– Да вот, ерундой этой занимаюсь. А у тебя?
– Ничего. Но интересно же, правда?
К Владимиру подошёл Шарик и подставил морду. Владимир присел рядом и начал чесать пса.
– Не знаю. Странно. Я понимаю, когда гадалки помогают, скажем, с какими-то эфемерными сущностями вроде любви или удачи, но тут-то другое.
– Но вдруг её найдут?
– Надеюсь.
– А как другие дела? А то ты пропал, с первомайского усилка не виделись.
Владимир хотел извиниться, но не успел.
– Людк, а, Людк?! – донеслось из УАЗика.
Люда выдохнула и обернулась.
– Слушаю, товарищ лейтенант.
– Грузи своё корейское народное национальное блюдо, и поехали.
Люда посмотрела на Владимира и грустно вздохнула.
– Прости, пора мне.
Владимир кивнул.
– И мне. Пока, Люд!
– Пока, Вовка!
Владимир отошёл на пару шагов. Люда открыла дверь в багажник, и Шарик запрыгнул в машину. Люда закрыла дверь, поправила кепку и села вперёд, к водителю. Сидевший на заднем сиденье командир патрульно-постового наряда лейтенант Тополь не без удовольствия показал Владимиру средний палец, и «Патриот» укатил по своим патрульно-постовым делам.
В конторе старшего лейтенанта Чудина сразу же вызвали к начальнику пресс-службы майору Мартышкину.
– Здравия желаю, товарищ майор!
Товарищ майор не поздоровался в ответ и указал на стул. Владимир сел.
– Смотрел, – начал Мартышкин, – какой-то ты неестественный в кадре, лейтенант.
– Работа такая, товарищ майор, – пожал плечами Владимир.
Мартышкин изогнул губы дугой, изображая улыбку.
– Шутеечки шутишь, значит? А у нас тут серьёзная пиар-акция, в которой по нелепости оказался ты.
– Товарищ майор, мне кажется некорректным называть приказ начальства нелепостью.
– А ты не хами мне, лейтенант. Пришёл запрос на твоё участие в вечернем ток-шоу. Но пойду я. Не дорос ты до прайм-тайма. Соцсети ведёшь?
– Никак нет, товарищ майор.
– Ну вот и хорошо. А то пошутишь ещё, Петросян в погонах… Завтра и все выходные Сюзанна работает каждый день. Участвуешь, рапорт полковнику по вечерам.
– Так точно.
– Свободен.
Работа, к счастью, ожидалась только бумажная. Владимир старался без особой спешки подготовить всё, что нужно, по всем делам. Юра в СИЗО, к нему не пустят. Но он поговорил. Благо следователь понял ситуацию, по сто пятой дело не завели, а противоправного и аморального поведения потерпевшего оказалось на несколько гигабайт с разных камер. Сто восьмая, ещё и со смягчающими… А всё равно не по себе. Владимир подумал, что надо бы поговорить с участковым.
Вопреки ожиданиям Владимира зевак на следующий день собралось нисколько не меньше. Может, это и правда проплаченная массовка? Бригад от телеканалов стало на одну меньше, полиция для оцепления прибыла в прежнем количестве. Увы, без кинолога Люды. Владимир наблюдал за всем со стороны, но встал поближе – чтобы иметь возможность слышать Сюзанну. Госпожа таролог приехала ровно в десять. Как и всегда, экстравагантно одетая и, как показалось Владимиру, с небольшого похмелья. Сюзанна поздоровалась с публикой и сразу же разложила карты. Карты велели ей идти по дорожке на юг. Процессия двинулась. Сюзанна водила руками в стороны и говорила, что чувствует вибрации. Их, кстати, чувствовал и Владимир: где-то в километре от затаптываемой локации вибромолот вбивал очередную сваю в будущий фундамент нового городского дома культуры. Бестолково, как показалось Владимиру, походив по парку, Сюзанна остановилась возле дуба и обняла его. Публика ахнула, операторы окружили Сюзанну. Владимир подумал, что ему надо сбегать за пивом и предложить ей.
– Это дерево помнит! Мариночка проходила мимо!
Владимир улыбнулся: конечно, проходила. Тут другой дороги-то и нет. Сюзанна заулыбалась, прильнула к дубу щекой, и на её глазах выступили слёзы.
– Она была счастлива! Так счастлива!
Евгений Молочников, друг Марины и её молодого человека Виктора, которого не было в толпе вчера, схватился за голову и разрыдался. Люди ахнули, Евгения окружили операторы.