Пленники в лице западных воинов и наёмников. С первыми всё было сложно и пока непонятно, а вот со вторыми Гарденер стал разбираться просто и элегантно – требовать откупа или выкупа, смотря какие возможности имелись в распоряжении уроженцев Эссоса. Для этого специально выделили людей, что занимались оценкой состояния, статуса и снаряжения этих вольных воинов. Некоторые из них предлагали Простору перекупить их услуги, став новым нанимателем, но даже не смотря на сильно поредевшее воинство Эдмунд отказывался связываться с наёмничьей братией. Штурм столицы был показательным и мужчине не хотелось, чтобы в решающий момент его воины были преданны столь же быстро, как и Ланнистеры. Так что в конечном итоге на все предложения наёмники получили твёрдый и чёткий отказ.
Естественно, отличившиеся воины не могли не получить своё жалование и награды за доблесть во время боя. Эдмунд надеялся, что сможет выплатить эти средства из захваченной казны Красного замка, но быстро стало понятно, что план не выдерживает критики в нынешних условиях. Иной раз было страшно подумать сколь много ценностей погибло в страшном пожаре. В связи с этим в очередной раз Гарденеру пришлось выплачивать премии из собственной казны и уже это составляло свои сложности. Пока что Простор под его властью вёл только победные кампании, но против бедных и как правило не таких уж сильных противников. Пополнить бюджет в ходе них особо не получалось, да и чего греха таить, те были откровенно убыточными. А ведь у Хайгардена имелось множество прожектов и начинаний, каждому из которых был необходим первичный бюджет и финансирование. В общем начались сложности.
- Ваше величество. Мы прибыли. – отвлёк его от тяжёлых дум о судьбе и проблемах государства Корбрей.
- М? Да, конечно. – несколько рассеяно отозвался другу и товарищу Гарденер, поднимая взгляд на септу Бейлора, где, как ни странно, его уже ждали.
Перед главным храмом собралась целая толпа горожан и простых воинов Простора, что не могли не знать о прибытии на сегодняшнюю мессу своего короля. И всё же не количество присутствующих удивило Эдмунда, а то, как они выстроились и образовали ему дорогу, ведущую к ступеням септы, на которой не было ни одного лишнего человека. Вместо этого на каждой ступени, образуя точно такой же свободный проход, стояло по двое рыцарей Сынов Воина, все при параде, в закрытых шлемах, радужных плащах и клинками, что почтительно были опущены к земле. Что же, похоже верховный септон имел свои резоны этим днём и хорошо подготовился к прибытию короля.
Подъехав к ступеням храма, Гарденер спешился, причём под абсолютное, почти гробовое молчание. Это было странно, но терпимо. При нём всё ещё находись верные ему гвардейцы, так что заговора или подлости со стороны иерарха Эдмунд не опасался и продолжил свой путь. В главном же зале септы и вовсе набилась вся толпа аристократов Простора, Королевских и Штормовых земель. Последние в основном были из тех, кто принесли ему клятву верности после взятия столицы. Их было не особо много, но их наличие так или иначе было показательным. Удивительным было наличие представителей северян, возгловляемых Сноу. Парень знатно отличился во время городских боев и даже вроде как спас жизнь лорду Рокстону от шального удара наёмника
Подозрения Эдмунда о том, что иерарх церкви подготовил сегодняшним днём что-то особое только укрепились, когда он прошёл на открытое пространство перед алтарём храма, где собрался весь Совет Праведных в полном составе со своим лидером во главе. Сухой старик сохранял всё это время спокойное выражение лица, но когда Гарденер предстал перед ним, то жрец смог позволить себе лёгкую и короткую улыбку одобрения. Подле стен и арок храма по-прежнему стояли Сыны Воина, в одном из которых просторский монарх без удивления признал Барристана Селми, что единственным среди всех остальных мог позволить себе не носить шлем.
- Приветствую всех братьев и сестёр, собравшихся в этом благословенном зале под ликом Семерых. – провозгласил верховный септон своим зычным и громким голосом. Тому даже не требовалось кричать, чтобы привлечь к себе внимание всех присутствующих.
Судя по всему, месса уже началась и Гарденер намеревался встать в одном из первых рядов, чтобы не мозолить глаза, но неожиданно для него, мужчина был остановлен строгим и предостерегающим взглядом верховного септона. В этой ситуации Эдмунд не мог предположить ничего иного, кроме того, что иерарх желает видеть его в центре внимания наравне с собой. Что же, тот прямо сказал ему о том, что церемония будет посвящена именно ему, а потому король возражать на стал. Единственное, он до сих был одет не по случаю. Его любимые доспехи были при нём каждый раз во время выезда из временной ставки, так что на фоне облачённых в рясы церковников и родовые цвета аристократов он смотрелся как никогда выделяясь.