Отлетает штукатурка,
В зданьях трещины — в зигзаг…
Стёкла лопаются гулко!
Прёт, бульдозерный, впрямь, как
Нож, она, всё мня, срезая…
Зазевался, — инвалид,
Долго боль терзает злая…
У неё ж — довольный вид!
Все скамейки — куча палок,
Плюхнет чуть на них курдюк…
Воробьёв хватает, галок
И с пером — в живот-бурдюк!
Всё-то мчится врассыпную
От неё, вопя, дрожа, —
Кто за дверь с замком стальную,
Кто иголками ежа
Ощетинится, кто — в небо!
В горы, в лес кто свой скачок!
Тем в нору стремглав потребно
Улизнуть и там — молчок!
Как на кладбище, всё тихо, —
Всё так вымерло вокруг…
Но, о ужас! С петель лихо
Рта сорвался голос вдруг
У Абжорги и понёсся
Над домами, будто гром:
— Что не кажите вы носа?
Я устала… Путь мой — в дом,
Где прописана, в подвале… —
Вмиг все радостны, к ней — скок! —
И в суму, смеясь, совали,
Хлеба чёрствый кто кусок,
Кто картошечки в «мундире»,
Ткани латаный лоскут,
А иные — по две гири,
Клок газеты, перец крут,
Полнаушника и всмятку —
Да-да, всмятку! — скорлупу,
Чтоб, почёсывая пятку,
Ей навар достичь в супу…
И бутылки — плюх! — без горла,
Сажи горсть… Туда ж — пила,
И улитка даже!.. Пёрла
Всё, довольная… Жила
Этим только подаяньем,
Весь в том творческий был труд,
Подзадоренный сознаньем,
А в ином — страх-лилипут.
Шла, качаяся гусыней,
Темя — маятник часов,
Небосвод коптила синий
Дымом курева, засов
На который потеряла,
Всунув в рот пять папирос
Сразу! Вишь, одной ей мало…
И, коптя, как паровоз,
И пыхтя. его как, паром,
Свесив шею журавлём,
Самогонным перегаром, —
В том была не бобылём! —
Аж столбы все опьяняя,
И они, что домино,
Враз упали б, не земная
Коли хватка… Зло — вино!
Засосёт в его коль тину,
Коль репьём в зацепке с ним,
Превратишься враз в скотину
С мерзким хрюканьем одним…
— А тебе чо? Ты ли бочку
Подкатил мне? Знамо, нет!
Твоему ли кошелёчку
В том урон и смерть монет? —
И лицо взынтеллигентя,
Вновь к подвалу утюгом
По кривой дороги ленте
Поползла, глазя кругом,
Где бы чем бы поживиться,
И чего-то вдруг словя,
Замычит песнёшку… Лица:
— Ай, похлеще соловья! —
Подбодрят, таясь ехидно,
Пальцы штопоря в виски:
Звук не так звучит рахитно
Отдираемой доски!
И с того Абжорга пуще
Разверзает тухлый рот!
И за ней толпища — гуще:
Улюлюкает народ, —
Он мастак по части оргий!
— Гы-гы-гы! — ответный смех…
Стоп! Подвал уже Абжорги.
Отпугнувши, псов как, всех,
Озираяся с опаской:
Не шпионил глаз бы чей! —
Начала огромной связкой
Громыхать дверных ключей…
Отперев замков штук тридцать
Ровно через пять часов,
Боком в дверь как прострелится,
Хлоп же тут и — на засов! —
Подперев бревном могучим…
Славен ум и дураков
В том, что двери всё же лучше,
Коль под стражею замков.
Вот, вздохнув отрадно, на пол —
Плюх! — подарки из сумы…
Слюнь поток тотчас закапал…
Ну её! Давайте мы
Оглядим её обитель…
Осторожно! Не споткнись!
Дом сдаваючи, строитель
Вон отходов сбросит вниз
С этажей на горы меньше,
Чем захламощен был пол
Здесь, как будто дикий леший
В буйстве пьяном век провёл!
Не заденьте стен вы также,
Вдруг, споткнувшися о хлам!
Ведь обои все из сажи
Клеил вечно этот храм,
Окропляя их жирами
В ненасытнейшей еде…
Стёкла — грязь в оконной раме,
Что скорей на ощупь, где,
Где есть улицы свет, — чуешь…
Как сплошной густой туман,
Как ремни той конской сбруи ж,
Паутины тьма лиан