ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
— А ты неплохо наловчилась управляться с чужими телами, — тяжело дыша проговорил Тима, откидываясь на подушку.
— Мне есть ради чего стараться, — прошептала в ответ Лилиана, прижимаясь к нему обнаженным, влажным от пота, телом и кусая за мочку уха.
— Лили, дай мне хоть пару минут отдышаться, — взмолился попаданец, тем не менее не пытаясь высвободиться из объятий, а наоборот, еще сильнее прижимая к себе стройное девичье тело.
— А я то думала ты у меня выносливый, — тихонько засмеявшись, подначила его девушка.
— Ну, ты сама напросилась! — с показной угрозой прокричал Тима, одним резким движением переворачивая ее на спину и тут же входя в нее. Девушка охнула от неожиданности, но быстро пришла в себя и обхватила ногами спину своего любовника, делая контакт более полным.
Утром попаданец проснулся от неясного шевеления рядом с собой. Он поднял голову и первым, что увидел, были огромные, испуганные глаза давешней девчонки-рабыни.
— Господин, — пискнула она, — мне нужно идти. Хозяин будет ругаться.
— Нужно, так иди, — пожал плечами Тима, — я то тут причем?
— Вы бы не могли меня отпустить? — покраснев попросила она.
И только тут до молодого человека дошло, что он прижимает девчонку к себе, а его правая рука так удобно устроилась на ее небольшой, но очень красивой груди.
— Да-да, конечно, — тут же отпустил он ее, — иди.
Девчонка выскочила из-под одеяла и, пока она одевалась, Тима смог еще раз насладиться зрелищем ладного молодого девичьего тела. И убедиться лишний раз, что даже наличие волос на тех местах, где их принято удалять в его мире, ничуть не портит эту картину.
Когда девушка полностью оделась и, какой-то странной, слегка крабьей, походкой направилась к выходу из комнаты, Тима не выдержал и окликнул ее:
— Эй, красавица, погоди.
— Да, господин? — повернулась к нему девушка и слегка наклонила голову.
— Держи, это лично тебе, — он бросил ей пару серебряных монеток, которые девчонка ловко поймала, — за старание.
— Благодарю вас, господин, — низко поклонилась девушка, — я могу идти?
— Иди-иди, — махнул ей рукой Тима, — только предупреди хозяина, чтобы мыльню подготовил.
— Слушаюсь, господин, — поклонилась девушка и все той же крабьей походкой вышла из комнаты.
— Что это с ней, интересно? — задумчиво проговорил Тима, откидываясь на подушку.
— Ты о походке? — раздался веселый голос Лилианы.
— Угу, — кивнул попаданец, — иди ко мне, — приглашающе похлопал он по кровати рядом с собой, — поваляемся.
— Ну уж нет, я ни за что не лягу туда, где лежала другая! — нарочито пафосно проговорила девушка, делая вид, что садится на краешек кровати. — А с походкой, — она захихикала, — укатал ты девчонку этой ночью знатно. Столько времени провести с раздвинутыми ногами… Вот они у нее теперь и болят, — вновь захихикала призрачная леди. — Знаешь, а быть призраком иногда тоже полезно.
— У-у-у, злыдня, — проговорил попаданец, прижимая девушку к себе, — над невинной девчонкой смеешься почем зря.
— Руки! — нарочито грозно прикрикнула Лилиана, слегка шлепнув по ним своей изящной ладошкой, — и ничего она не невинная. Я, пока ты бессовестно дрых, бросив все на половине дела, немного покопалась в ее памяти. Она такое выделывала, что даже говорить неприлично.
— Кстати, о памяти, — не разжимая объятий, поинтересовался у девушки Тима, — как думаешь, многое она вспомнит?
— Ну, я тут немного понаблюдала за предыдущими девчонками, в которых вселялась. Что-то они точно помнят. Но, как ты и говорил тогда, перед ритуалом, это, скорее, смутные образы, чем реальные воспоминания.
— А что ты?
— А что я? — не поняла она.
— Как глубоко ты можешь копаться в их памяти?
— Достаточно глубоко. Вот помню, например, как эту, — она кивнула в сторону двери, — изнасиловал ее прежний хозяин. Ей тогда было девять лет. Помню в подробностях, будто это со мной произошло, — девушку явно передернуло от отвращения.
— Интересно, — задумчиво проговорил Тима, — надо будет обдумать этот вопрос.
— Что, уже планируешь как будешь меня использовать? — ехидно поинтересовалась Лилиана?
— Конечно, — не стал отрицать попаданец, — зашлю тебя шпионкой в какой-нибудь дальний замок. А сам буду пьянствовать и рабынь портить.
— Ты такой смешной, когда пытаешься шутить, — засмеялась девушка, ероша ему волосы, — ты, главное, меня в тело мужика не отправляй. А так я согласна. Хоть сейчас пусть надевает кольцо и я в нее вселюсь.
— А чем тебя мужики не устраивают? — поинтересовался Тима.
— Неуютно мне в ваших телах. Они такие неуклюжие, по сравнению с женскими. Да и воняете вы, как правило, сильнее.
— Ой, можно подумать… — начал, было, защищать все мужское братство попаданец, но был прерван громким стуком в дверь.
— Входи, Орлек, не заперто! — крикнула Лилиана.
— Госпожа, — глубоко поклонился парень, — Тима, — легкий, дружеский кивок, — меня прислал Ватар. Сказал, что завтрак уже накрыт и все ждут только тебя.
— Ну раз ждут, то надо идти, — проговорил попаданец и, совершенно не смущаясь своей наготы, выбрался из-под теплого шерстяного одеяла, которым до этого укрывался.
Надо сказать, что тут, в Нарбизе, ближайшем к Орслину крупном порту Дастнары, сервис был налажен ничуть не хуже, чем в столице синархии. А местами может быть даже и лучше. Ярчайшим примером был этот трактир, находящийся при гостином дворе Нарбиза. Здание было крепким и ухоженным. Внутренние залы и комнаты чистыми и хорошо обставленными. Даже местная мыльня ничуть не походила на то убожество, в котором Тима несколько недель назад знакомил Римана с банным искусством. Тут она была большой. С общим бассейном и несколькими комнатками для персональной помывки. И кормили тут тоже хорошо. Правда, справедливости ради, стоит заметить, что и стоило это все тоже приличных денег. Но деньги у них, хвала Лилиане, пока были.
Внизу, на белой половине, Тиму и правда ждали его верные бойцы, сидящие за накрытым для плотного завтрака столом.
«Верные», — Тима мысленно усмехнулся, вспоминая чего стоила ему эта верность.
Ему тогда так и не удалось сразу же провести и ритуал подчинения над Риманом. Сил не осталось, да и много времени ушло на то, чтобы научить Лилиану управлять чужим, совершенно незнакомым ей телом.
Подозрения наемников, вызванные долгим отсутствием командира, удалось списать на «обсуждение очень важных дел с работодателем». Наемники были людьми опытными и прекрасно знали как именно проходят подобные обсуждения, поэтому ничуть не удивились странному поведению своего командира, который, полностью проигнорировав своих подчиненных, шатающейся походкой проследовал за Тималем в его комнату и не показывал оттуда носа до середины следующего дня.
Идея не спешить с новым ритуалом, а получше разобраться с последствиями текущего, полностью себя оправдала. Дело в том, что Лилиана, окрыленная эйфорией от обретения пусть и такого неказистого, пусть временного, но настоящего тела, совершенно забыла о том, что настоящему телу нужно спать. Что оное тело и проделало, едва девушка решила насладиться такими простыми радостями жизни, улегшись на топчане в комнате Тимы. Ни Лилиана, ни сам хозяин комнаты не придали этому особого значения. Девушка, потому, что сама, находясь в этом теле, уснула. А Тима потому, что недоглядел, не рассчитал, не подумал.
Естественно, ни о каком контроле над телом и разумом Римана разговор больше не шел. И тот пришел в себя. Благо, что Тима успел вовремя заметить слишком плавные движения своего десятника, совершенно не похожие на те, что были у него, когда им управляла Лилиана. Хорошо, что между попаданцем и Мистресс была связь, благодаря которой ему удалось почти мгновенно разбудить последнюю. Чудо, что Лилиана, только что спавшая, сумела быстро понять что к чему и оперативно взяла под контроль почувствовавшего запах свободы Римана.
Остаток той ночи Тима просидел над доработкой ритуала вселения и замыкания его на вещественный предмет. А ранним утром, никем незамеченный, выскочил на улицу и превратил раздобытое где-то Орлеком простенькое серебряное кольцо в свой третий в жизни артефакт. Кольцо позволяло Лилиане без особых усилий самостоятельно вселяться в тело того кто это кольцо надевал. Облегчало контроль над чужим сознанием и не давало тому очнуться, даже если дух Мистресс полностью терял над ним контроль. Времени было мало, поэтому другим функционалом кольцо похвастаться не могло. Оно не делало носителя невидимым, не позволяло видеть огромные огненные глаза и даже не сковывало власть других колец, в виду их отсутствия. Но Тима не был бы собой, если бы не украл хотя бы одну идею из этого очень известного произведения.