Глава пятая.
Первый день - первые приключения.
Спустя четыре года. На улице прекрасный летний день. Солнце греет песок и камни, на которых драконы умиротворенно дремлют. Птицы летают стайками, кружась в воздухе, и изредка улетают на другой край острова, страшась драконов. Сегодня поистине чудесный день. Цветы распустились ещё весной, но именно летом они распространяют пыльцу, от которой чихают бедные Жуткие Жути. Брюнет, что был в прекрасном расположении духа благодаря хорошему сну, рассматривал хвостовые плавники, висевшие на стене, разных окрасок и выбирал нужный. За эти годы он не хило изменился. Волосы стали ещё черней и стали похожими на смолу, блестящую на солнце, а сзади были заплетены две маленькие косички (идея Беззубика), которые ему, как бы странно это не звучало, шли и дополняли нестандартный вид. По салатовым глазам парня можно было определить эмоции и настроение. Узкий зрачок - означает злость, страх, раздражение, отвращение, недоверие, насмешку. Широкий зрачок - счастье, доверие, любопытство, спокойствие, любовь. Иногда кажется, что его глаза светятся в темноте. Неожиданно появилось влечение к сырому мясу, юный дракон не знает хорошо или плохо это сказывается на его желудке, но вкус гораздо лучше, чем жареного мяса. «Драконьи штучки» - выражается брюнет на шутки и упрёки от Беззубца. Обоняние стало не человеческим, а драконьим, поэтому Икар мог определять настроение по запаху. Хотя он этим и не пользуется, так как драконы и так искренние. Икар не блистал мускулами, но худым задохликом его уже не назвать. Лицо приобрело более внушительный вид из-за бледной кожи и чёрных густых бровей. От прежнего Иккинга остался лишь еле заметный шрам под губой. Так же появились клыки, помогающие с поеданием мяса. Если бы его увидели олуховцы - даже не вспомнили бы об Иккинге. Уж слишком тот изменился. Одет он был в броню из драконьей кожи, а штаны и некоторые вещи смог выкупить у торговцев за ягоды или драконью кожу. Он проникал на их корабль в плаще (плащ тоже теперь новый) и без объяснений торговался с ними. Реакция мореплавателей была неоднозначной: то требовали представиться, то угрожали, то без вопросов брали вещи из рук Икара, так как их можно продать за приличную цену, а этому страннику нужна всего лишь одежда, то, привыкнув, просто приветствовали. Сегодня он улетает с Острова хризантем, чтобы изучить другие виды драконов и заполнить, оставшеюся пустоту в сердце, к тому же Иккинг всегда хотел попробовать себя в роли путешественника. Он уже предупредил всех друзей и знакомых об уходе, поэтому вдоволь попрощавшись со всеми, парень сейчас тщательно выбирал искусственный хвостовой плавник. Перед отправлением в путешествие ему нужно собрать припасы, состоящие из провизии, так как каждый день ловить рыбу или рвать ягоды ему лень, оружия, чтобы в случае чего он мог защититься, лечебных трав, мало ли он где-то заработает ссадины, или, чтобы помогать раненым драконам, людям Икар собирался помогать только в крайнем случае, например, если культя истекает кровью или кто-то рожает, и запасного элерона. Некоторые были обычными, некоторые использовались для точности в поворотах, для более удобного вертикального взлёта и т.д. Парень взял себя за подбородок, изображая, думающее выражение лица, слегка надув бледные губы, изредка убирая руку от подбородка, чтобы указать пальцем на элерон, который хотел выбрать, но потом ставил кисть руки на место, отказываясь от данного выбора, а другой рукой он обхватил себя. Беззубка это всё, мягко говоря, задолбало. Они что, на продуктовом рынке, чтобы так тщательно выбирать то, что абсолютно одинаково? Пусть возьмёт любой и они уже полетят. У Иккинга на плече висела сумка, в которой уже покоились несколько рыбин, паёк для питья с водой из местного источника, клинок, кинжал и мачете из железа Громмеля смазанный слюной Ужасного Чудовища (только мачете), чтобы тот воспламенился, так же там осталось место ещё для кое-чего, а именно для искусственного элерона и аптечки. Насчет лекарств вопросов не было, так как они лежали на тумбе рядом, а насчёт плавника, нужно выбрать тот, который по его мнению износится не так быстро. Всё-таки неизвестно, когда они вернутся сюда, если вообще вернутся. - Возьми уже какой-нибудь, - устало простонал Беззубик. Иккинг, никак не отреагировав продолжил рассматривать стену из хвостовых плавников, размышляя о случаях, где бы пригодился запасной элерон. Буря, после которой плавник может легко оторваться? Ну, тогда есть небольшие шансы потерять и второй элерон, и тот уже будет бесполезен. Быть атакованным викингами, которые схватят его и, заметив несовпадающий окрас хвоста, снимут искусственный? В таком случае запасной плавник тоже не понадобится, потому что викинги не упустят шанса убить демона, тем самым прославив и племя, и свой род. Хм, надо предусмотреть это и выбрать более тёмный экземпляр - Пока я не умер со скуки, - продолжил тот, но, поняв, что сказал глупость добавил: - Я имею ввиду... Ну, ты понял! - сильно растерявшись, дракон решил, что пока помолчит. Икар на это лишь обречённо вздохнул, закатив глаза. Столько времени прошло, а больная тема остаётся больной. Заприметив тёмно-синий элерон, брюнет подошёл поближе и потянулся к нему, собираясь снять. Прочный, твёрдый и недавно сделанный. На плавнике был нарисован белой краской череп с рогами, похожий на дьявольский. Хороший выбор, несомненно. - Я определился, - голос тоже изменился. Стал бархатнее и мужественнее с неконтролируемыми, проскальзывающими нотками рычания. Он положил элерон в сумку и, напевая какую-то мелодию без слов, подошёл к тумбе с травами и прочими лекарствами. Сколько много было мороки, когда он пытался разобраться, что они лечат и лечат ли вообще, и как воздействуют на не только человеческий организм, но и на драконий. Хорошо, что обошлись без смертей - Чего молчишь, моя вредная язвочка? - Икар сказал это притворно-заботливым голосом, будто он бережная жёнушка, проглотив смешок, ограничиваясь приподнятыми уголками губ, - Неужто хочешь заставить меня чувствовать себя последним эгоистом, чтобы извиниться перед Вашим величеством, а? - парень изобразил, что обиделся, надув щёки и закатив глаза. Выглядело забавно. С виду дьявол из Хельхейма, пришедший потешиться по воле хозяйки, а на самом деле парень с плохим прошлым, прекрасным настоящим и интригующим будущим, в каком-то смысле, веселый и любящий подольше поспать, но из-за своего названного брата все его планы распускаются по швам, с глазами, наполненными разнообразными нечитаемыми эмоциями, парень. - Просто язвочка задумалась о безопасности одного мальчишки, - «вредная язвочка», не растерявшись, ответила колкостью на колкость. Хитрый, знает, что Иккинг не любит, когда его называют мальчишкой. Шуточки стали их, так сказать, фишкой. Каждый день минимум по одной можно услышать из уст кого-то, но частенько от них обоих. Шутки произносятся либо дома, либо там, где никого нет. Иккингу ведь не нужны лишние вопросы и подозрения. - Потому что этот мальчишка всегда находит неприятности на свою пятую точку, - ха. На этом все шутки прекратились из-за того, что Иккинг, в очередной раз смутившись, проиграл и попытался сменить тему. Беззубик ведь правду толкует, Иккинг без приключений и из дома выйти не может. Один, почему взрослые люди страдают таким дерьмом? - Так, что, язвочка? - с розовыми щеками проговорил брюнет, пытаясь унять предательскую улыбку. - Всё готово. Можно отправляться. - В долгий путь, пупсик. Два брата не выдержали такого набора глупых слов, вылетающих из их ртов, поэтому звонко засмеялись. Икар уперся руками о колени и сдерживал слёзы, проскользнувшие на его глазах от смеха. Иккинг говорил, что с Беззубиком не заскучает. Иккинг не наврал. Полёты у викингов ассоциировались с тремя понятиями: птица, то бишь еда, воздух, ещё не конец света, и драконы. Последнее понятие их нисколько не радовало, скорее заводило что-то наподобие механизма, который отвечает за выключение мозгов. «Я викинг. Я убиваю драконов, не разобравшись толком в ситуации, » - что ж, это многое объясняет. Рожденному ходить по земле и грешить - не суждено взлететь. Однако, если бы людям всё же удалось взлететь, они бы стали более разумными. Облака затянут боль, небо заберёт тоску, ветерок охладит голову. Если бы викинги почувствовали это, проблем стало бы в разы меньше. Икар летел над морем, который раз, осознавая свой поступок. Плохо оставлять друзей, не объяснив толком причины, но он просто не может сидеть на месте. Ему нужно идти и идти, чтобы в конце концов найти стоящее приключение. Уже стемнело, а островов не показывалось, будто они решили взять выходной и уплыть на дно водной пучины. Боги снова сговорились против него. Целый день в пути - неудивительно, что веки