбежать или же скрыться! Только покаявшись! Только приведя к свету порочных королей, принцев, лордов, рыцарей, торговцев и самого последнего бедняка мы сможем спасти наши души! Наши семьи! Наш дом и кров! – вскинул руки к небу жрец словно обращаясь к самим небесам. Вслед за этим толпа прихожан словно взорвалась.
- Покаются! Пусть они покаются! – раздавались возгласы со всех сторон, как в самой септе, так и за её пределами.
Дальше Гарденер слушать уже не стал, ибо самую важную и интересную часть богомолья он уже услышал. Ничего шокирующего в этом представлении наследник Дубового трона не увидел. Люди средневековья, особенно простые, во все времена были весьма впечатлительными, так что здесь не было ничего необычного. Разве что вместо ожидаемых Эдмундом призывов к расправе или свержению он так и не услышал. Впрочем, это было вполне понятно, т.к. если бы жрецы прямым текстом подстрекали людей к бунту и свержению власти, то даже всё время ищущий компромисса Джон Аррен не смог бы удержать короля и других лордов от расправы над жречеством.