Эурон Грейджой предвушающе ухмыльнулся, глядя на то, как забегали зеленокровные в городе и на бортах своих хлипких безвкусных судов. Вороний Глаз спустя много лет вернулся наконец домой, где теперь хозяйничали те, кого он презирал всеми фибрами своей души. Просторцы. Жеманные выскочки, заботящиеся скорее участием в пирах и турнирах нежели чем-то другим. Омерзительно, как и то, что теперь от его дома не осталось практически ничего кроме самого острова. Ни родового замка, ни города, что всегда встречал его, как героя, а не захватчика. Что же, поры бы показать возомнившем о себе невесть что жителям континента кто истинный хозяин этих вод, земли и небес.
- Приготовились! – крикнул он во всю мощь своих лёгких, дабы все смогли услышать призыв командира пиратской армады. – Выпустить зверя! – раздался ещё один странный приказ, однако все присутствующие поняли о чём говорит Вороний глаз.
Рядом с капитаном галеи под говорящим названием Молчаливая, где все члены экипажа за исключением капитана были немы, всё это время шёл больших размеров торговый корабль, чем-то напоминающий собой флейт. И на этом корабле скованный множеством стальных цепей и кандалов находился никто иной, как Дрогон. Старший и самый большой дракон из выводка Дейнерис Таргариен. Угольно-чёрная чешуя, множество костяных наростов и устрашающий взгляд кровавых глаз с вертикальным зрачком. Эта зверюга была не в пример крупнее своих младших собратьев и росла семимильными шагами. Нынче в свободное время оно охотилось на кракенов в качестве своего пропитания.
Надо было быть абсолютным безумцем, чтобы пытаться контролировать это строптивое создание, несущее за собой смерть. Или же обладать особым артефактом, чьим обладателем как раз таки и был Грейджой. Чёрный и витой рог, тот висел у пирата на поясе, знаменуя власть железнорождённого над древним чудовищем. Пришлось потратить немало времени, чтобы выследить огнедышащую тварь на просторах Эссоса, сбежавшую от тех, кто в глупости своей вознамерился её приручить, не имея для этого абсолютно ничего, что заставило бы склониться владыку неба. Затем один из членов экипажа Молчаливой заплатил кровавую дань валлирийской регалии, иероглифы на кольцах из красного золота которого засветились сначала красным, а потом белым светом. Эурону потребовалось разве что подобрать рог с тела подчинённого, как теперь перед ним были открыты любые дороги.
В конце концов отныне пират контролировал, как море, так и небо. Что ему теперь до суши, что ляжет у его ног? Голубой глаз Грейджоя почти что сверкнул, когда кованный намордник был снят с морды зверя, что немедленно рявкнул и сожрал одного из членов экипажа, занимавшегося его обслуживанием. Морда дракона теперь была залита кровью, а глаза хищно уставились на всех остальных, готовясь дать огненный залп и спалить всё и вся, отправляя людей на суд к Утонувшему богу. Однако стоило Эурону коснуться артефакта на своём поясе, что тянул его к земле, так тут же Дрогон и застыл словно заворожённый. Голова дракона вмиг обратилась к своему хозяину, что лишь продолжал ухмыляться, готовясь к веселой потехе в виде заживо сжигаемых зеленокровных.
- Пора бы размяться, Дрогон. Сожги их всех. – только лишь взглядом указал в сторону Эдмундпорта Вороний глаз, как тут же пали последние цепи, сковывающие тело дракона.
Потребовалось всего лишь пара мгновений, прежде чем тварь размяла конечности и расправила свои перепончатые крылья. Зверь не смел противиться приказам хозяина рога, которому однажды был подчинён. Теперь он был оружием в руках человека, что не знал жалости и пощады, но при это имел амбиции достойные худших тиранов этого злостного мира. Своей громадной фигурой Дрогон почти что заслонил собой небеса. Прошло уже достаточно времени, дабы зверь не просто вырос, но и был самой настоящей машиной войны. Что ему при его размерах суда, конница или что-то подобное? Он уже перерос самого крупного элефанта гвардии Слоновой Кости и готовился к тому, чтобы стать ещё больше и сильнее.
И так практически незримое бледное солнце оказалось полностью скрыто за крыльями огнедышащего зверя. Экипажи андальских патрульных галер потеряли дар речи, перед неминуемой гибелью. Едва ли им когда-либо доводилось думать или мечтать о встречи с чем-то подобным. Дракон стремительно спикировал вниз, и огненная струя оставила неизгладимый след на водной глади и вместе с тем практически выжгло одну из галер. Затем вторую, третью, пока не осталось ничего, чтобы могло помешать или задержать железнорождённых на их пути. На это не потребовалось и полчаса. И вот Эдмундпорт остался полностью беззащитным перед лицом неминуемой угрозы.