[1] Ацтекская. Ряд племен Центральной Америки, в том числе и ацтеки, жившие на территории Мексики, говорили на языке нагуатл и поэтому их культуру называют нагуанской.
[2] Город, который находится в одноименном штате Веракрус.
Главы 16-20
16.
Эва пришла домой. Эрнан проводил ее до порога, и она порадовалась, что Раула не было дома. Не то, чтобы ей было чего стыдиться, но все же лучше лишний раз не подливать масла в огонь. Тем более, когда у них и так все скверно. Но с Раулом следовало поговорить, объяснить ему свои чувства, мысли… Эва любила мужа и искренне желала обоюдного понимания. Но наступил вечер, а Раул и не думал появляться. Наконец, когда ее недоумение перешло в тревогу, а тревога в панику, хлопнула наружная дверь и она увидела Раула, стоящего на веранде и сосредоточенно чистившего сапоги.
Она выбежала ему навстречу:
-Раул! Как же можно! Я так тревожилась… Что случилось?
Он поднял голову и посмотрел на жену. Странно, но в его глазах не было ни малейшего признака раскаяния, или усталости, или чего-либо, что могло бы оправдать такое опоздание. Он даже не был пьян. И совершено не желал ничего отвечать на ее слова.
-Я, конечно, понимаю, что мы с тобой в ссоре, но все же должно иметь свои пределы, - ответила Эва на его молчание.
-Я тоже так считаю, - ответил Раул неожиданно.
-Прекрасно. Тогда нам стоит хотя бы поговорить.
Оба они забрались каждый в свою раковину и Эва, не смотря на все свои благие намерения, рассердившись, забыла о примирении. Раул вошел в дом и сказал:
-Мне надо умыться.
-Хорошо. Ужин ждет тебя.
Он обернулся к Эве и, немного помолчав, ответил:
-Я сыт, спасибо, - и ушел в ванную.
Как всякая сильная женщина, не зависящая полностью от воли своего мужа, или считающая себя независящей, Эва страшно вспылила. Ужин полетел в мусор вместе с тарелками. На грохот появился Раул. Он невозмутимо посмотрел на дело ее рук:
-Что ты творишь?
-Выбрасываю протухший хлам! – резко заявила Эва и обернулась к Раулу. – Тебя это удивляет?
-Нет, к сожалению, - Раул был холоден и почти невозмутим. – Может быть, ты еще что-нибудь захочешь выкинуть?
-Может быть, - запальчиво ответила она.
-Прекрасно, - Раул отвернулся и вышел. Эва услышала, как хлопнула дверь ванной, полилась вода.
-Остудись, тебе пойдет на пользу, - пробормотала она себе под нос.
Что с ней случилось? Эва не узнавала себя. За несколько недель она из молодой очаровательной счастливой девушки превратилась в фурию – кошмар семейных мужчин. Злая, раздраженная, вспыльчивая, недовольная всем на свете, а главное – гнев ее был направлен на мужа. И какой гнев! Куда подевалась любовь? Не могла же она вот так вот просто испариться? Ведь любовь была! Была страсть! Иначе она не оказалась бы здесь, на этой чужой плантации женой Раула. И Эва точно помнила, что еще несколько дней назад чувствовала себя вполне счастливой и довольной жизнью, исключая муки совести, но это было нечто совершенно отдельное, в чем она никогда не винила Раула. И вот теперь… Несколько дней ссоры, напряженного молчания, добровольной разлуки и… она уже места себе не находит!
В чем же дело? Неужели она злится на Раула? Но за что? Разве они не одинаково виноваты в том, что случилось? Но разве не ждала она все эти дни, пусть бессознательно, но все же, что он придет, захочет помириться, ляжет в ее постель, согреет ее своим телом… Эва вздрогнула и судорожно вздохнула. А он не приходил. И не хотел мириться! Она не думала, что, возможно, он также ждал ее в своей постели, ждал, что она придет первой.
Эве было простительно не понимать этого. В двадцать один год можно проявлять глупость и упрямство. Но вот Раулу было непростительно делать такие ошибки, хотя он был мужчиной, а это многое объясняло.
Наконец, звук воды в ванной утих, хлопнула дверь и Эва, обернувшись, увидела, как Раул прошел в гостиную. Здесь он спал на диване все эти дни.
-Ты будешь спать? – по возможности спокойно спросила она.