Один из его подручных подходит ко мне, хватает за шею и пихает в рот грязную половую тряпку. Я пытаюсь сопротивляться. Но что я могу… худощавая девочка, в которой не более сорока килограмм, и они, жлобы под два метра. Трусы! Банда баскетболистов и самых настоящих отбросов против одной хилой беззащитной девочки. Браво! Вы достигли своего дна. Тем временем король продолжал свою поистине королевскую речь.
- На чем я остановился? Ааах, даа… как видите, героиня нашего сегодняшнего вечера выглядит, мягко говоря, не очень. Тебе бы и самой пора это понять, милая крыска - наградив меня своим почтением, великодушно, с наглой улыбкой, произносит царь и Бог данного мероприятия.
- И поверь, мы хотим помочь тебе придать немного ярких красок твоей бледной физиономии. - Последние слова он сказал с таким отвращением и так громко, акцентируя на этом особое внимание.
- Как думаете, какой цвет подойдёт нашей крыске? - Обращаясь в зал, провозглашает он.
Зал взрывается от предложений, громко выкрикивая варианты: чёрный, розовый, голубой.
Доулсон кривит рожу, закатывает глаза, а потом снова возвращается в состояние идеального, великодушного короля произносит.
- Нет, нет, нет. Это все не то!
Он подходит ко мне, хватает меня за волосы и больно тянет их вниз, словно хочет содрать с меня скальп. От боли я непроизвольно начинаю выворачиваться и задирать голову вверх. Изверг Доулсон ещё сильнее тянет меня за волосы, словно хочет выдрать их с корнем. Словно ему все ещё мало и он хочет окончательно меня сломать: вывернутый позвоночник, голые содранные в кровь колени и острая боль от натянутой кожи головы. Я резко зажмуриваюсь. А слезы сами катятся по моим впалым щекам. Доулсон наблюдает за моими страданиями. Ему доставляет огромное наслаждение мучить меня. Он задирает мою голову ещё сильнее, чтобы моё изможденное лицо можно было как можно лучше рассмотреть.
- Посмотрите на её лицо, какое оно уродливое! Уверен, если покрасить ей губы красным цветом, будет гораздо лучше. - Его слова звучат максимально пренебрежительно.
Держа меня за волосы он мотает мою голову из стороны в сторону как тряпичную куклу, которая ничего не чувствует и которой можно запросто свернуть шею без доли сожаления. Я бы плюнула ему в рожу, если бы не вонючая тряпка во рту. Доулсон словно прочёл мои мысли и, схватив второй рукой меня за челюсть, резко вытащил тряпку изо рта. Я непроизвольно начала кашлять. А он продолжил говорить на публику.
- Знаете, мои парни как раз принесли нам ведра с краской. - Он щёлкает пальцами, зазывая своих дружков на сцену. Они поднимаются, таща за собой два ведра с непонятной красной жидкостью. «Не уверена, что это краска. Больше похоже на...»
Крек Доулсон перебивает мои мысли.
- А если быть точнее, то это отборная, еще тёплая, свиная кровь. Ммм, то, что нужно для героини нашего сегодняшнего вечера. - Произносит Крек из своего поганого рта. Толпа ликует. Она жаждет зрелищ.
Недолго думая, Доулсон обмакивает указательный палец в ведро с кровью и медленно подходит ко мне. Я понимаю, что мне нужно быть сильной и держаться из последних сил. Я не могу дать себя в обиду всем этим людям. Пытаясь сдержать слезы, я сжимаю губы и перестаю дышать. Тем временем Крек начал проводить своим мерзким, окровавленным пальцем по моим тонким сухим губам. Делая это грубо, давящими движениями он выходит за контур губ, размазывая свиную кровь по моему лицу. Я ощущаю металлический запах вперемешку с вонью половой тряпки, которая валяется у моих ног и которая ещё несколько минут назад находилась в моём рту. Меня начинает тошнить. Пытаясь не дышать и периодически задерживая дыхание, я брыкаюсь, чтобы хоть как-то сопротивляться ему.
- Посмотрите, какая красота. Тебе идёт, крыска! - Прекращая свой ритуал, произносит Доулсон с наглой ухмылкой. Ему явно это доставило нескончаемое удовольствие.
- Эй, Джастин, тебе нравится? Так тебе уже не противно на неё смотреть? Или все ещё испытываешь отвращение? - Произносит Крек, повышая тон, чтобы стоящий внизу Джастин отчетливо услышал каждое его слово.
Но чёрный волк стоял так же спокойно, как и прежде. Никак не реагируя на то, что со мной делают. Он… просто стоял…и смотрел. А я смотрела на него. Изможденная и морально убитая, я стояла на коленях как побитая собака. Слезы градом выливались из моих опухших, покрасневших глаз. Они стекали вниз по моему лицу и где - то в районе губ и подбородка становились бордово-красными от свиной крови, которая уже начала сохнуть на моем лице. Я чувствовала, как утопаю в бездне бесконечной боли, разъедающего меня изнутри унижения и невыносимого одиночества. Я одна в этом мире. Я не могу себя защитить. Меня не кому спасти, потому что единственный человек, который мог это сделать, сам отдал меня на растерзание. Голова начинает кружиться, а мысли путаться. Я хочу понять его… почему он так поступает сейчас со мной? И в глубине души я все ещё надеюсь, что он хотя бы раз в жизни выберет меня. Я изо всех сил пытаюсь поймать его взгляд. Посмотри же на меня! И скажи, что тебе действительно, все равно. Никогда в жизни мне не было так больно и одиноко. Даже пшеничное поле мне кажется сущей мелочью, по сравнению с тем, что происходит сейчас. Я продолжала ждать…
Крек Доулсон тоже стоял в ожидании ответа чёрного волка. Но он не проронил ни звука. Он стоял и смотрел своим ледяным взглядом куда-то сквозь меня. А мерзкая Кетрин стояла и громко смеялась, обвисая на своём парне. Местный король не выдерживает затянувшегося молчания и решает продолжить увлекательную игру или точнее сказать издевательство надо мной.