– Его стиль боя просто… уникален, – произнесла Руби.
– Я даже не уверена, что это вообще можно называть стилем.
– Потому-то он и уникален.
Пирра рассмеялась, утерев со лба пот.
– Не могу с этим не согласиться. Как бы то ни было, ты отлично справилась, Руби. В схватке с тобой мне пришлось очень даже непросто.
– Еще очень далеко до ‘отлично’, но я стану лучше, – отозвалась та, покосившись на Пирру. – В конце концов, мне требуется наверстать целых два года.
К своему удивлению, сама Пирра испытала в этот момент настоящую гордость за свою напарницу. Многие начинали ныть и жаловаться после поединка с ней, но Руби просто хотела стать еще лучше. Она уже сейчас оказалась довольно сильной противницей и при этом тренировалась на целых два года меньше остальных.
– Пирра… – окликнула Руби.
– Хм?
– Что ты думаешь о той девушке?
Улыбка Пирры моментально увяла, а сама она тут же нахмурилась, поскольку Руби подняла весьма болезненную для нее тему.
– Та, которая разговаривала с Жоном, да? Я не знаю… Раньше я ее никогда не видела, да и сам Жон сказал, что это его знакомая со времен до Бикона.
– Но ведь он никого не знал до Бикона, – заметила Руби. – Разве Жон не жил в каких-то диких землях со своей мамой?
– И с ее подчиненными, Руби. Помнишь, как он сказал, что на нее работают агенты. Эта девушка может оказаться ребенком кого-нибудь из них, так что они с Жоном вполне могли расти вместе.
– Подруга детства?
Эта мысль ранила Пирру подобно стреле, попавшей прямо в сердце. Она почему-то представила себе красивую девушку с пепельными волосами, державшую в руках лук. Нет, пожалуй, это было уже слишком. Жон всего-то один единственный раз с ней поговорил, а Пирра уже пришла к каким-то невероятно глупым выводам.
– Что-то с ней явно не так, – пробормотала Руби. – Не знаю почему, но… но эта девушка мне ни капельки не понравилась.
Похоже, что она и сама оказалась удивлена своим собственным признанием.
Ох, а вот и вторая стрела, на этот раз отправленная в полет уже рукой Руби, воткнулась рядом с первой. Пирра уже почти забыла о том, какие чувства ее напарница испытывала к Жону. Сможет ли она решиться похитить любимого человека у своего первого настоящего друга? Руби была хорошей, доброй и терпеливой… О лучшей напарнице нельзя было даже и мечтать. Так отплатит ли Пирра ей за это ударом в спину?
– Ну, может быть, всё не так уж и страшно, – сказала она. – Возможно, Жон просто столкнулся с ней за день до поступления, как это было, например, с твоей сестрой.
– Возможно…
Треск льда и шипение пламени заставили их вновь посмотреть на арену – как раз вовремя, чтобы заметить, как Жону в грудь врезался огромный огненный шар. Огонь охватил его с ног до головы, а последовавший за этим взрыв докатился до них волной горячего воздуха. Еще пятнадцать минут назад Пирра была бы в ужасе от применения подобных приемов в дружеском поединке.
Теперь же она лишь склонила голову, лениво гадая, сколько же льен ушло на эту атаку, и стоил ли вообще ее результат такой кучи денег.
– Эй, – откашлялся Жон, когда дым немного рассеялся. – Мне казалось, что это именно я должен был нападать. Или мы теперь тренируемся в уклонении?
– В уклонении? – тяжело дыша, прошипела Вайсс. Выглядела она сейчас так, будто желала свернуть ему шею, но при этом прекрасно осознавала всю бесперспективность попытки это сделать. – Мы бы потренировались в уклонении, если бы ты вообще пытался уворачиваться! Тебе не удалось уклониться ни от одной из моих атак!
– Ну, может быть, ты просто слишком хороша в нападении?
Этот комплимент заставил Вайсс буквально задрожать от ярости и ринуться вперед в попытке проткнуть Жона своей рапирой. А вот его защита была… ну, скажем так: там имелось целых шесть футов сплошной ауры и мышц.
Впрочем, Пирра все-таки была вынуждена признать, что оборонялся он довольно грамотно. Клинок же болтался в его руках каким-то бесполезным довеском – Жон не отразил им ни одной из быстрых атак Вайсс и не сумел ни разу ее задеть. С тем же успехом он мог размахивать каким-нибудь картонным мечом. Пирра задумчиво прищурилась. Жон никак не мог оказаться настолько неумелым, иначе ни за что не справился бы с Невермором и Смертоловом. В конце концов, он же поступил в Бикон, так что, скорее всего, сейчас просто скрывал свою силу. Но вот зачем? Пирра могла понять, когда Жон делал это для того, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Но вот по какой причине он таился от своей собственной команды?