– Видите, это – искусство, – объясняла она, – будущий следователь будет искусным, он будет работать в гармонии со всеми участниками, и в результате его работы близкие Мариночки обретут душевный покой!
– Отличные новости! Спасибо, Сюзанна!
Зубасто-прыгучий вышел на середину студии.
– На этом «Зеркальный сазан» прощается с вами. Здесь работал Тарас Баркасов, до встречи завтра, берегите себя, друзья!
Чудин закрыл страницу и вытащил наушники. Окно на кухне смотрело на юг, потому за ним было совсем темно, лишь яркий пунктир шоссе светил вдали. Владимир встал. Пора было смывать с себя этот день и идти спать.
В половину седьмого старший лейтенант Чудин постучал в дверь.
– Люда, доброе утро!
Владимир услышал, как она потянулась, и улыбнулся.
– Доброе… – Люда вроде тоже улыбнулась.
– Я уже пойду. Ключ на тумбочке, чай ещё горячий, бутерброды я тебе нарубил.
Из комнаты донёсся шум. Через секунду дверь открылась: Люда, лохматая и в наскоро надетой футболке, уже совсем проснулась.
– Володя… будь осторожен.
– Спасибо, Люда…
Владимир опустил глаза на секунду.
– Люда… – Владимир чувствовал себя идиотом, будто он недобросовестно пользовался полученным вчера инсайдом, – давай увидимся вечером?
– Конечно, – Люда просияла, – конечно увидимся!
– Я пойду. Не засни, ладно?
Люда кивнула.
– Я уже не лягу.
– Давай, пока!
Владимир закрыл дверь и спустился. Странный день требовал странных мер. «Семёрка» так или иначе засвечена, а мобильность может понадобиться. Конторские машины засвечены тем более. Владимир быстро дошёл до гаражей, открыл отцовский. Белый обрусевший румын моргнул поворотниками. Владимир осмотрел машину, сел внутрь и завёл. 106 полновесных тольяттинских лошадей могуче заржали под капотом. Бензина – почти половина бака. Владимир проверил тормоза, закрыл гараж и поехал к дому. Пара машин так и дежурила у подъезда, и Владимир снял их на видео. Сам «Ларгус» никакого интереса не вызвал. Слежки не было, но Владимир для порядка попетлял. Машину он оставил в одном из дворов: лучше, чтобы её не видели у конторы.
Подполковник Фокин тоже был на работе. Отпечатков пальцев дома у Воеводиной не нашли, а вот результаты экспертизы нижнего белья были интересными. Стирали одежду около двух-трёх месяцев назад и с тех пор не носили. Дополнительная экспертиза установит марку порошка и сличит с порошком, которым пользовалась Клавдия Степановна. Самое главное: на пластиковой бляшке, украшавшей одну из моделей, был найден отпечаток пальца, качество которого позволило установить автора. Им оказался сорокалетний частный детектив, бывший сотрудник милиции. Он в городе, жил в гостинице «Турист».
Владимир сто лет не участвовал в подобном задержании. В восемь объект вышел и сел в уже знакомую «Фелицию», поехал в сторону дома Владимира. Однако самостоятельная поездка его закончилась на ближайшем посту ГИБДД и продолжилась уже в полицейской «ГАЗели».
Владимир улыбнулся. Никогда он ещё не был потерпевшим… И утро это проходило как в тумане. Детектива он опознал, а на допрос допущен не был, потому поехал в контору. Завибрировал телефон.
– Анатолий, доброе утро! – ответил он.
– Здравствуйте, Владимир! Мы тут с женой в больницу ездили…
– Всё в порядке?
– Да, не переживайте. Мы рядом с управлением вашим. Можем заглянуть?
– Да, я буду там через десять минут.
«Приора» не доехала до парковки: путь машине преградила толпа. Владимир сначала подумал, что здесь назначен эфир, но уж больно рано все собрались.
–Убийца! Убийца! – заверещала толпа, когда он вышел из машины.
С трудом пробившись, Владимир вошёл в здание.
– Товарищ сержант, почему посторонние перекрыли проезд?
– Так ведь майор Мартышкин… – пожал плечами дежурный-сержант.
– Анатолий и Анастасия Гвоздикины приедут ко мне. Обеспечьте им безопасность, выдайте пропуска и проведите в кабинет.
– Так точно, товарищ старший лейтенант.