- Мне тяжело это понять, Егор. - он развёл руками в стороны с грустным выражением лица.
- А я объясню. - резко ответил Егор. - Предоставьте, вы уезжаете куда-то. А вам позвонила бы моя бабушка или дедушка, царство им небесное, и сказали бы маму расхуярил поезд, а она была при этом была пьяная, со связанными руками. - Егор практически не моргал, произнося это всё в слух. Слова давались тяжело, с болью в груди. Он будто снова проживал это всё, снова вернулся в ночь тридцать первого августа. - Вас бы вырубило, а когда вы учились, пулей бы летели в другой город, стоя на трассе и ловя машину, которая едет в нужную вам сторону. В конечном итоге какая-то женщина согласится вас подвести, а вы будете просить её ехать чуть быстрее. А когда вы приедете, полетите в морг, где вам покажут тело, белое, холодное, но такое блять родное, знаете. Захочется бросится, сказать: «Нет! Не может быть! Враньё! Она живая!», трясти в надежде, что она очнётся, по телу снова пойдет кровь, оно вернёт прежний цвет, сердце забьётся и она откроет свои глаза. Но вместо этого вы упадете на колени, не понимая, что будет дальше. Затем вам подтвердят, что в организме был алкоголь, а на теле признаки изнасилования. И это всё близкий, родной человек. Которого вы до безумия любили. А ваши родные вмиг стали презирать ее семью, мол выросли шлюху. Как будто она сама нахуй умоляла связать ее и запить член в жопу. - голос Егор перешёл на грубый крик. - Что вы бы стали делать после этого, Алексей? Как бы вы, оставаясь один справились бы с этим всем? Вы бы захотели продолжать жить так, как вам это написали на роду? Как будто ничего не было, а вы никогда её не любили, более того, не знали.
Алексей тяжело вздохнул. Только что рассказанное вероятно заставило его задуматься.
- Егор, но ведь ты не один. Мама с тобой, я, у тебя есть отец, который, я уверен, точно так же переживает за тебя.
- Да. Вы переживаете за меня больше всех, раз с утра пораньше пришли поговорить. Переживаете... - Егор несколько раз кивнул головой. Хотелось смеяться. Истерически смеяться.
- Егор, я не сделал тебе ничего плохого, чтобы ты относился ко мне подобным образом.
- А дело не в вас. Дело в другом, и я очень сомневаюсь, что вам это удастся понять. Так какова истинная причина, вашего такого раннего визита? - Егор услышал шаги в коридоре, кто-то переминался с ноги на ноги, стараясь делать это максимально тихо. Он смотрел в сторону и понял, для чего открыта дверь. Там, за стеной, стоит тот, кто внушил эти мысли, человеку, перешедшему для серьёзного разговора. - Мама, ты можешь войти. Не обязательно подслушать.
Егор сквозь стены видел, как она замерла. Не ожидала. Как и Алексей, у которого лицо было полно разочарования.
-Смелей! - скомандовал Егор. Через несколько секунд в комнате появилась женщина, которая восемнадцать лет назад родила его на свет. Егор и сам удивился, что назвал ее «мама». Неуверенным шагами она ступала на пол, смотря на посыльного взглядом, выражающим мысль «как же так, я думала он не заметит...». Зная свою мать, Егор был уверен: это первое, о чем она подумала. Она остановилась рядом со стулом, и они переглянулись. Алексей взял Алёну за руку, показывая таким жестом, что он рядом.
- В чём серьезность этого разговора? - напомнил Егор о себе.
Взгляды перевели на Егора, который смотрел на них осуждающе. Где-то внутри он думал, как ненавидит этих обоих.
- Ну так? - в очередной раз сказал Егор.
- Ты несёшь один негатив. - резко сорвалось с губ его матери, с глаз которой моментально побежали слёзы. Алексей принялся ее жалеть, просить успокоиться и злобно смотря на Егора. Такое было впервые.
- Ну если я несу негатив, какого хуя вы тут до сих пор живёте?
Мать перестала вытирать слёзы, смотря на своего сына.
- Да, мамуля. Или ты забыла по чьей ты тут доброй воли живёшь? А?
Алексей не понимающе смотрел то на Алёну, то на Егора.
- Да, Алексей, да. Не её это квартирка, а моя. Единственное, что осталось у отца после того, как эта женщина забрала у него всё. Абсолютно всё, что только смогла. Только не учла, что он ее переоформил на меня, предчувствуя это все, а потом разделась. Ну как развелась, сдала его в психушку.
Глаза Алексея удивлённо расширились. Он смотрел на всех непонимания ничего.
- Вижу, что не знали. Вам будет о чем поговорить на досуге. - Егор снял телефон с зарядки, достал чистые вещи из шкафа, пока все по-прежнему находились в его комнате. Он оделся, не обращая внимания на взгляды в его спину.
Когда он выходил из квартиры, застегивая тёплую кофту под курткой, мать и Алексей по-прежнему были в его комнате, смотря друг на друга. Егор вдохнул свежий воздух уходящего сентября, ветер дул сильнее чем в предыдущие дни. Закрутить не получилось.