- Нет. - Егор помотал головой.
- Завтра иди в Владимиру, если спросит, скажи, что от меня. Сын, это очень важно. Ты не должен сидеть сложа рука. Ты понял уже слишком много времени. Это очень важно. - он смотрел на него со страхом в глазах. Егор что-то хотел спросить, но тот его перебил. - Без лишних вопросов. Владимир тебе поможет и всё объяснит. - Это очень важно. - будто бы сам не замечая в третий раз повторил он, убрал ручку на место и вышел с кухни, оставив Егора одного с листочком на столе, гласившим:
«Ул.Геологов 178, подъезд 2, кв 68.
Владимир Фёрнштад».
22
Поздняя ночь. После нелегкого дня, Егор долго вертелся в кровати, прежде чем наконец-то заснул. Воспоминания нахлынули сами собой. Впервые за долго время он открыл переписку с Соней и перечитывал в некоторых местах, смотрел совместный фотографии. Затем отложив телефон, вспомнил как лежал у нее на ногах, а она гладила его по тогда более длинным волосам, вспоминал её губы на вкус, как прижимался к её телу, как она впервые отдалась ему. Что было сегодня, сон или нет, он уже и думать забыл. Но неужели действительно больше не придёт?
Когда мысли наконец ушли, он смог расслабиться всем телом.
Werde ich wirklich verrückt. (Неужели действительно схожу с ума). — последнее что подумал Егор, прежде чем заснул.
23
Остальные дети тоже спали, за исключением двоих, что находились в своей комнате. Отец Егора сидел на кровати с мрачным видом, держась за подбородок левой рукой, спустя несколько секунд протёр глаза и упер голову в кулак с тяжёлым вздохом.
— Я до последнего надеялся, что этого не произойдет. — он посмотрел на жену, которая сидела за туалетным столом спиной к нему. Через зеркало они встретились своими задумчивыми взглядами.
— Что ты будешь делать? — спросила она, повернувшись лицом к нему, держа спину прямо.
— Ничего.
— Не поняла. — она поддалась вперёд. — Что значит ничего?
— Ань, что я могу с этим сделать?
— Даниил, я не знаю. Почему ты спрашиваешь это у меня? Я в этом не разбираюсь от слова совсем.
На мгновение наступила тишина. Даниил отвернулся, снова тяжело вздохнув.
— Я отправил его туда, где сам с этим столкнулся. Надеюсь, ему там помогут.
— Почему ты ведёшь себя так, будто тебе всё равно? — женщина нахмурилась. — Неужели ты не можешь помочь, рассказать, поделиться чем-то, что знаешь сам?
— Чтобы потом он меня ненавидел, за то, что я его взял в это? — его тон стал грубее и громче.
— Тихо! Ты разбудить что ли всех хочешь? — до нее не сразу дошло сказанное им. Только потом она начала осознавать, что услышала. — Во что ты его ввязал? — теперь уже спокойно спросила она.
Мужчина бросил на неё короткий взгляд, но отвечать не собирался. Анна встала и аккуратно подошла к мужу, садясь напротив него на корточки. Он смотрел в её глаза, когда она потянулась к его правой руке и взяла в свои.
— Дань, я не знаю этой истории полностью и пока ничем не могу помочь. — она села рядом с ним, целовала в лоб и прижала к своей груди. — Хорошо, ты не хочешь рассказать Егору, но расскажи мне. Я слышала лишь только какие-то детали, но не целиком. Кто такой Владимир? Чем он тебе помогал.
— Это долгая история. Я сделал то, что должен был и оставил её в прошлом. Я больше не хотел возвращаться к ней, но сука приходиться.
— Тише. — женщина вздохнула, поглаживая мужа по голове, а затем поцеловала. — Я просто хочу сказать, что… Не знаю. Мне кажется, ты обязан всё ему рассказать, если сам говоришь, что втянул в этом. Я боюсь это плохо кончится, если ты промолчишь.
Мужчина поднялся с груди и смотрел на женщину долго и задумчиво.
— Он пойдет к Владимиру и тот всем ему поможет. Это не кончится плохо. Он твердил, что весь этот беспредел закончится, но ты сама видишь, что нет. Егору было одиннадцать, когда я втянул его в это. Прошло уже сколько же, но ничего не кончилось. Черты бы это все побрал. Все эти чёрные квадраты.
— Делай так, как считаешь нужным, — после долго молчания заключила женщина. — Я понимаю, это может быть тяжело, всё что у тебя было. Но я всегда готова тебя выслушать, ты знаешь. Если будешь готов расскажешь. С Егором… Я думаю, всё образумится и будет хорошо. Делай так, как считаешь нужным. — ещё раз повторила она и поцеловала мужу в щеку, щетина на котором очень быстро отросла.
Взгляд мужчины смягчился, он вздохнул с облегчением, когда протянулся к жене и крепко ее обнял. Они сидели так несколько минут, прежде чем та широко улыбнулась, погладила его по голове, и они отстранились друг от друга, теперь уже держась за руки.