Все девочки заценили наше появление, даже в ладоши похлопали. Потом они бросились поздравлять Эрика, и наши с ним руки сами собой расстались. Эрик опустил на палубу вещи, стащил с плеча гитару и переобнимался с Вандой, Ричкой и Ами.
— Осторожно с мешком, феи. Там наше сегодняшнее хорошее настроение.
Мы с Вандой многозначительно переглянулись. Она сделала большие глаза и скосила их на дверь кабины. Видимо, там и была баня.
Дверь открылась, оттуда вышагнул красный Рир в желтых плавках, а за ним, пригнувшись чуть не до пояса, — Эмиль. На нем были только спортивные штаны, закатанные до колен.
— Привет! — увидев меня, улыбнулся он.
— Привет! — Обнять его полуголого я не решилась, поэтому просто постаралась выразить все пожелания словами. — С днем рождения!
Больше мне на ум ничего не пришло.
— Спасибо, Итта, — снова улыбнулся Эмиль.
— Жалко, что вы не предупредили. Я бы подарок приготовила.
— Не надо подарка. — Эмиль смущенно пригладил рукой волосы. — Ты приехала, уже хорошо. Давай я тебе все тут покажу.
И он стал показывать и рассказывать.
Баню братья взяли в аренду благодаря Дрошу, который виртуозно умел договариваться и выглядел не только солиднее всех, но и старше своих лет. А показал им баню Колич — Бородач.
На плоту стояли две скамейки, чтобы отдыхать после парилки, а в воду спускалась лестница, чтобы после парилки не только отдыхать, но и плавать. Под небольшим навесом стоял столик с керосиновой плиткой. На нем высились бутылки с солью, томатным соусом и горчицей. Обычный трактирный набор, но здесь он смотрелся забавно. Эмиль сказал, что попозже покатаемся на плоту, и что баня скоро нагреется. Сказал, что ее пришлось долго проветривать, потому что там пахло грязными носками. Вообще, Эмиль был весел, будто уже выпил эля или чего покрепче. Ему все нравилось на этом плоту, и он показывал мне каждую веревку, железяку и приспособу. Больше всего меня поразила щетка для обуви, прибитая к палубе гвоздями. Потрясающая аккуратность – вошел в обитель чистоты, изволь отрясти прах с ног своих. Гениально!
Ами и Ванда притащили к столу мешок с хорошим настроением и стали выгружать все прямо на палубу, потому что места на столе было только для двух стаканов. Оказалось, что Жустик вез на спине не только выпивку, но и ворох завернутых в бумагу свиных сосисок. Просто ворох. Много, не сосчитать.
Банку с маринованными огурцами и картошку привез Эмиль. Девочки принялись ее чистить, и я предложила помочь.
— Ножей больше нет, — сказала Ванда. — Хотя, честно говоря, здесь есть все. Даже банка с зубным порошком. Хоть живи...
— А я и живу тут. Иногда... — прислонившись плечом к стенке бани, добродушно сообщил Колич. Он тоже был в одних широких штанах из серой холстины. Борода за зиму еще больше выросла, чуть волнистые пепельные волосы тоже, они спускались почти до пупка. На шее у Колича висел на веревочке срез рога серебряного нема — редкий оберег. — Представьте только, как здесь хорошо! Природа душу греет, глаз радует. Птицы поют, угрюмые феи поют, русалки поют. И я пою. И никто никому не мешает. И я никому не мешаю. Идиллия. Тем более, если холодно, всегда можно баню затопить, а рыбалка здесь вообще ништяк. Щуку можно руками поймать.
— А ничего, что это все чужое? — спросила Ванда.
— Это не чужое, — нисколько не обиделся Колич. — Это твое. И мое. И вон, его, Эрика, тоже. — Эрик как раз выбрался из бани и, недолго думая, сиганул с палубы в воду. — Все в мире общее, если рассудить.
— Ага, — саркастично поддакнула Ричка, — полицаям это скажи. Мы осенью просто яблок в саду набрали. Оказалось, это был Лютый хутор. Да кто ж знал?! Сторож нас поймал, скандал поднял, чуть из Туона не поперли.
— Если бы ты просто пришла и попросила яблок, тебе бы дали.
— Пришла? На Лютый хутор? Ты стукнулся, что ли?
— Почему стукнулся? Я ходил, мне давали.
— Вот из-за чего в бане носками воняет, — сказала мне на ухо Ванда. — Там Колич живет.
И мы обе прыснули со смеху.
Эмиль принес свой нож и протянул мне. Нож у него старый, но всегда хорошо заточенный. Эмиль нашел его в детстве на берегу моря. Нож тогда был весь в песке и водорослях, а на стыке клинка и рукоятки успели поселиться моллюски. Сколько он пробыл в воде до того, как его выбросило штормом, оставалось только догадываться. Эмиль все пытался выяснить, из чего он сделан, а главное, где, кем и когда.