- Хм. Джон Сноу, посланник Короля Севера. – неловко представился черноволосый парень с небольшим пушком на лице. Тот явно находился не в своей тарелке, будучи официальным представителем своего брата. Казалось, ещё немного и тот начнёт переминаться с ноги на ногу, но присутствие других северян из родов Дастинов и Флинтов удерживал его от подобного.
Честное слово, Гарденер и сам не хотел повторять культовую сцену из сериала, но всё получилось как-то само собой. Кто бы мог вообще знать, что на переговоры со стороны Севера пошлют именно его. Рисковый шаг, если не необдуманный. В набожном Просторе послать на переговоры бастарда, пусть и сына бывшего верховного лорда, было не совсем красиво. Такое вообще многие могли счесть за оскорбление, так тот ещё требовал встречи с королём, чей авторитет в королевстве на данный момент был запредельным. Это Эдмунда знал истинную природу парня перед собой, а вот остальные нет, да никто не знал.
Присутствие здесь Сноу означало, что Стена в ближайшей перспективе долго не продержится, ведь теперь неизвестно кто станет новым командующим Чёрного замка после смерти Мормонта. Да и тот же Семвелл Тарли что-то не торопился отправляться на северные рубежи. С появлением дополнительного замка и владений лорду Рендиллу рано или поздно придётся их разделить, как сделали тоже самое Пики, Осгреи и Фоссовеи в своё время. Две сильные крепости не могут принадлежать одной семье, так уж повелось. Потому после кончины Красного Охотника планировалось, что юный Семвелл станет основателем побочной ветви Тарли из Белой рощи, ибо передать Роговой холм военачальник всё же планировал Дикону, а не разочаровавшему его первенцу. Нестандартное решение, ведь обычно младшие рода возглавляли именно младшие сыновья, но при этом и строгого закона на это счёт не было, так что запретить Красному Охотнику распорядится своим наследием подобным образом никто запретить не сможет.
Сам же Гарденер испытывал противоречивые ощущения, глядя на мальчишку перед собой, пусть уже и названного мужчиной. Его лицо, манера поведения и даже речь – всё принадлежало Старкам. Однако, мысль о том, что тот носит столь ненавистную Эдмунду кровь Таргариенов всё равно не давало королю покоя. Насколько знал мужчина, парнишка не был плохим человеком, можно сказать наоборот весьма достойным. Но именно что человеком, а не лидером или воином. Часто идя на поводу у собственных комплексов и морального кодекса, взращённого отцом-дядей, Сноу часто совершал не самые логичные или популярные решения, что в конце концов свело его в могилу, и если бы не вмешательство красной жрицы, то последний Таргариен-Старк закончил свои дни довольно бесславно. И да, ещё один нюанс. Было слегка странно узнать, что ни у кого из Старков так и не завелось лютоволков. Похоже сместившиеся на чуть больше года временные рамки всё же сделали своё дело.
- Приветствую посланников далёкого Севера. – взял Гарденер слово под ожидающими взглядами советников и послов. На короткое время он пока что решил отбросить предубеждения по поводу происхождения Сноу, но вряд ли парню действительно стоило надеяться на что-то большее, чем его внимание. – Рад видеть вас в стенах моего родового замка. Признаться честно, вашего прибытия я ожидал в последнюю очередь. Неужели слухи о судьбе Теона Грейджоя всё ещё не дошли до вашего короля? – спросил Эдмунд чрезвычайно важную вещь, ведь насколько он помнил между младшим сыном почившего Бейлона и старшим сыном также почившего Эддарда была крепкая дружба.
- Нам известно о том, ваше величество. – с небольшой заминкой высказался Сноу, когда за его спиной северяне дружно переглянулись, но тоже не были удивлены озвученным фактом. – Король Севера не держит на вас зла, ведь вы были в своём праве, тем более что решение отправить Теона Грейджоя на Стену было по-своему милосердным. – как по заученному дал ему ответ бастард.
- Вот как. Что ж, неожиданно. – искренне вскинул в удивлении бровь Эдмунд. Похоже, что Молодому Волку настоятельно посоветовали забыть о друге и сосредоточится на более важном, что наводило на вполне очевидный вывод – дела у северян шли неважно. Да они выигрывали практически каждую битву, в которую вступали, но при этом не могли продвинуться дальше Речных земель, всё время обороняясь. В тоже время Ланнистеры могли постоянно посылать подкрепления, ведь их земли не были подвержены разграблению, а значит и продовольствия было в избытке.