— Но мне не с чем выступать, — развел руками Эрик. — Я ничего не написал. У меня нет текста, ведьма вас побери... Как выступать без текста?!
На это господин Моро ехидно улыбнулся и похлопал Эрика по груди рукой в белой перчатке.
— Не волнуйтесь, молодой человек. Если вы настоящий поэт, то текст родится у вас здесь. — Палец королевского шута бесцеремонно уткнулся Эрику в ямку между ключиц. — Родится и споет сам себя вашими устами. Так работает настоящая поэзия!
— Да я же пьян как медведь, — сделал последнюю попытку Эрик.
— И когда вам это мешало? Вы ведь все правильно там сказали, за тем столиком, с той молодой особой, — терпеливо, как ребенку, объяснил господин Моро. — Да, именно так. Ощутить мужчину в руках — главное событие в жизни женщины. Это как вылупиться из яйца. Обратного хода не будет. Пусть она потом хоть жонглирует им по утрам и вечерам, но это уже будет не то... ситуация совершенно уникальна, неповторима. Это действительно суть происходящего. Вы поняли это, потому что талантливы. Но чего вы, однако, недопонимаете, так это того, что сие есть модель совершенно всех событий, происходящих в мире. Просто всех. Микрокосм макрокосма, пришедший в руки, по определению непобедим. Слишком многие поняли это до падения Древнего мира, и потому мир пал. Но иного пути, к сожалению, нет. Поэтому кончайте придуриваться, юноша, и идите выступать...
Как в тумане Эрик вышел из трактира. Какие-то лица, знакомые и незнакомые, неспешной лентой потекли назад, шаги господина Моро отбивали похоронный ритм.
Лора... Лора... Лора... Итта...
мост... Аага... площадь, Ричка, площадь,
петухи из ада...
На Дворцовой площади народу было не протолкнуться, горели костры, скакали в исступлении пьяные девки, парни горланили фривольную песню «Эх, не стоит браться...», приезжие устраивались на вечерний отдых прямо на столах и парапетах. Дымились трубки, пищали губные гармоники, визжали волчки, ныли волынки.
Король благодушно подремывал на троне. Ему нравилась забитая народом площадь, как нравятся одиноким наследникам престола большие плебейские семьи из десяти и более человек. Он никуда не спешил, наслаждаясь маревом костров, нехитрыми куплетами простолюдинов, не чурающихся непристойной лексики, и мудрыми пьяницами, ведущими себя скованно под прямым присмотром высшей власти. Но все же праздник явственно подходил к концу как минимум потому, что уют его истончился.
Великого поэта Пастушку встретили всеобщим ликованием и улюлюканьем, пьяными признаниями в любви и готовности отдаться сию секунду. Муть, грусть и смятение в глазах поэта были так сильны, что придворный художник пожалел, что не взял с собой на праздник красок и кистей.
Пастушка остановился у помоста.
Вращая в пальцах серебряный кубок, Кавен внимательно смотрел на мальчика с высокого переносного трона.
Пастушка чуть качнул лохматой головой в сторону его величества, и повернувшись к публике, вгляделся, нашел кого-то взглядом и хриплым голосом воскликнул:
— Отец! Минорную! В темпе сердца!
Шарманщик начал вращать ручку своей шарманки.
Не влезая на помост, Пастушка подошел к нему вплотную и принялся ритмично стучать кулаком по доскам. Он ловил взгляды окружающих и размахивал свободной рукой, показывая: «Делай, как я!», пока не включил в ритм всю площадь.
Король насторожился и перестал вращать кубок.
Пьяная блажь прекратилась, дурь и беготня утихли. Все колотили Пастушкин ритм. Убедившись, что ритм у него есть, Пастушка вспрыгнул на сцену, передвинул гитару со спины на живот и вонзил пальцы в струны тяжелым мужицким боем. Гитара, похожая на разбойничью дубину, тем не менее, отлично строила.
Сыграв квадрат вступления, Эрик открыл рот и отдался поэзии. Как такое возможно, он не имел ни малейшего понятия.
ДВА ПАЛЬЦА ВВЕРХ — ЭТО ПОБЕДА
И ЭТО — ДВА ПАЛЬЦА В ГЛАЗА.
МЫ БЬЕМСЯ НАСМЕРТЬ
ВО ВТОРНИК ЗА СРЕДУ,
НО НЕ ПОНИМАЕМ УЖЕ ЧЕТВЕРГА.
В ЭТОМ МИРЕ ТОГО, ЧТО
ХОТЕЛОСЬ БЫ НАМ — НЕТ!!!
МЫ ВЕРИМ, ЧТО В СИЛАХ
ЕГО ИЗМЕНИТЬ — ДА!!!!
НООООООООООООО,
РЕВОЛЮЦИЯ, ТЫ НАУЧИЛА НАС
ВЕРИТЬ В НЕСПРАВЕДЛИВОСТЬ ДОБРА.
СКОЛЬКО МИРОВ
МЫ СЖИГАЕМ В ЧАС
ВО ИМЯ ТВОЕГО
СВЯТОГО КОСТРА?
ЧЕЛОВЕЧЬЕ МЯСО
СЛАДКО НА ВКУС,
ЭТО ЗНАЮТ ИУДЫ
БЛОКАДНЫХ ЗИМ.