Глава второя.
Вместе.
Я стоял по колено в воде и смотрел на бушующие волны, которые с брызгами ударялись о скалы. Море что-то разбушевалось. Вроде, только что было спокойное, а сейчас, будто вырвалось из темницы на свободу. Что такое свобода? Свобода - это то о чём мечтает каждый. Дарованная Богом способность человеческой воли к непринужденному избранию действий. Для меня свобода - понятие неопределенное. Потому что для каждого она своя. К примеру, кто-то радуется тому, что он имеет свободу выбора, выбирает то, что ему нравится, и этого ему достаточно. К сожалению, в наше время всё не так. Помню, как вожди насильно выдавали замуж своих дочерей, чтобы объединить племена. И они это делают до сих пор. Хорошо, что до меня не дошло - не хочу, чтобы мне выдали невесту, которая будет обречена жить со мной до конца дней. Для кого-то свобода - это независимость во всех направлениях, а для кого-то - радость, что просто живёшь. Но есть одна общая черта свободы - счастье. Свобода вызывает у меня ассоциации с независимостью. Я всегда хотел зависеть только от себя. Принимать решения, что считаю нужным, иметь настоящих друзей, которым можно довериться, возможность высказать своё мнение. Когда я летал на Беззубике, я чувствовал именно это. Во время полёта во мне что-то щёлкнуло. Это было не просто доверие - это вера. Мне было плевать на всё и вся, особенно на то, что это - аморально всем законам викингов, лишь бы не возвращаться туда, где меня не воспринимают всерьёз и презирают только из-за непохожести. Громмель всё ещё стоял сзади меня, наклонив голову вбок. Он с любопытством смотрел на меня, пытаясь понять, что я такое. Мне бы самому знать. Голова раскалывается. Туда будто кто-то лезет, проникая в воспоминания. Мой разум разделился на двое. С одной стороны это всё тот же я - Иккинг Кровожадный Карасик III. А с другой стороны я теперь ещё и Злобное Порождение Молнии и Самой Смерти, которого надо остерегаться, что особо опасен и бла-бла-бла... Я вижу воспоминания Беззубика, даже себя от его глаз. Но я так и не увидел ни одной Ночной Фурии. Лишь драконов, которые странно на него смотрят и не подходят ближе чем на метр. Они боятся его. Он был таким же чужим среди своих, как и я. - Иккин г?.. - раздалось в моей голове. Что? Может это снова Громмель говорит? Я повернулся лицом к дракону, а тот, согнув задние лапы, сел. Нет, это не он. Он не знает моего имени, тем более голос другой. Более молодой и приятный на слух, что ли? По крайней мере, мне так показалось. Вдруг оранжевая рептилия встала и куда-то пошла, опустив морду вниз, видимо что-то учуяв. Надеюсь не очередной «клад». Дракон перебирал своими четырьмя по мокрому песку, я уже говорил, что море разбушевалось, оставляя следы, которые незамедлительно покрыла вода и стирала с песчаной земли. Он остановился примерно в десяти метрах от места, где сидел раньше, около небольших камушков. - Такие аппетитные! Мои любимые! В предвкушении облизнувшись, Громмель начал глотать по одному камню, урча от удовольствия. Я вспомнил, как Беззубик так же уплетал рыбу, которую я приносил в наш овраг. И как только он умудрялся съесть целую корзину с рыбой за такое короткое время? Любитель набить пузо, что тут ещё сказать? Я повернулся обратно к морю. Не знаю почему, но у меня теперь в придачу воспоминания Беззубика. Забавно наблюдать за собой со стороны. Помню даже, как он услышал мой крик во время боя с Ужасным чудовищем. Несколько неудачных попыток выбраться из оврага обернулись падением на твёрдую землю, но ещё одно усилие и он уже в лесу. Вот он бежит, как будто от этого зависит его жизнь, хотя так и есть. Ведь, если бы меня не стало - Беззубик остался бы навсегда в том овраге. Но он бы жил. Дальше всё словно в тумане. Я читал про это, когда ещё был человеком. Инстинкт самозащиты - так это называется, но в нашем случае Беззубик пытался защитить не себя, а меня. В таком состоянии животные делают всё, что угодно лишь бы не отправиться на тот свет. - Бестолковая рептилия! - начал тихо бормотать я. Видимо теперь моими собеседниками будут драконы и я сам, если, конечно, драконы не сожрут - Если бы ты не полез защищать меня, ты был бы жив! - я сжал кулаки - Ведь ты знал на что идёшь, глупый! - почувствовав, что глаза начало щипать, я зажмурил их и начал вдыхать воздух, пропитавшийся сыростью моря. Как бы я не сдерживался, одна слеза предательски вырвалась наружу и покатилась по щеке. Я почувствовал легкую дрожь на губах. Теперь говорить станет в разы сложнее. Чувство, будто меня вывернули наизнанку. Хочется громко закричать, рвя глотку на части, закричать, чтобы все услышали. Почему все дорогие мне люди уходят? Маму унесли драконы, когда мне едва исполнился год. Как сказал Стоик, именно Стоик, потому что назвать его отцом мне ещё сложнее чем раньше, хотя я не представлял, что такое возможно. Мама верила, что драконы не те твари, которыми их видят остальные, и, что она - единственная, кто верила в мир между драконами и викингами. Совсем как я. Я даже не помню её: ни внешний вид, ни чарующий нежностью голос. Но я видел её портрет в столе Стоика: я и правда похож на неё куда больше, нежели на Хэддока-старшего. На портрете моя мама улыбалась самой красивой и счастливой улыбкой из всех, что я видел. Она держала меня, которому было от рождения месяца три-четыре. Длинные косы были красиво заплетены и выглядывали из-за её тонкой спины. Плевака Рыгучий теперь будет меня ненавидеть за предательство и вранье. Он - единственный кто не отвергал меня, а наоборот подбадривал и учил всему, что знает. Как лучший друг отца, Плевака постоянно был рядом со мной, и позже он стал обо мне заботиться. Я попал к нему в подмастерье, когда ещё был ему по пупок. Плевака никогда не был моим отцом, но я бы хотел, чтобы оно было так. Стоик, навсегда потерявший надежду, что его единственный сын сгодится хоть на что-нибудь. Никудышный отец, суровый воин и мудрый вождь. Он надеялся сделать меня одним из них, но его рассуждениям насчёт моей жизни пришёл конец. Прости, Стоик, но меня не волнует, что ты там думаешь на счёт меня. Я иду праведным путём. Даже после смерти. И Беззубик... Дракон, ставший мне лучшим другом и братом, хоть и не по крови. Мы были знакомы от силы недели две, и при первой встрече хотели убить друг друга. Но я сжалился. Я не убийца. И ты вернул долг, не убив меня, когда мог. И даже, когда я все эти дни приносил тебе рыбу, пробовал новые способы взлететь и мучил неудачными попытками подняться в небо - ты не убил меня. Мне всегда нравилось чесать тебя по голове и слышать довольный рокот в ответ. Смотреть в твои чистые, наивные, как девственный лес, зелёные глаза. Такие же, как и у меня. - Я скучаю, брат... И мне интересно - шептал я, глядя на темнеющее небо. Ноги начали дрожать от холода, так как я всё ещё стоял по колено в ледяной воде, пугая мальков. Голос дрожал не меньше замёрших ног, но я старался не обращать внимания - А ты скучаешь? - Иккинг - вновь раздался тот самый голос у меня в голове. Как я понял, что он у меня в голове? Потому что голос отдавался эхом, и Громмель никак не реагировал на него, хотя он уже находился недалеко от меня. Тот лишь продолжал есть вновь найденные камни около пучины и что-то неразборчиво рычал - Конечно, я скучаю, Иккинг - скучает? Погодите-ка, если рядом со мной никого нет и, учитывая, что я бормотал свои слова очень тихо, этот незнакомец может быть просто моим воображением. Ведь неизвестно сколько времени я провёл под землёй. Возможно, это всё мои галлюцинации и вовсе нет никаких говорящих драконов, и крылатых людей. Так ведь? Я глубоко вздохнул, пытаясь унять дрожь. Смахнув слёзы рукой, пошагал к берегу, так как вода и правда была не тёплой. Идти было тяжело - штаны стали тяжелыми, и поэтому кое-как шлепал, распугивая мелких рыб. Слава Одину, я оставил обувь на берегу. К босым ногам сразу прилип надоедливый песок. Так что пока я решил просто взять валенки в руки. Где я вообще? Надо спросить у Громмеля. Он уже закончил поедать камни и просто валялся на огромном валуне. Я подошёл к валуну, на котором лежал дракон. - Слушай, э-э... - Черт. Я даже не спросил его имя. А ведь если бы он не откопал меня, кто знает сколько бы ещё я там провалялся? - Эм, забыл спросить, - дракон спрыгнул с огромного камня и потихоньку подошёл ко мне. - Как тебя зовут? - м-да. Я говорю с драконом. Если кому скажу не поверит, а снова выбросит в море, посчитав сумасшедшим. Громмель, остановившись в пару метрах от меня, сел и с любопытством посмотрел на меня. - Портокалли, но друзья зовут меня Порт. А тебя, как звать, драконоподобный человек, которого я достал из земли несколько минут назад? - Ик... - я хотел назвать своё имя, но замолчал на полуслове. Нет, я больше не Иккинг. Я ненавижу это имя. Оно показывало мою слабость и в очередной раз давало повод, чтобы поиздеваться надо мной - И... Икар. Да, я Икар! Приятно познакомиться, Порт, - я погладил его по голове, а тот закатил глаза от удовольствия. - Эх, всегда бы так. Почему люди охотятся на нас? Ты знаешь? - я перестал его гладить и снова, повернув голову к морю, уставился на темнеющее небо - Ты ведь был нормальным человеком, да? - Нет, не был, - сказал, как отрезал. От слишком резкого ответа, Громмель озадаченно рыкнул -