Девушка давно состояла в переписке с братом Одры и вместе с ним же сочиняла музыку. Просто, если для Гектора это была целая жизнь, алхимичка считала это любимым увлечением.
- Стервятники! - девушка в сердцах бросила перед собой очередной лист.
Последнее недописанное произведение брата и Неллиель, которое досталось Одре вместе с трусами и пеной для бритья, никак не складывалось в общую картину.
- Они смакуют убийство, сочиняют всякую чушь и пересказывают ее друг другу! Как же противно... я бы всех их поколотила!
Теодор отвлекся от практической по Рейвелю, которую он безуспешно пытался написать последние несколько часов, и с сочувствием посмотрел на Блеир. Он не ожидал, что смерть Нели так сильно ударит по подруге. Она пришла к ним в дом пару часов назад, с совершенно пустым взглядом и сжимая в охапке кипу листов. И не разбирая, что дверь ей открыл не Тео, а Бастиан уткнулась ему в рубашку, судорожно всхлипнула.
Выглянувшая из кухни Эллен, скривила лицо, но к счастью, от комментариев воздержалась.
Как выяснилось, все в общежитии были увлечены новостью об убийстве. О том, что она знала ту самую убитую летом третьекурсницу и чуть ли не была с ней в тот вечер; что поссорилась со своим парнем и ходила очень зная; что влюбилась в кого-то из профессоров. Мелочей и сплетен было столько, что Одра не выдержала и сбежала к Теодору в тишину его комнаты.
Да, Неллиель, по сути, была ей чужой, хотя и оказала помощь с поступлением. Зато Гектору девушка была небезразлична, а симпатии брата Одра всегда пропускала через себя. К тому же ее открытой и честной натуре было отвратительно тихое перемывание косточек убитой алхимички и сочинения домыслов и версий. Например, Стася лишь каким-то чудом избежала лишения скальпа, когда, вернувшись в комнату, решила поделиться с Одрой последними новостями.
- Даже заплакать не могу, - пожаловалась Блеир, - понимаю, что так стало бы легче... Дурацкие ноты!
Тео тихо вздохнул, отвлекшись от учебника. У него музыкального слуха не было. А имя лишь смутные представления о технической стороне этого искусства, он не мог сказать ничего толкового.
- Как это вообще звучит?! - Блеир перекладывала листы, но произведение никак не сходилось. Оно казалось мозаикой, составленной из совершенно-различных по размеру и цвету осколков.
Кестер на это даже вздыхать не стал. Музыкальные инструменты у них в доме искать было бесполезно. Бастиану на ухо явно наступил кто-то крупнее медведя, а Эллен слушала такой ужас, считающийся популярным, что не понятно, чего хотелось больше: застрелить сочинившего эти отвратительные песни или самого себя (ибо проще и быстрее).
- Всегда говорила, что Гектор бездарность! Как его только на композицию приняли, - неожиданно разозлилась девушка и тут же, будто бы щелкнул переключатель, немного жалобно протянула. - Он ведь не знает, что Нели убили. Надо сказать, да? Позвонить или написать? А если у него планы были? Мне хреново, а как ему будет?
Одра бездумно уставилась на листы, пытаясь проиграть записанную мелодию в уме.
- Сказать надо в любом случае. Твой брат должен об этом узнать, - заметил Тео.
- Может, лучше не от меня? Я над ними смеялась! Особенно над их «музыка - это тоже магия! Особенное волшебство, доступное лишь единицам!» И ноты критиковала...
Девушка ненадолго замолчала, но стоило Кестеру вновь погрузиться в материал, выискивая необходимую для работы информацию, как Блеир начала тихо напевать мелодию, все-таки надеясь выстроить правильную композицию. Она сбивалась, начинала петь заново, голос становился все громче, а мелодия яростнее.
- Одра... - настойчиво позвал Тео, - как ты собираешь у меня переписывать практическую, если не даешь ее сделать?! Одра?
Теодор развернулся к девушке и увидел, что та, закрыв глаза, будто бы за это время успела запомнить ноты наизусть, поет. А по щекам Одры катятся слезы.
Поднявшись из-за стола, Кестер приблизился к подруге. Он понимал, что сейчас, должно быть, та переживала целую бурю эмоций. И беспокойство за брата, и боль от потери знакомой, и злость на сплетниц из общежития, и, конечно, желание найти и наказать убийцу.
- Истерикой ты делу точно не поможешь. И легче не станет, - он надеялся, что голос не прозвучал жестко.
Но Блеир его будто не слышала, продолжая петь.
- Одра, тебе нужно успокоиться, - Тео наклонился, чтобы встряхнуть девушку.
А в следующее мгновение Блеир открыла глаза, и чудовищная неконтролируемая сила отбросила Кестера к противоположной стене.