Так и не добившись от Анастасии ничего сенсационного, Сюзанна разложила карты и сообщила девушке, что у неё будет мальчик, который родится в срок. Анастасия подтвердила пол ребёнка и выразила сожаление по этому поводу: ей хотелось девочку. Ток-шоу продолжил сюжет о скейтбордистах из Первомайского района, и Владимир выключил ноутбук.
Гроза за окном не утихала. Владимир ушёл к себе в комнату и увидел, что сержант Блинкевич спала сидя за его столом. Владимир подошёл: Люда спала на раскрытом втором томе красного пятитомника по уголовному праву. Владимир предельно осторожно взял Люду на руки и отнёс в родительскую спальню, где уложил на постель и укрыл пододеяльником. Люда вздохнула. Владимир улыбнулся: не разбудил. Он полюбовался ею с минуту и вышел.
В холодильнике было всего два яйца. Чудин подумал, что оно и к лучшему: он не будет шуметь сковородкой и маслом, а по дороге на работу купит и выпьет йогурт. Выпив холодный чай, Владимир ушёл в ванную бриться. Вместо электробритвы – станок: не разбудить. Однако скоро Владимир всё же почувствовал, что он не один. Обернулся. В дверях стояла и покачивалась сержант Блинкевич – растрёпанная, с сонной улыбкой.
– Привет. Я тебя разбудил?
– Доброе утро, Вовка. Нет, я что-то проснулась…
– Иди спи, Люд, – улыбнулся он.
– Ага.
Люда кивнула и вышла. Владимир умылся, сменил футболку на майку с рубашкой и постучал в спальню.
– Заходи.
Он открыл дверь и вошёл. Ветерок из открытого окна колыхал закрытые шторы. Люда лежала укрытой. Её одежда была на стуле.
– Я попрощаться. Ты спи сколько хочешь.
– Слушай…
– Да, Люд.
– А я могу остаться?
– Конечно, – улыбнулся Владимир, – ладно, я пойду. Спи, Люд, пока!
– Спасибо, – улыбнулась она, – пока!
На улице Владимир глубоко вздохнул. Вроде гроза прошла совсем недавно, а на востоке ещё виднелись уплывающие вдаль тучи, однако воздуха будто бы не хватало. Странно. Странным Владимиру показалось и то, что он чувствовал на себе чей-то взгляд. Может, это Люда дошла до кухни выпить воды и посмотрела на него? Нет, вряд ли. Её взгляд совсем не такой. Владимир осторожно посмотрел по сторонам.
К девяти на Индустриальную улицу приехала росгвардейская «шишига»: Владимир заказывал усиление.
– Здорово, мужики!
– Здравия желаем, товарищ старший лейтенант!
Чудин убедился, что росгвардейцам поставлена корректная задача, и пошёл к первым журналистам. Владимир целенаправленно подходил ко всем: предупреждал об ответственности за незаконное проникновение в жилище, ну и в целом старался отогнать прессу подальше от Анатолия и Анастасии. А вот сам к ним заглянул.
Анастасия ещё спала, Анатолий же пил кофе.
– Я очень постараюсь, чтобы всё прошло тихо и без вашего участия. И снова извините. Постараюсь завтра привести этот балаган не сюда.
– Ничего, Владимир. Жена будто бы даже рада.
– Скажите, Анатолий, я могу с ней пообщаться потом?
– Да, конечно. Она с радостью.
Владимир кивнул, отказался от кофе и покинул дом Гвоздикиных.
Пресса собиралась, зевак тоже хватало. Росгвардейцы рассредоточились вокруг дома. Подъехали продюсеры и ассистенты Сюзанны. Ровно в десять на «Солярисе» приехала и сама госпожа таролог. Владимир слушал. Поставили стол, Сюзанна начала тасовать карты. Люди гудели.
– У него что-то есть! – громко сказала она. – Обыск! Нужен обыск!
– Обыск! – вторила толпа. – Нужен обыск!
Владимир вышел из толпы.
– Господа, для проведения обыска дома у господина Гвоздикина нет никаких оснований!
– Обыск! – кричали люди. – Обыск у убийцы! Бездельник! Не мешай поискам!
Владимир подумал, что людям всё же хочется жертв и крови: Сюзанна не раз повторяла, что Марина жива, но люди всё равно кричат «Убийца!»…
К нему вышла сама Сюзанна.
– Что, Вовчик, опять голос прорезался? – улыбнулась она.