Честный человек не мог, видя несправедливость, думать только о своей шкуре. И Эва тоже не могла. Но Анселмо Руз решил, что его дочь именно теперь нуждается в защите.
Поэтому, когда появилась необходимость поселить человека в долине, который был бы связным между повстанцами и прочим миром, Анселмо предложил Эву. Ведь женщине было проще сделать такое. К тому же, Эва была самой уравновешенной и молодой из всех женщин отряда. Она не стремилась убивать, в ней не было кровожадного азарта. А стало быть, если она наймется на плантацию, из этого может выйти толк.
Анселмо открыто радовался, но втайне чувствовал облегчение, которое боялся показать. Поэтому на прощание он сказал дочери вот что:
-Помни, что тебе поручили ответственное задание. Тебе придется жить у врага и очень близко видеть этих людей без стыда и совести. Им бы следовало отказаться, как это сделал я и как это сделали другие честные люди, от всего, что нажито их предками нечестным путем. Но все же будь осторожна и не демонстрируй открыто своих чувств.
-Я все поняла, - строго улыбнувшись, ответила Эва. - Я все помню и все знаю.
-Ступай...
***
Так Эва Руз оказалась в поместье Баррос. Когда хозяйка - сеньора де Баррос - начала говорить с ней и расспрашивать ее обо всем: кто она, откуда и все прочее, что полагается - Эва отвечала так, как ее научили. Но все же, сохраняя невозмутимый и спокойный вид, она боялась, что проницательная донья Химена разоблачит ее в любой момент. Взгляд женщины был острым и резал, как клинок. Однако, следовало сделать все, чтобы остаться в доме Баррос. Позади послышались шаги. Вошел мужчина - хозяин. Он сказал: "Возьми эту девушку. Мне кажется, у нее достаточно терпения, чтобы работать в этом доме". И мать послушала его. Эва осталась в поместье.
3.
-Руз? Эва Руз? Интересно... В Сантьяго-де-Куба есть семья крупных промышленников с такой фамилией. Вы не имеете к ней отношения? - сеньор Раул спросил об этом просто так, он не думал, чтобы служанка из его дома могла принадлежать к богатой семье. Но все же Эва была девушкой не простой и это бросалось в глаза.
-Нет, - ответила Эва.
Она вытирала пыль в гостиной, и вошедший сеньор своим неожиданным вопросом застал ее врасплох.
-У старика Фредерика Руза было двое сыновей: Аугусто и Анселмо, - продолжил сеньор Раул. - Сам старик уже умер, дела унаследовал его старший сын - сеньор Аугусто.
Эва пожала плечами:
-Я никого из этих людей не знаю.
-Ну, что же... Я так и думал...
Она отвернулась и продолжила свое занятие. Спиной Эва чувствовала, что сеньор Раул смотрит на нее. Но он ничего не сказал, а, отвернувшись, молча вышел. Зато появилась сеньора де Баррос.
Донья Химена была очень требовательная хозяйка. Сама она никогда не отлынивала от работы и, уж конечно, не потерпела бы лени в слугах. Эва уже заметила, что все женщины в доме крутятся, как заведенные, под жестокой рукой доньи Химены. Той достаточно только было кинуть взгляд, как все делалось четко, быстро и согласно ее распоряжениям.
Сеньора де Баррос была хороша собой. Ей было уже за пятьдесят лет, но былая красота ее никуда не ушла, она как бы обострилась и приобрела отпечаток, свойственный ее возрасту. Лицо ее было строгим, светлые глаза отливали льдом и она, что греха таить, умела нагнать страху. Единственный, кто не боялся ее, были ее дети. Когда Эва достаточно долго прожила в доме и прочая прислуга сочла ее своей (хотя поначалу ее чурались и подозревали в заносчивости), ей рассказали историю семьи де Баррос. Точнее, с ней сочли долгом посплетничать кухарка и жена садовника, которая исполняла обязанности привратницы.
Оказалось, что кроме сеньора Раула у доньи Химены еще было три дочери.
-Вот как? - Эва помнила, что страшно удивилась тогда этим словам.
В доме не было ни одного портрета дочерей хозяйки.
-Да, так! - возбужденно блестя глазами заявила Роза Мадругада, привратница. - Но я должна сказать, что донья Химена была очень странной матерью. Понятно, что в каждой семье больше ценятся сыновья, но все же и к дочерям следует относиться с любовью и уважением! Они же плоть от плоти!
-Да, и разве донья Химена сама не женщина, что так не любила своих дочерей? - вторила ей кухарка Эльмира.