Внешне этот бессмертный более всего походил на пирата, какими их изображают в фильмах и книгах. По комплекции лишь чуть мельче Саторина, при этом как-то капитальнее. Уверенная осанка сразу внушала уважение. Лицо экзотическое: гордый нос с горбинкой, горящий взгляд, жёсткие губы. Усов и бороды он, естественно, не носил, но в остальном отлично смотрелся бы на палубе вольного брига. Возможно, и топтал когда-то, я не спрашивал.
— А я думал, Саторин снимет свою кандидатуру. Вчера ему не повезло.
— Превратности успеха, всего и делов. Люди залакируют.
— Надо полагать, наприручал полезных человечков, трещётка ты наша бескостная. Зачем пришёл?
— Поссориться хочу. Не стоило подбрасывать мне отравленный корм, ох не стоило. Зверь я не матёрый, но достаточно битый.
Девенпорт резко повернулся, уставясь на меня уже во все глаза, а я мысленно похвалил свою замечательную интуицию. Так и думал, что это не он, да и предположение, что не только нас пытались вывести из игры, грозило сию минуту оправдаться.
Не успело. Клановые вампиры ввалились в зал с человеческим грохотом, Девенпорт поморщился от вершившегося неприличия. Я повернулся. Больше ничего не сделал, просто посмотрел. Вампиры обычно чуют, когда противник им не по зубам, это помогает избежать лишних жертв, вот и карающая компания засомневалась, сбившись в кучу на пороге. Мне до ужаса не хотелось драться, но почти уверен был, что не придётся.
— Прочь пошли! — сердито прикрикнул на своих Девенпорт. — Кыш! Не видите что ли: мы разговариваем!
Пятеро. Сначала попятились передние, потом и задние сообразили, что причин удалиться много, а оснований остаться — мало. Молодцы.
— Сядь, Александр! — предложил глава клана, когда последний его подопечный тихо растворился на просторах слайда. — Рассказывай!
Я охотно принял приглашение, плюхнулся в одно из мягчайших здешних чудес и ощутил, как возрадовалась нежданной ласке задница. Хорошо. Изложить детали покушения было несложно, я обошёлся немногими словами. Девенпорт слушал, скучнея и мрачнея лицом, а потом поделился историей похожей на мою до безобразия. Подловили не в клубе, девка навязалась прямо здесь в богатом квартале, её и выпивать до дна не собирались, только отпробовать. Один из ребят Дева не удержался и посмел вкусить крови раньше хозяина. Тело непочтительного пришлось впоследствии приютить на дне залива.
Будничность происходящего селила в душе вязкий холод, хотя, как я и предполагал, в лице кланового вождя мы с Сарториным обретали пусть временного, но союзника. Нас собирались устранить, и не верилось, что лишь люди стояли за спиной предприятия. Помнится, я говорил, что на корону претендовали четыре кандидата, не уточнял только всех, потому что думать о некоторых было тошно. Девенпорт тоже, без сомнения сообразил, в какую сторону следует обратить вопрошающий вздор.
— Бабы! — сказал он лаконично.
И мы синхронно длинно вздохнули.
Глава 12
Я люблю женщин и даже довольно часто, но не всех. Разные бывают особи этого пола. Иные способны грабастать власть с беспринципностью, свойственной чаще всего мужчинам. Нет, я разумеется, не имею ничего против нашей Белой Королевы, но она ведь из сказки. Полно вполне реальных хищниц, которые даже старого вампира способны напугать до судорог. Мы с Девом грустно сидели в его прелестной квартире и совещались.
Прекрасных дам, что подали две другие заявки на конкурс, мы оба знали не слишком хорошо. Вампиры планеты, живя здесь уже не одно столетие, практически все были знакомы между собой, старые так точно, но держаться старались врозь. Сближались и завязывали дружеские контакты исключительно по взаимной симпатии или ради зарабатывания денег как наше гнездо. У меня же и вовсе произошёл в незапамятные времена пренеприятный казус с обеими этими цыпочками. Смешно вспомнить, но я их перепутал, а дамы такого не прощают, хотя, если подумать, в чём я был виноват? Следуя очередной глупейшей человеческой моде, они вырядились и причесались так похоже. Как раз носили короткие юбки, и выше ножек я, собственно говоря, мало что и видел. Загладить вину так и не удалось, а может быть, я и не старался, не помню уже.
Судите сами: обе высокие блондинки, хорошо сложенные, ухоженные. Чертами лица, пожалуй, отличаются. Арлена резче, грубее, каждая линия выражает жестокую властность, Верея мягче и приторнее, хотя по натуре тоже своего не упустит. В целом задача была бы проста для вампира, но говорю же: юбки практически ничего и не прикрывали, и воображение в тот момент волновал совсем не характер.
Неудивительно, что дальнейшее наше знакомство ограничивалось официальными мероприятиями, я даже подкатывать не пытался. Теперь запоздало соображал, что вполне возможно, мне и это поставили в вину: женщины такие странные.
— Я вот думаю, — прервал мои горестные мысли Девенпорт, — Почему Белый Цветок? Почему наше королеву называли так?
— Изначально Белая Королева, — машинально поправил я. — Имя трансформировалось позднее.
— Неважно. Ключевое слово здесь обозначает цвет. Я вот думаю: вдруг она блондинка?
Я поглядел на приятеля с любопытством:
— Обе эти стервы — блондинки. И Лорелея тоже.
— И твоя Шерил, — продолжал Девенпорт.
У меня зачесались клыки, но я сдержался, да и вампир приличий не нарушил. Не заметив моего порыва, он продолжал:
— Просто у меня мелькнула мысль, что, раз выборы приняли такой непотребный характер, бессмертные подняли руку на собратьев, да ещё старших в популяции, а не зелёный молодняк, пришло время нашей повелительнице вновь явить себя миру.
— Ты хочешь сказать, что одна из наших женщин и есть Белая Королева? — воскликнул я.
Не стану утверждать, что мне не приходили в голову разные мысли, но я-то их от себя гнал. Как ни далёк был от политического болота, но временами неслась из него такая вонь, что раздражение с трудом удавалось подавить. Почему меня взбесило намерение Саторина бороться за титул? Потому что я предпочёл бы принять сторону Девенпорта. Из него получался отличный король: хозяйственный и неторопливый, мой патрон, вмешавшись не в своё дело, всё испортил. Победи он в поединке, я оставил бы его валяться на лаврах, а сам посодействовал опытному главе целого клана подняться над всеми нами. Если человек хочет работать, зачем ему в этом мешать?
Всё сложилось бы идеально, перейди корона от Фенира к Девенпорту, но тут вмешались, причём обе сразу, эти дамочки, а потом и Саторин от невеликого ума. Раз пошла такая пьянка, то и отравленная кровь явилась вполне ожидаемым блюдом. Выборы превратились в свару, и предполагать, что дама из легенды явит себя восхищённому сообществу было вполне логично.
Желал я такой перспективы? Скорее боялся.
— Вероятно, твои подозрения не лишены оснований, — сказал я осторожно, — но прошло много лет. Если Белая Королева и существовала, никто не знает, жива ли она, здесь на планете находится, или давно отправилась в иные миры. Я имею в виду материальные, а не загробные.
Девенпорт возразил:
— Ты старый вампир и прекрасно знаешь, что Цветок не легенда, наверняка ты её видел, ну или по крайней мере знаком с заслуживающими доверие свидетелями. Тач, ты притворяешься ровесником Саторина, видимо, чтобы не задевать его чувства, и я это уважаю, но со мной-то можешь быть откровенен.
— Что ты предлагаешь?
— Если настала суровая пора, не стоит ли нам самим призвать Королеву и попросить её занять трон?
Я подпрыгнул на месте, кажется, порыв мой знаменовал стремление вскочить и убежать, но излишне мягкое сиденье встало на пути похвальных намерений. Я забултыхался в объятиях дивана как пловец в водовороте и сообразив каким смотрюсь болваном прекратил попытки и сел ровно. Я не возражаю против того, чтобы выглядеть дураком, но не хочу им быть в действительности, а уклоняться от разговора теперь стало поздно.
— Думай, что говоришь!
— Тач, это самый разумный выход. Я не знаю мотивов твоего Саторина, но о себе могу сказать, что стремлюсь стать повелителем бессмертных лишь для того, чтобы обеспечить всем порядок и безопасность. Я полагаю, что мой опыт организации клана вполне может пригодиться на новом поприще. Я пошёл на выборы с открытым лицом и не хочу, чтобы мир рухнул в новую войну.