И именно в этом окружении сейчас находился Эдмунд под личиной Гарланда Флана. В который раз он поблагодарил судьбу, что его сопровождающим был лорд Аллан, ведь на все вопросы новоприбывших гостей к его персоне отвечал именно он. Гости быстро теряли интерес к его персоне, хотя и восхищались его «храбростью», но это не было подозрительно, ибо характер старшего сына сира Гаррета пусть и не особо известный, но не располагал к долгим разговорам. Таким образом он мог ограничиваться лишь быстрыми приветствиями и короткими ответами.
Наконец, когда помещение полностью заполнилось, а слуги внесли недостающие блюда, Титус Пик поднялся со своего места в окружении сыновей и дочерей, после чего взял своё слово. Присутствующие мгновенно обратили своё внимание на хозяина замка, на время прекращая какие-либо разговоры и приводя в чувство немногочисленных детей, которые пришли вместе с благородными родителями на данное мероприятие. Всё же это были не похороны, а почтение последней памяти женщины, которые большинство людей если и не знали, то хотя бы встречали. К тому же это был ещё и акт политический, где можно было легко понять, где находились союзники, а где простые, но не менее важные торговые партнёры и близкие соседи.
- Благодарю. – сухо начал свою речь лорд Титус. – За то, что нашли время и силы разделить со мной и моей семьёй горечь утраты. С некоторыми из вас мы виделись не так уже и давно на подобном же мероприятии. Однако, боги сами решают, когда забрать нас из этого мира, не важно пройдёт ли десять лет или всего пару месяцев. Но важно. – сделал он условный акцент на данной фразе. – Чтобы мы, следуя традициям и заветам наших великих предков, продолжали сохранять приличия в любых ситуациях. Не так давно я потерял друга, а теперь любимую супругу. И я каждый день молюсь за каждого из вас, чтобы подобная участь минула всех стороной, но боюсь в том у меня нет власти. Ни у кого из нас. Пусть Семеро знают, что не смотря на скорбь, мы всё ещё храним их заветы и верность. – на такой ноте после короткой и сумбурной речи лорд Пик сел обратно, а его место тут же занял городской септон, привлекая к себе внимание гостей.
- Прекрасные, а главное правильные слова, милорд. Приветствую всех собравшихся детей Отца и Матери. – глубоко поклонился перед благородными гостями жрец, не забывая при этом польстить и своему покровителю. – Сегодня мы собрались здесь, чтобы в последний раз почтить память дочери великого дома Ланнистеров и верной супруги благородного дома Пиков, пусть вас не смущает отсутствие стен храма или тела усопшей. В данный момент она наблюдает за оставленными ею мужем и детьми, товарищами и друзьями с высоты семи небес, где все её печали и недуг забрала Старица. Этой встречей мы отдаём ей последнюю дань в мире земном, чтобы завершить её мирской путь и освободить её дух от всяких сожалений. – однако стоило отдать приспособленцу должное, говорил он весьма чётко и призывно, от чего всё внимание собравшихся было сосредоточено исключительно на нём. – Так избавимся же мы от печали, дабы свет жизни, а не холодная и мрачная тень нависающей смерти руководила в нас на протяжении нашего пути. – завершил он свою речь, таким образом призывая людей отпустить свою скорбь не ради мёртвых, но ради живых, после чего сел на своё место. В тот же момент семейство Пиков стало дружно подниматься бокалы с разбавленным вином. Исключительный символизм, но все гости немедленно повторили данное действие.
Отхлебнув безвкусную жидкость, Эдмунд поставил бокал обратно на стол. Таким уж точно нельзя было напиться, но уже следующие графины с вином оказались в полном порядке. После данной процедуры официальная часть мероприятия завершилась, и гости приступили к еде, разговорам и историям с соболезнованиями. Традиционные поминальные службы в Семи Королевствах ничем не отличались от таковых, которые помнил по себе Эдмунд. Не считая похорон подобного роды встречи не были чем-то официальным, а скорее простым, но очень набожным или скорбящим жестом. В этом не было ничего удивительного, учитывая, что вера Семерых во многом схожа с христианством западного образца.
Пока проходило застолье Гарденер думал над тем, как добиться от лорда Пика приватного разговора, найти к нему подход, но так чтобы не быть раскрытым. Пока что получалось плохо. Титус практически не вставал из своего стола, как хозяин замка он был вынужден о многом общаться с гостями пусть и делал это с большой неохотой. Нрав лорда Звёздного Пика действительно был сложным, словно он не хотел поддерживать разговор, если дело не касалось его напрямую. Требовать от лорда Аллана помощи ещё и в этом деле Эдмунд не стал, тот и так сделал куда больше, чем от него просили, да и это бы показало избранника Семерых не с самой лучшей стороны.