- Разве не чего-то подобного мы ждали всё это время? Церковь готова драться с короной и может стать нашим ценным союзником, которого мы так долго искали. Разве не стоит хотя бы попробовать выразить своё намерение? – не отступал Красный змей, считая, что за много лет ожидания, фортуна впервые повернулась лицом к дому Мартеллов.
- Не спеши думать, что если кто-то выступает против Баратеонов и Ланнистеров, то он обязательно станет нашим союзником, Оберин. – глухо отозвался на вопросы младшего брата Доран. – Если бы ты внимательно слушал о чём говорят септоны, как у нас, так и во всех других частях Семи Королевств, то понял бы, что церковь Семерых нам вовсе не союзник, а скорее потенциальный опасный противник.
- О чём ты? – уточнил Красный змей, опираясь на одну из стен солярия и сложив руки на груди, выражая таким образом своё недовольство от непонимания слов своего брата.
- Одно из главных обвинений, которое верховный септон вменяет Баратеону, это грех кровосмешения. – спокойно и доходчиво объяснял владыка Дорна. – Жрецы указывают, что все беды королевства связаны в первую очередь с тем, что узурпатор является наследником Таргариенов, как по наследию, так и по крови. Здесь, конечно, трудно возразить, но вместе с этим обвинения выглядели бы весьма притянуто за уши, если бы не остальные, рассказывающие о блуде, пьянстве и мотовстве обитателей Красного замка.
- Не помню, чтобы это когда-либо проблемой. – усмехнулся Красный змей, комментируя сказанное.
- Всё так, если бы мы жили в прошлом Семи Королевств. Однако, наступила новая эпоха и новая династия, чьё положение в первую очередь держится на кровном союзе северных королевств. От того особого пиетета чернь королю не испытывает. Конечно, в начале его правления все ожидали долгожданных перемен и возлагали на Демона Трезубца большие надежды, однако по прошествию лет стало ясно, что из Баратеона паршивый король. Коррупция на улицах города и долги в которые залезла корона подстегнули нового мастера над монетой повысить некоторые налоги. Недовольство зрело, а поднявшей голову церкви оставалось только оседлать народный гнев, что у них успехом и получилось. – продолжил Доран Мартелл размышлять вслух, делясь своими мыслями и наблюдениями с родным братом.
- Думаешь за верховным септоном кто-то стоит? Или же старик сам решил от дурости заделаться игроком? – слова брата заставили Красного змея крепко задуматься.
- Возможно. – не стал отрицать Доран, после чего осторожно поднялся с дивана и доковылял до своего рабочего стола, где бегло просмотрел разложенные на нём записки и документы. – Однако, сообщения соглядатаев говорят о том, что не всё так просто. Помнишь о том случае, произошедшим на хайгарденском турнире пару лет назад?
- Ты о том инциденте, когда мейстеры посходили с ума, а на пире Тиреллов появился безумец утверждающий, что он живой Гарденер? – вскинул бровь Оберин, который считал данную историю весьма забавной, но не более того.
- Именно. – присел принц Дорна на свой стул. – Только вот поиски этого человека выдуться до сих пор, а в кулуарах просторцев разговоры о данном инциденте не стихают и по сей день. Тиреллы стараются как могут, чтобы замять происшествие, но пока что слухи только крепятся и расходятся, один краше другого.
- К примеру? – заинтересованно подался вперёд младший из братьев Мартелл, склоняясь над документами хозяина замка. Всё-таки Доран никогда не заводил с ним пустые разговоры.
Из последних подобных сообщений. – вытянул старший Мартелл одну из бумаг. – Чудодейственное возрождение земель Тамблтона, который не единожды был подвергнут разорению во время Танца Драконов. Сейчас город переживает второй рассвет, а по городу и окрестным землям ходят слухи о странном человеке, который приезжал в Малые Шипы. Именно с его появлением горожане связывают избавление от драконьего проклятия, что поразили земли Футли довольно давно. Никто толком не видел его лица, по крайней мере из тех, у кого мои люди брали эту информацию. Сам лорд Футли никак данное событие не комментирует, называя божественной милостью. Прибывшие на осмотр Тиреллы также не смогли ничего добиться или узнать. – описал Доран происходящее на северо-западных рубежах Простора.