— Ай! — от неожиданности Эмиль вскрикнул довольно громко.
Феи враз замерли, обратили к нему свои прекрасные лица. Шшшух! — они взлетели и оказались подле Эмиля.
— Смотрите-ка, кто тут прячется! — Медная фея встала руки в бока перед сидящим с открытым ртом, покрасневшим мальчиком.
— Я не прячусь, — только и смог выдавить он.
Фея выпучила глаза, нагнулась к нему и склонила голову набок, как сова, увидевшая в ночи мышку. Медная прядь ее волос при этом упала Эмилю на плечо.
— Мальчик! Ты что... нас видишь?! — и она помахала перед его носом ладошкой.
— Прекрасно вижу, — вспыхнул Эмиль и поднялся, выпрямился во весь рост. Не будет он так сидеть и краснеть, да и с чего вдруг дрожать... Просто голые феи.
— Ой, какой высокий! — радостно всплеснула руками медная.
Они закружили вокруг него по воздуху, точно это он был диковинкой, забредшей в их мир, а не наоборот.
— Хорошенький, — сказала маленькая беленькая, которая понравилась Эмилю больше прочих.
— Очень хорошенький! — прошептала медная. — И чистый как Луна!
— И, должно быть, с чистым, как родник, сердцем, — добавила черная как сама ночь.
— Наверняка! — горячо воскликнула темненькая с округлыми бедрами и длинными волосами. — Раз цветочные пуслята его облюбовали... Брысь! — она шикнула на жавшихся к ногам Эмиля пугих ундин, и те бросились врассыпную. Что-то царапнуло по плечу. Это скользнула в сено окончательно перепуганная и обиженная малышка.
— Хочешь с нами порезвиться, козленочек?! — прозвенела медная.
— Не всякому судьба нас увидеть! — нежно улыбнулась маленькая беленькая.
— Я не...
Но феи не дали ему договорить. Все семеро расхохотались, подхватили его за ноги и за руки, подняли в воздух и закружили.
— Поставьте меня сейчас же! — выпалил он совершенно сбитым с толку, глупым голосом.
Феи с хохотом опустили его на землю, не выпуская из своего хоровода, танцуя вокруг него, резвясь и трогая то за волосы, то за ухо, то за нос. Их яркие губы улыбались, прекрасные глаза блестели, волосы летали, и всякая норовила показать себя Эмилю со всех сторон. Он изо всех сил старался не смотреть феям ниже пупка, у него и так голова пошла кругом. То, что было для фей забавой, вызывало у Эмиля страшный стыд и одновременно легко объяснимое наслаждение. Как тогда в бане, когда Ричка со словами: «Хочешь посмотреть?» сняла лиф, и он впервые в жизни увидел женскую грудь. Но тогда у него хватило выдержки встать и выйти. Здесь деваться было некуда. Он стоял в заколдованном круге красный как маринованная свекла и прикрывал руками штаны.
Чьи-то нежные крепкие ладони обняли его со спины за плечи.
— Не робей, — зашептали ему сзади в ухо. — Выбери кого-нибудь из нас. Или двоих? Ты бы справился с двумя?
— Да он справится со всеми! Не видишь? — Темненькая с роскошными бедрами подскочила и заглянула ему в лицо, так, точно там было что-то написано. У нее был милый курносый носик и мягкие щеки. — Надо же! Какой! А с виду скромняга. Выбери меня! Со мной, — она покружилась перед Эмилем, показывая себя со всех сторон, — можно все что угодно.
— Тебе повезло, мальчик, — шептавшая ему в ухо медная выскользнула из-за его спины. — С нами можно все, что угодно!
— Ну же! Нецелованный ларец с секретом... Выпусти себя на волю! — Темненькая чуть взлетела, чтобы стать с ним одного роста, Эмиль не выдержал и дотронулся до ее волос. Слишком уж они были похожи на волосы Итты, и, если не смотреть фее в лицо, можно было бы представить... У Эмиля перехватило дыхание и заломило в паху. Он понял, что уже держит руки на талии темненькой феи, и что талия эта мягкая и теплая, а кожа нежная, и что его рука сама скользит вниз по бедру, пробуя эту пленительную округлость на ощупь...
— Прости... — он заставил себя убрать руку, — я не могу...
— Все ты можешь! — весело пропела темненькая ему в лицо, а глаза ее сузились от нетерпения. — Я вижу твои желания... Подобное можно получить только от таких, как мы — от волшебных. Ни одна человеческая девчонка не справится с тобой. Поверь!
— Сестрица права! — голос медной снова возник сзади, а крепкие смуглые руки снова обвили его шею. — Мы такое видим. Мы все-е-е видим. Или ты думаешь, что случайно тут оказался? — ее пальчики пробрались ему под волосы и он захлебнулся воздухом: «Ох...»
— Оставьте его, мои голодные сестрицы! — Маленькая беленькая фея, та тоненькая, с очень юными формами, которая понравилась Эмилю больше других, оттеснила темненькую и медную в сторону. — Совсем засмущали мальчика. Я сама с ним договорюсь.
Беленькая ласково взяла Эмиля за руку. Все остальные феи сразу исчезли, пропали, словно задернули за Эмилем и маленькой феей синие шторы неба. Откуда-то пополз туман, все стало далеко, и только она — рядом.