что значит видеть истинный смысл за словами. - Я доверяю вам. - слова, произнёсенные срывным шёпотом, будто их произнёс тот, кто вот-вот заплачет, но держится из последних сил, лишь бы не упасть в грязь лицом перед ними, резали тишину. Уголки губ Дагура опасливо задёргались - он ждал и желал этого. - И хочу сказать, что вы вторые, кто узнал во мне Иккинга. Я очень, очень ценю это. - Что значит «вторые, кто узнал во мне Иккинга»? - тут же встрепенувшись, непонимающе спросила Хедер. Дагур вскинул брови и захлопал глазами, интересуясь тем же. - То и значит. - прерывисто и как-то злобно бросил парень, но тут же закрыл рот и взглядом извинился. Нет, он не имел права так с ними разговаривать. Иккинг сказал правду, когда сказал, что ценит то, что они узнали его. Хотя, с Дагуром всё ясно, а вот Хедер... - Хедер, - обратился он к девушке. - Как ты поняла, что я Иккинг? Брюнетка немного опешила, но поняла, что Иккинг слов на ветер не бросал, говоря «я ценю это», для Иккинга это действительно ценно, и она сказала: - Хех, во всём мире есть три человека, на которых Дагур смотрит так: наш отец, я и ты. - Как «так»? - Да, как «так», Хедер? - так же поинтересовался Дагур, поудобнее устроившись на сырой земле. Сам-то он не замечал никаких изменений в себе, смотря на близких людей. - Ну, так. - просто ответила она, не зная, что ещё можно сказать или как описать тот взгляд, коим её брат недавно одаривал полу-дракона. Рыжий недовольно замычал, а Икк досадливо вздохнул. - Заботливо, любяще, без тех сумасшедших искр, которые обычно не предвещают ничего хорошего. Не знаю, просто по-семейному. - продолжила брюнетка, опасаясь очередного молчания. Но вместо удушающего молчания, последовала умиротворённая тишина, сопровождаемая улыбками всех троих: Хедер улыбалась облегчённо, Дагур - понимающе и несколько смущённо, Иккинг - в кои-то веки счастливо. Дагур первым разрушил воцарившуюся тишину: - Скажи хотя бы откуда у тебя все эти драконьи штучки, иначе в моей голове поползут шестерёнки, и я начну думать здраво и искать логические пути. - в том, что Дагуру правда в нетерпёж разгадать эту тайну (да и Хедер тоже), Хэддок понял. Однако не торопился. Надо как можно тщательнее подобрать слова. - Не хочу врать вам, поэтому расскажу всё как есть: с чего всё началось, почему и куда привело. - отрешённо выдавил из себя брюнет. Не хотелось вспоминать всё это вновь, но так же очень хотелось поделиться с кем-то своими скелетами в шкафу. Вздохнув, он начал свой рассказ. Берсерки слушали мой рассказ с широко раскрытыми глазами, судорожными вздохами и напряжёнными плечами. На первых предложениях, когда кто-то из них что-то выкрикивал или хотел спросить, я рукой останавливал посыпавшиеся вопросы. После они прекратили попытки вставить слово в мой рассказ, поэтому молча продолжали слушать. Я рассказал им всё. Про отношение Лохматых Хулиганов, в том числе и Стоика, ко мне, Рыбьей кости, на что Дагур, явно что-то вспомнив, стиснул зубы и злобно отвернулся, а Хед хмурила брови в негодовании. Про желание стать викингом. Про сбитую Ночную Фурию - Остервенелый подавился воздухом и по-детски хотел что-то спросить, но в последний момент закрыл рот. Также я рассказал про неудачную попытку убийства этого самого дракона и зародившуюся дружбу, позже переросшую в братские чувства. Когда речь зашла о роковом испытании, где мы оба пали смертью от моих, как я считал, сородичей, из моих глаз полились прозрачные слёзы, которые обжигали щёки. Кое-как я рассказал, что после наших смертей я очнулся таким на каком-то острове в мешке. Мой рассказ ненадолго прервался парой тихих всхлипов. Как же это больно - вспоминать умерших. - Простите... - это мой голос? Такой сломленный, дрожащий, стыдливый... Я отвернулся к стене, чтобы они не видели мой жалкий вид. А я уверен, что выгляжу жалко. Покрасневшие от слёз и лопнувших сосудов глаза, мокрые дорожки слёз на лице и губы, вытворяющие ересь что - не похоже на обычного меня. Не хочу, чтобы те немногие люди, способные понять и принять меня, запомнили меня именно таким. Неожиданно сильная рука развернула мою голову, и я столкнулся лицом к лицу с Дагуром. Не понимаю. Глянув мельком на Хедер, я понял, что она тоже плачет. Лишиться брата, единственного и радушного существа в твоей жизни, наверно, очень тяжело и больно - скорее всего, так она думает. На деле это ещё хуже, когда лишаешься его второй раз. Глаза сами собой опустились и закрылись, высвобождая слёзы, которые успели скопиться в уголках глаз за время моего ступора. Я немного удивился, почувствовав, как мозолистый палец аккуратно стирает слёзы. Это было приятно и успокаивающе. Были бы мы в другой обстановке, я бы позволил себе заснуть, но сейчас стоит продолжить рассказ, пока кто-нибудь посторонний не придёт. - Мне было пятнадцать. - охрипшим голосом заключил я начало рассказа. Да, это было только начало. Я ведь не сказал про остров Хризантем, друзей-драконов, маму, изменившийся Олух, Икара... Икар! Если мы встретим кого-то из викингов, я должен предстать пред ними, как Икар. Я было хотел сказать им эту информацию, но меня вновь прервали: - Ух-х, если б я мог, я бы сгрёб тебя в объятия и никогда-никогда не отпускал, братик! - взвыл рыжий, и в доказательство этого «если б мог» Дагур потянул руку через решётку, но она не прошла дальше локтя, застряв меж прутьями - бицепс слишком крупный. - Пятнадцать?! - Хедер, видимо, единственная, кто оставался из нас всех в здравии и уловила смысл. Я кивнул. - А сейчас тебе, мм, девятнадцать? - Двадцать. - поправил я её. Дагур играл с моими чешуйками на лице, заменяющими былые веснушки, продолжая успокаивать меня. Это ощущалось так же странно, как и выглядело. - Ты провёл на незнакомом острове пять лет? - спросил Дагур, нехотя убирая руку обратно к себе, в свою «территорию». Следующая часть рассказа была посвящена моей дружбе с драконами, видению новых видов драконов, но самое главное - невероятному открытию в виде голоса Беззубика. Я рассказал поподробнее об этом острове, например, что его нет на картах и продолжил историю, останавливаясь на моём отбывании с острова Хризантем на поиски приключений и встрече с мамой. - Стоп-стоп-стоп-стоп! - парень неуклюже помахал руками в разные стороны, чудом не попав по сестре. - Валка жива?! - Ты знал её? - Наслышан. Ещё она была моей няней, когда мне было два или около того. Как мне рассказывали, она была убита драконами, так как же?.. - А у кого, по-твоему, я унаследовал дружбу с драконами? - ухмыльнувшись, сказал я. Дагур поджал губы и до смешного прищурил глаза, но в следующую секунду так же ухмыльнулся. - Определённо не от Стоика. - я угукнул в ответ и посмотрел на Хедер. Кажется, она всё поняла и не стала расспрашивать лишний раз, ободряюще мне улыбнувшись. Закончилось всё тем, что я рассказал про Астрид, про возвращение на Олух, про Гнильца с Элвином и про вторую смерть Беззубца. Как только я сказал про смерть брата, Дагур и Хед одновременно взяли меня за руки, всё ещё туго связанные. В воздухе завеяло сочувствием и искренним состраданием. Отлично, обоняние тоже возвращается. На этот раз слёз не было - они кончились. Мне нравилось чувствовать поддержку, но я не собираюсь ей злоупотреблять, поэтому, последний раз крепко сжав тёплые руки Берсерков, я убрал свои ладони, скрытые плотными кожаными перчатками, и закончил рассказ: - И теперь я здесь. - С нами. - добавила девушка, усевшись у стенки подле брата, который одобрительно кивнул. - Хочешь ты этого или нет, но ты - наша семья, семью не бросают. Вдруг земля сильно покачнулась, затем - резко откинулась назад и замерла. Я понял - корабль прибыл. Также я понял, что чтобы сказать Берсеркам насчёт Икара, у меня несколько минут. Ушные отростки уловили ленивые шаги сверху. - Слушайте, есть ещё одна, очень важная информация, которую вы должны знать. - взволнованно быстро протороторил я, склонившись к ним. - Для викингов я - Икар. - А? - в один голос спросили Берсерки, переглянувшись. Времени на вопросы у них не осталось, так как в наше поле зрения попал главный соучастник. Сначала старик, охранявший вход, а за ним и Элвин Вероломный, гадко осклабившийся. Грр... - Так-так, наш дракончик очнулся? - язвительно проговорил Элвин, открывая решётчатую дверь. Сюда вошли несколько бугаев, которые сразу же схватили меня, увидев непонимание во взгляде. Вот же зараза! Иккинг, соберись! - Давайте, идиоты, быстрей! Шоу вот-вот начнётся! - уж не знаю, что он имеет в виду, говоря «шоу», но явно ничего хорошего. Изгои потащили меня прочь из камеры, и, как бы я ни старался вырваться, они продолжали сжимать мои туловище и предплечья, от чего я неприятно жмурился, так что пришлось сдаться. - Оставьте его! - резко воскликнула Хедер, бросившись к прутьям. Элвин немного опешил, но после, осклабившись, открыл рот дабы сказать что-нибудь, наверняка, обидное, но его прервал Дагур: - Невоспитанные животные! Отпустите моего брата, свиньи! - прошипев это не хуже змеи, Дагур сделал такое лицо, от которого даже у меня по спине пробежали мурашки. Яркие густые брови сошлись на переносице, придавая взгляду убийственность и хладнокровность; нос сморщен в отвращении, а тонкая линия губ потонула в недобром чём-то, нап