Расспросами служилого люда занимались уже верные самой Оленне доверенные лица. Урожденная Редвин же попыталась найти подход к детям лорда Тамблтона. Да, люди недооценивают детей, а ведь порой могли слышать и видеть то, что было непосильно обычному слуге, т.к. у них во многом отсутствуют многие ограничения взрослых, а ещё на них заведомо меньше обращают внимания в силу их возраста. Неудивительно, что Паук Королевской гавани предпочитает использовать именно их в своих грязных делишках.
Слуги Оленны, как ни странно, пришли к ней почти с пустыми руками. Ничего, что могло бы уличить лорда Корвина во вранье. Да, был человек, гостил, а с ним ещё двое. На торговцев похожи были не особо, но ничем предосудительным не занимались. Иногда один из них имел диалог с лордом. О чём? Никто не знает кроме него самого. Замок практически не покидали, по крайней мере днём. Ночью же большинство спит, на страже остаются только самые верные Корвину люди, навроде командующего Нилла, а от тех и клещами ничего не выудишь, тем более что они знали точную причину приезда в замок представителей семьи Хранителей Юга. В общем-то практически ничего существенного.
Попытка выспросить устный портрет гостей ни к чему хорошему не привела. Любая попытка зайти дальше обычных абстрактных описаний приводила к глухой стене непонимания со стороны обслуги, а затем и вовсе их закрытия для продолжения расспросов. В конечном итоге единственной странностью, которую смогли обнаружить её люди был домашний сад замка, что регулярно закрывался в определённое время по просьбе гостей. Сад этот Оленна посетила. Подозрительно ухоженный и живописный, но не более того. Подозрения её укрепились, но опять же этого было мало, словно бы она пыталась построить воздушный замок из пересудов и параноидальных теорий.
Дети же, не смотря на не дюжий опыт Оленны в этом вопросе, оказались ещё более скупы в плане информации. Будущая леди Хэйфорд будто бы находилась где-то совсем далеко от того места, где матриарх дома Тирелл вела с ней беседу. Быть может, девочка и хотела бы рассказать что-то о таинственных гостях её отца, но пребывала в сладких грёзах девичьей влюбленности, это старая леди видела весьма чётко. Отец явно провёл с ней воспитательную беседу и настроил её на помощь тому мужчине или юноше, о котором так старалась узнать Оленна. Молодые женщины в силу своего возраста за свои чувства могли убить или умереть сами, что тоже было не новостью для умудрённой годами интриганки. В общем от девчонки ничего полезного узнать не удалось. Мальчишки же во всём старались походить на своего отца, а потому старую женщину не привечали и разговоры с ней вести не хотели. То был тупик, очередной.
Последнюю попытку Королева Шипов предприняла с мейстером Стебалем, что служил дому Футли с момента принятия главенства над родом Корвина. Своих людей же Оленна отправила в город, быть может там им удастся найти хоть какую-то зацепку. Мейстер явно что-то знал, но не смотря на все увещевания пожилой леди на отрез отказывался говорить. Стебаль явно выглядел запуганным. Кем? Чем? Что же могло напугать тертого в делах Цитадели учёного мужа? Ответа матриарх Тиреллов так и не получила, но это была ещё одна деталь в общую картину.
Из города люди принесли вести, как старые, так и новые. Если с новостями о возрождении «старого» Тамблтона было уже всё понятно, то вот сообщения о мгновенном исцелении были уже в новинку. Как оказалось вместе с приездом странного гостя в окрестных поселениях стали случатся чудеса, словно в святых текстах семибожья. Кто-то вылечился от гангрены, кто-то от чахотки, а кто-то умудрился вернуть парочку потерянных пальцев, во что Оленна не особо верила, но факт был на лицо, во время этих событий в поселениях всегда присутствовали несколько человек в сопровождении людей в цветах дома Футли.
Именно такие новости о своём расследовании поведала Мейсу Оленна. Она была абсолютно уверена, что все эти необъяснимые события были связана с фигурой Эдмунда Гарденера, чью фамилию он порой боялся лишний раз помянуть всуе. Да и не верилось ему, что мертвец, погибший несколько веков назад, мог вот так вот взять и запросто восстать из своей могилы. С другой же стороны многие вассалы пытались связать и легитимизировать данное явление с падением Таргариенов, как нечестивых завоевателей и клятвопреступников андальской веры, а также со странным положением небесных светил в ту роковую ночь. От всего этого глава Тиреллов отмахивался, как от признаков крайней степени мракобесия и невежества. Он был просвещённым лордом и такие странности принимал исключительно со скепсисом ему положенным.