- Он. Убил. Моего. Мужа. – членораздельно повторила Арианна Мартелл, обращаясь к своему брату Квентину, стоящему по левое плечо от лорда Андерса. Вообще сейчас в солярии владыки Солнечного копья должен был проводится аналог семейного совета, но Доран реши позволить присутствовать и лорду Айронвуду. В основном для дачи консультации, как свидетеля всех событий, произошедших на севере, хотя на самом деле принц просто искал решительной поддержки, что сможет перевесить напор его дочери и её союзниц из Песчаных змеек. Больше всего принц сейчас склонялся именно к миру, но он не мог заявить об этом прямо, чтобы не настроить женскую часть дома против самого себя.
- И нашего отца. – вставила своё слово Обара Сэнд, самая старшая и воинственная среди своих сестёр.
- Замечу, что дядя Оберин пал в честной схватке с Рендиллом Тарли и король Простора не имеет к этому никакого отношения. – парировал Квентин, доказывая таким образом, что был готов к самостоятельной политике и рассудительному принятию решений. – Не так ли, лорд Андерс? – обратился он к своему самому влиятельному союзнику и наставнику за помощью.
- Всё так. Поединок между Охотником и Красным Змеем был проведен в соответствии со всеми правилами. – отозвался лорд Айронвуд. Мужчина происходил из рода каменных дорнийцев, а потому имел светлый оттенок кожи и волос, а также голубые глаза, что всегда смотрели твёрдо и решительно, но при этом у многих его знакомых создавалось ощущение, что в глубине души Хранитель Каменного пути был вовсе не столь прямолинейным, как хотел показаться. – Вмешаться в него никто не посмел. Да и к тому же Тарли уже был развеян пеплом по ветру. Не вижу в дальнейшем смысла поднимать тему со смертью принца в этом вопросе. – высказал своё мнение мужчина, вызывая скрежет зубов и череду острых, почти ядовитых взглядов, со стороны Песчаных змеек.
- О, да. Вам бы, конечно, хотелось забыть о нашем отце, лорд Айронвуд. Вам бы очень этого хотелось. – вызывающе ухмыльнулась лорду Андерсу Нимерия, намекая на давнюю историю, затронувшую род Айронвудов и Мартеллов. Смысл её заключался в том, что прошлый лорд Айронвуд как раз таки был умерщвлён именно Оберином, из-за чего последний был на долгое время изгнан из Дорна, а Квентин отдан на воспитание Айронвуду нынешнему. Всё, лишь бы загладить тот досадный инцидент. Но осадочек всё же остался.
- В любом случае смерть принца Оберина была естественным продолжением поддержки притязаний короля Эйгона. Каждый из нас был готов к гибели и ваш отец, сестры Сэнд, не исключение. – сказал, как отрезал лорд Андерс, не желая затевать спор или распалять давний конфликт между домами.
- Да, только вот его смерть, как и Эйгона оказалась бесславной. Именно поэтому, отец, мы должны атаковать пока есть шанс. Иначе их смерть так и останется напрасной. – обратилась к Дорану напрямую его дочь. Глаза Арианны смотрели на отце требовательно. Выражение её лица застыло в гневе, но принц слишком хорошо знал свою дочь, чтобы не поверить в этот спектакль. Не гнев она испытывала, а обиду, чисто женскую, из-за неоправданных ожиданий.
Положение Арианны как наследницы долгое время, да и сейчас находилось под большим вопросом. Казалось, что с появлением Эйгона на пороге их дома вопрос был улажен. Дочь стала бы королевой Семи Королевств, матерью будущих короля, а Квентин бы наследовал Дорану. Таким образом каждый из них получил бы власть и положение, которого они были достойны. Но девушка не хотела расставаться с Дорном ни на каких условиях. Она сама планировала одновременно стать королевой и хозяйкой Солнечного копья. Однако теперь всё вернулось почти что к статусу-кво, когда ей не светила ни корона, ни место правительницы Дорна, как бы это ни было печально. В таких условиях дочь не могла придумать ничего лучше, чем укрепиться за счёт новой маленькой победоносной войны своё положение среди вассалов. Да и братья могли бы изрядно опростоволосится во время конфликта. В любом случае для неё были лишь одним плюсы, но никак не для всех Мартеллов, и уж тем более Дорна.
- В твоих словах есть свои резоны, Арианна. – осторожно вступил в разговор Доран, лицо которого было по-прежнему вымученным обострившейся болезнью. Такими темпами ему осталось не так много. И это немного как раз таки влияло на его решение относительно того, как вести себя с Простором в нынешние времена. Власть и величие были хорошим наследием, но когда они буквально утекли, как песок сквозь пальцы, тогда на первое место встали жизнь и благополучие семьи. – Но ты совсем не думаешь, каким наш род будет выглядеть в глазах всех остальных, если мы сейчас предадим оказанные нам милость и расположение. Многие сыновья Дорна смогли вернуться домой только потому, что к Мартеллам было проявлено доверие со стороны Дубового трона. Тогда ещё не было известно о предательстве Фреев и Гарденер мог вполне повести свои войска на Солнечное копьё. Что с нами будет, если наше слово перестанет чего-то стоить? Подумай об этом, дочь моя. – весьма резонно и веско высказался Доран, проговаривая множество слов через силу. Однако, похоже его слова так и не достигли нужного эффекта.