Пес и вправду был похож на небольшого волка. В лапе у него застрял репей. Я присела на корточки и осторожно вытащила колючки из густой, свалявшейся шерсти. Мне нечего было бояться. Дружелюбное голодное доверие я слышала очень отчетливо.
Мы пошли дальше, и пес двинулся следом, осторожным вкрадчивым шагом, боясь, что его прогонят и надеясь на новых друзей.
Ричка с опаской оглядывалась. Пес смотрел на нее снисходительно и вскоре сообразил идти подальше от рыжей девочки и поближе к темненькой. Так мы и шли: мальчик в концертной рубашке, две девочки в нарядных платьях и с ними бродячая собака, в полумраке похожая на волка.
Через несколько кварталов послышался, а вскоре разросся шум гулянки. Мы остановились перед огромным питейным домом, в котором не спали целых два этажа.
— «Золотая антилопа», — прочитал вывеску Эмиль. — Так называется одна очень старинная сказка. Клянусь своей флейтой, здесь понимают толк в Древнем мире. Думаю, нам сюда. Попробуем кое-что разузнать. Просто будьте рядом и молчите. Я сам!
Мы вошли, а пес остался снаружи.
Веселье в питейном доме плясало без всякой меры. Разговоры, смех и брань, все сливалось в один сплошной гул. Дзынькала посуда, звали официантов. Те мелькали белоснежными фартуками в толпе праздных гуляк, жонглировали подносами с едой и выпивкой. Кухня кипела, звенела кастрюлями, смеялась поварятами, чадила паром котлов и духом тушеного мяса и жареной рыбы.
Трубочный дым лежал под потолком плотными, медленно покачивающимися слоями. И весь этот букет из звуков и запахов несся в открытые окна на ночные улицы столицы.
— Смотри! — Эмиль остановился, на мгновение коснувшись моей руки.
Я посмотрела туда, куда уставился Эмиль, и увидела висящее на стене большущее колесо. Обод у колеса был толстый и черный, украшенныйпо всему ребру вдавленным, повторяющимся узором. Круглая серединав форме симметричного паука поблескивалатщательно очищенным от столетней ржавчины металлом.
Однажды я уже видела такое древнее колесо на дне озера Каго.
Рядом с колесом, на прибитой толстыми скобами к стене широкой полке, лежали разные удивительные вещи.
Коробочка с блестящим рядом кружочков, напоминающих флейтовые клапаны, и с почти стертыми цифрами на корпусе возле маленьких колесиков. Из коробочки торчала кверху длинная блестящая палочка, а вниз свисала черная веревка с рогатым набалдашником на конце. Такая же веревка обматывала другую вещь, когда-то желтую, а теперь блеклую, поцарапанную, в форме толстого бумеранга с круглым отверстием на одном конце. Еще на полке стоял черный ящичек, размером с саквояж, утыканный множеством мелких, как пуговицы, кругляшек. Каждая кругляшка аккуратно сидела на крохотной ножке. Сверху на некоторых до сих пор виднелись буквы одного из языков Древнего мира.
— Что это? – спросила я.
— Это, — Эмиль указал на черный ящичек-саквояж, — просто древняя печатная машинка, у нас подобные уже есть. Там буквы на кнопках, нажимаешь, и она на бумаге отпечатывается. Ничего сложного. А про остальное не знаю. Папа бы, наверное, знал… — Эмиль чуть заметно вздохнул, а потом взял меня за руку и потянул за собой. — Пойдем глянем на древний саркофаг.
Мы подошли к железному шкафу в мой рост. Шкаф стоял в углу у окна. На нем почти не сохранилась краска, только несколько фрагментов рассказывали о том, что когда-то, очень-очень давно, шкаф был оранжевым с боков и голубым спереди. В верхней части шкафа угадывалась табличка, но ни рисунков, ни надписей на ней не осталось, зато рядом располагалось колесико со стрелкой, вокруг которого отчетливо виднелись выгравированные на металле силуэты чашек. Над одной даже была извилистая линия, изображающая пар, а на другой — рисунок кофейного зернышка.
— Чтоб я провалился, — прошептал Эмиль.
— Вряд ли это саркофаг, — усомнилась я.
— Это кофейный аппарат. Ну, может, не только кофейный. Но кофейный точно. Видишь? — Эмиль указал на чашку с нарисованным кофейным зернышком. — А это, — он ткнул в узкое отверстие рядом с колесиком, — щель, куда бросали монету, чтобы получить чашку кофе.
— Звучит как сказка.
— Да. В Древнем мире было много потрясающих изобретений. Вот сюда, — он показал на углубление на уровне пояса, похожее на небольшую полочку, — ставили чашку, и аппарат наливал в нее кофе. Сам варил и наливал...
— Там внутри сидел человек? — предположила я.
— Нет. — Эмиль посмотрел на меня как на маленькую и улыбнулся. — У них у всех, — он указал на полку с диковинными вещами, — была какая-то хитрая сила, приводящие все в движение. Папа все искал книги, объясняющие природу этой силы. Но, увы... Так ничего и не успел найти…