– Вы мне противны, господин следователь! Не желаю вас видеть здесь больше!
Сюзанна села обратно в машину и уехала. Толпа гудела. Журналисты сначала бросились в погоню, а затем плотным кольцом обступили Владимира.
– Господин Чудин, что это значит?!
– Вы не доверяете тарологу Сюзанне? Какие ваши доказательства?
– Господин Чудин, областной телеканал, прокомментируйте, пожалуйста!
– Господин Чудин, «Первое карповское»! Всего пару слов!
Полицейские из оцепления уже почти прорубили Владимиру проход сквозь журналистов.
– Господа, я не уполномочен давать комментарии, прошу обратиться в пресс-службу следственного управления или полиции!
Скандал. Забавный жуткий скандал. Городские телеканалы сразу же загудели. Загудел интернет. Сам того не желая, старший лейтенант Владимир Чудин вернул уже собравшуюся скатываться кривую рейтинга расследования к росту, причём весьма устойчивому. Завтра наверняка будет много зевак. Однако провокация удалась: даже если госпожа таролог не мухлюет и принципиально использует одну колоду по каким-то своим тарологическим причинам, червь сомнения для начальства есть. Осталось как-то через подполковника Фокина этого червя пересадить куда-то выше.
Подполковник Фокин и так не верил. И не понимал. История про отказ от новой колоды ему также показалась любопытной.
– Володя, – Фокин, наконец, отпил уже оставшийся чай, – хочешь посмеяться?
– Так точно, товарищ подполковник.
– Ко мне приходили майор Мартышкин и этот козёлобородый. Знаешь, что хотели?
– Моего отстранения?
– Именно! – подполковник Фокин приподнял бублик над головой. – Основанице, конечно, основательное. Но что-то у них даже для джиарщиков мозгов маловато: ты же им рейтинг поднял.
– Иван Дмитриевич, сложно сказать, какая там логика. Да и есть ли она…
– Это верно… Бублик будешь?
Старший лейтенант Чудин воспользовался скандалом на все сто: написал всю отчётность, какую только мог. Чуть-чуть подонимали журналисты через Соню Сошкину, но Владимир в очередной раз заявил, что комментарии он не даёт, а на ток-шоу не пойдёт. Пускай идёт майор Мартышкин…
Владимир шёл домой. В городе было тепло. Тепло настолько, что хотелось дождя. Ещё цвела черёмуха кое-где, но, похоже, она была побеждена. В кармане завибрировал телефон. Люда. Владимир испугался, что её номером могли воспользоваться токшоущики, хотя это и маловероятно.
– Людмила, привет!
– Привет, Вовка! – как минимум, голос точно её. – Слушай, я переночую у тебя?
– Да, пожалуйста. Через сколько тебя ждать?
– Через час. Нормально?
– Да, я как раз дома буду.
– Спасибо! Давай!
– Пока…
Владимир ускорил шаг. Дома был сравнительный порядок, но всё же. Он вымыл раковину в ванной, утреннюю чашку. На родительской кровати он постелил шёлковое постельное бельё, достал любимую подушку Людмилы. В ванной повесил её полотенце и достал её зубную щётку. Он как раз залил мяту кипятком, когда в дверь позвонили. Открыл. Улыбнулся.
– Привет!
– Привет! – Люда тоже улыбнулась и вошла.
– Всё нормально?
– Да. Да, не переживай.
Люда сняла босоножки и бросила рюкзак в угол.
– Я как раз мяту заварил, пошли.
Люда кивнула и пошла мыть руки, а Владимир – на кухню. К чаю у него были лишь окаменелые сушки и вишнёвое варенье. Однако Владимир вспомнил, что где-то в шкафу лежит НЗ – батончики. Нашлись.
Люда пришла на кухню уже не в платье, а в футболке и штанах, которые лежали на её полке в шкафу. Села. Владимир поставил перед ней чашку и конфеты.
– Люда, есть будешь? Если честно, я не собирался ничего готовить, но могу.
Она уже дожёвывала конфету.
– Если честно, ужасно хочу есть. Но я себе сама приготовлю, не беспокойся.
– Ну нет, – улыбнулся Владимир, – ты пей. Будешь яичницу?
Люда кивнула. Владимир встал и направился к холодильнику.
– А ты чего не дома?
– Да мама с Эдиком снова немного перебрали. Мама спала, когда я пришла, а Эдик не очень адекватный. Я сказала, что переночую у девчонок, но у них туса сейчас.