Выбрать главу
Что ни царапина, — морщина Легла глубоким рвом на лоб, Уже не юноша, — мужчина Взглянул из лужи, в кою — хлоп! — Упал, споткнувшись о корягу. Мне преграждало Лето путь: — Стой! Зря спешишь, наивный, к благу Души и сердца, позабудь Моей сестрички даже имя!.. И Осень, вторя в унисон, Секла дождями раскосыми: — Прерви иллюзию, как сон! — Как цвет, завял уже я было — Меня так срезала их речь! Как вдруг слова Весны премило Всю глыбу горя сняли с плеч: — Где мой спаситель вдохновенный?! — О радость жизни, мой маяк! К тебе лечу я, незабвенной, Мне без тебя всё — лёд и мрак, — Вскричал я, мчась на дивный голос, Держа букет… И вот — у ног! Но, вижу, встал вдруг дыбом волос Её от страха, лоб аж взмок, И крик сорвал листву всю: — Мама! Пред мной страшилище, спаси! — И вспять со скоростью бурана По страха ринулась оси! …Взывал, вернулась чтоб! Напрасно: Как лёд давно остыл и след, — Так страшен вид мой был ужасно, Иссяк что речи даже след, Журчавший радостно доселе, Кристально-чист в любви родник… Я замер, тих, помимо воли, Согбен отчаяньем, поник И, как подрубленный злодейски, Подперший небо, кряжист дуб, От горя острой я железки На землю рухнул, будто труп… Вскочил, очнувшись! Но ни шагу, — Заколдовала так печаль, Подобна к счастью злому магу, Что на мольбу мою: «Отчаль, Стопа, стремглав от мил-землицы, Блаженством дивным одари — Быть близ желанной мёд-царицы
И сердца радостной зари!» — Напротив, ноги тяжелели, Вливался будто в них свинец… Как у деревьев, скажем, ели, От них аж корни, наконец, Вдруг отрасли, земные толщи, До дна их самого, пронзя, Но сок не их — мой пили, мощи Одни остались… Здесь стезя Оборвалась к прелестной фее, Мир без которой — мрак, слепень И Коршун алчущий, смерть вея… И вот в лесу я просто — пень. Стою, безжизненный, средь буйства Спешащей жизни сладко жить… — Ах, мне б с любимой так же шустро! — Но моль изгрызла всю к ней нить… На мне ни веточки зелёной, Ни плода, радовал чтоб глаз… Слеза капелью льёт солёной, Простите, цветики, на вас… Лишь бок спеша прогреть, гадюка Вползёт ледышкой мне на грудь И, разомлевши, шепчет: «Ну-ка, Ну, потеплей со мною будь!» — И нету сбросить тварь ту силы! И горя пуще пышит ад! Отрада лишь, когда премилый Опят по мне пройдёт парад! Иль сядет вдруг, поя, пичуга! — На миг то горе заживит… Но, сердца милая подруга! Я твой желанный, сладкий вид Тогда страстней зрю в снах ночами, Во всём прекрасном — наяву, Грёз стиснут трезво обручами, Когда к тебе плыву, плыву!.. И парус — сказочный тот случай, Когда прелестней чудных роз Явилась ты мне вдруг в трескучий Зимы безжалостный мороз! Ах, я румянейшего плода Всю сласть блаженно так вкусил, Что не мечтать уж год от года Мне по нему нет, нету сил! И хоть с испугом убежала Ты, сказка, в чащу от меня, Вонзив мне в сердце этим жало, Уж не задуть любви огня! Незаходящее светило! Мой ландыш нежный и душист! К тебе неведомая сила Влечёт безудержно! В том чист. И будь же счастлива сама ты, Очарованьем лишь цвети, Даря добру сласть-ароматы! А милых ножек прыть в пути Взнуздает коль тяжка усталость, Немилым станет что денёк, Ты, прелесть, сядь, хотя б на малость, Сил чтоб набраться, на пенёк… Змеи не бойся же укуса: Саму её убьёт свой яд, — Коль из печали встрепенуся, В тебя, живую, вперю взгляд! И жить захочется мне снова — Лишь ореол б твой не померк! — Хоть сух, под кистью Васнецова Как будто, цвета фейерверк Тогда уластит мой все взоры… О всемогущая Любовь! Души волшебные узоры Твоя рождает чудо-кровь! Вливаешь, в мёртвые уж, соки И крылья мощные даёшь! Так будь всегда лишь на востоке! И не колючей, будто ёж… Тогда гармонию природы Уродцы-пни не омрачат, Под взора сладостные своды Уж не вползут, как копоть, чад… Спеша тогда к отраде с ликом, Всласть над которым дышит день, Не упадёшь с испуга криком, Споткнувшись вдруг о мрачный пень, А все пути твои — тропою Лишь милой будут, где цветы, Все-все, — попутчики с тобою, И первый цветик меж них — ты! Сама над ними — мотылёчком, Как будто ввек им и была, Себе на радость и цветочкам! А бант у талии — крыла…