— Она остановилась в Пастушьей таверне. Передала через патрульных, что ей необходимо с вами встретиться.
— Кто — она? — спросил Киаран.
— Она не представилась.
— Как хотя бы выглядит?
— На ней плащ с капюшоном. Лица не видно.
— Ерунда какая-то, — покачал головой Киаран. — Хочет со мной встретиться, пусть идёт сюда.
— Она сказала, что хочет сохранить свой приезд в секрете.
— Пошла она к чёрту, — проворчал Киаран и направился к входу в башню.
— Она сказала, что это очень срочно и очень важно.
Киаран остановился. Не слишком ли много срочного и важного для одного дня?
— А ещё она сказала, что ночью с мужчинами не встречается, поэтому вы должны прийти сейчас…
— Прямо-таки должен, — хмыкнул Киаран.
— …На рассвете она уедет, а вы потом будете жалеть, — закончил фразу командир и пожал плечами. — Так она сказала.
Киаран потёр лоб. Хотелось вернуться в зал и понаблюдать за Лагмером и остальной недовольной братией. При мысли о столах, ломящихся от еды, желудок сжался в кулачок. Однако вино, выпитое натощак, распаляло любопытство: кто же эта таинственная дама?
Из окон башни струился мягкий свет, слышались голоса, смех и стук тарелок. Последнее тянуло назад клещами.
— Где находится Пастушья таверна?
— Возле Оружейных ворот, — ответил командир.
В другом конце города. До конца трапезы никак не вернуться.
После недолгого внутреннего спора Киаран кивнул:
— Седлай коня. — И спустился с лестницы.
— 2.46 ~
Покрытая нагаром лампа под потолком давала мало света и не позволяла разглядеть деревянную лестницу как следует. Киаран сбивал носки сапог о ступени разной высоты и бормотал под нос проклятия. К липким перилам не притрагивался — хватило одного прикосновения, чтобы от брезгливости свело челюсти. Снизу, из таверны, долетали пьяные голоса мужиков. Сверху, из борделя, доносились стоны шлюх и площадная брань.
Мазнув взглядом по очередному лестничному маршу, ведущему в мирок мужских утех, Киаран свернул в тесный коридор второго этажа и двинулся вдоль комнат постояльцев, посматривая на цифры, намалёванные краской на обшарпанных дверях. Где-то плакал младенец. Кто-то передвигал мебель. Хлопали дверцы шкафов. Из-за угла появилась служанка, держа охапку грязного белья. Вдавилась в стену, пропуская Киарана. А он втиснулся плечом в другую стену, чтобы не коснуться рукавом простыней в пятнах непонятного происхождения.
Найдя нужную дверь, вытащил из чехла на поясе кинжал и постучался. Услышав короткое «да», вошёл в комнату и уставился на сидящую за столом женщину:
— Герцогиня Кагар?
— Я знала, что вы придёте. — Барисса сняла с головы капюшон. Медные волосы рассыпались по плечам, замерцали в свете свечей. В сочно-зелёных глазах сверкнула смешинка. — Не ожидали?
— Было подозрение, — признался Киаран, пряча кинжал в чехол. — Но потом подумал, что вы не упустили бы случая блеснуть своей красотой при дворе короля.
— За комплимент спасибо. Не хочу своим визитом причинять боль королеве. Она видит во мне соперницу, и никакими клятвами мне её не успокоить. И вообще-то, я хотела увидеться с вами, а не с придворными. — Барисса указала на стул. — Присаживайтесь, лорд Айвиль.
Киаран опустился на деревянное сиденье. Отодвинул подсвечник на край стола:
— Ну и зачем я вам понадобился?
— Мне нравится ваша напористость и желание в любой беседе видеть смысл.
Пытаясь прочесть на смуглом лице мысли герцогини, Киаран молчал.
— Я хотела поблагодарить вас, лорд Айвиль. Вы спасли моего дядю от верной смерти. В Дигоре душевнобольных убивают.
— Благодарите настоятеля Просвещённого монастыря. Это он поместил вашего дядю в Безумный дом.
— Как скажете, лорд Айвиль, — обворожительно улыбнулась Барисса. — Надеюсь, его содержат в приемлемых условиях?
— Отдельные покои, своя уборная, — ответил Киаран ровным тоном. — Яства привозят из харчевни.
Лгать легко, когда говоришь правду, подбирая правильные слова. Камера — покои, дыра в полу — уборная, объедки из харчевен — яства.
— Мне можно с ним увидеться?
— В Безумный дом не пускают посетителей. Безумие заразно.
Барисса покивала:
— Знаю, знаю.
— Значит, «Чёрный конвой» и подводы с трупами благополучно добрались до места, раз вы в курсе.
— Добрались.
— И? — Киаран развёл руками. — Где мои Выродки?
— Они приедут с новоизбранным Святейшим отцом, когда он получит наставления Первосвященника.
— Раньше подобные дела делались без проволочек.
— Не всё так просто, лорд Айвиль.
Ожидая продолжения, Киаран быстро осмотрелся. Ни баулов, ни сундуков. Одеяло на кровати без единого залома. На крючке нетронутое полотенце. На полу возле табурета с тазом ни капли воды. Закралось подозрение, что герцогиня сняла комнату только для тайной встречи. У кого она заночует? Ведь городские ворота уже закрыты.
Молчание затянулось. Киаран поднялся:
— Более не могу задерживаться. Меня ждут в замке. — Отвесил галантный поклон. — Был рад вас видеть, герцогиня Кагар.
Сверху донёсся стук изголовья кровати в стену.
Барисса воздела глаза к потолку:
— Первосвященник назвал ваше королевство скопищем пороков.
— В Дигоре нет борделей?
— Ваши города наполнены актёрами, трубадурами, танцовщицами и колдунами. Ваши женщины смеются, вместо того чтобы молиться.
— Я не видел, как молитесь вы, герцогиня, зато мне посчастливилось слышать ваш смех. Получается, вы тоже порочны.
— Я лишь пересказываю выступление Первосвященника перед святыми отцами.
Киаран вновь подсел к столу:
— Что ещё он сказал?
— Сказал, что в вашем королевстве поселился дьявол. Он свёл с ума Святейшего отца и защитников веры. Сказал, что новоизбранный глава церкви не справится с дьяволом в одиночку. Богу и Ангелу-спасителю нужна помощь верных им людей.
У Киарана возникло чувство, словно он попал в лабиринт, каждое слово герцогини утягивало в глубь переходов. Он сопротивлялся, но сзади подталкивало любопытство. Лукавая на первый взгляд игра в прятки и загадки принимала серьёзный оборот.
— Вы сами это слышали?
— Собственными ушами, — подтвердила Барисса.
Стараясь ничем не выдать волнения, Киаран спросил:
— Когда начнётся Ангельский поход?
— Точную дату не назову, женщин не пускают на военные советы. Скажу только, что в походе примут участие Дигор, Осмак, Хора и Баликлей. Четыре войска против одного. Если вы не найдёте союзников.
Не три, а четыре! Ну конечно! Дигор и подчинённые ему королевства. Ненасытные псы!
Барисса продолжила:
— Клан Кай-Хин вряд ли вам поможет. Вы видели степных кочевников? А их коней? Разговаривали когда-нибудь с главой клана? На пальцах. По-нашему он не понимает. Он и на своём языке ничего не понимает. Не разговаривали? Вам повезло. Помешались бы рассудком. — Глядя на Киарана из-под ресниц, герцогиня поправила сползшие с колен полы плаща. — Дизарна дала Рэну сотню рыцарей. Сколько ещё даст? Думаю, нисколько. Я слышала, горные племена опять бунтуют. На северных соседей тоже мало надежды. Там короли сменяют друг друга как времена года. Кто поведёт их войска? Ваш сосед на западе увяз в войне. Население сократилось на треть, а он всё воюет.
Киаран старался не показывать вида, что познания герцогини поражают его, восхищают и пугают одновременно.
Сложив руки на столе, Барисса навалилась на них грудью и прошептала:
— Янаре с детьми нельзя оставаться в Фамале. Вывезите их тайно из столицы и укройте в безопасном месте. Только не в Королевской крепости. Пока там жила королева Эльва, крепость ни разу не укрепляли. Я бы предложила убежище в моём замке. Никто не догадается, где прячутся дети и супруга короля. Я бы предложила, но не стану. Вы не доверяете мне. Считаете лисой, змеёй. Я вас понимаю и не осуждаю за это.