– Что ты имеешь в виду? – настороженно спросил Жон. – Я знаю, что он пересек черту, но это же был всего лишь неудачный розыгрыш. Он совсем не собирался задевать тебя, и я хотел потолковать с ним об этом немного позже.
Парень, конечно, был прав, но Эмеральд вовсе не собиралась оставлять все так, чтобы Винчестер отделался лишь несколькими крепкими словечками. Закатив глаза, она улыбнулась.
– Но разве из-за этого Кардин не будет чувствовать себя немного неловко? Его, скорее всего, замучает чувство вины, если он узнает, что его розыгрыш задел совсем не того человека, – девушка заметила, как Жон напрягся, и сделала шаг вперед, положив ладонь на его предплечье. – Как ты и сказал, это был всего лишь розыгрыш. Но как ты думаешь, каким был бы самый лучший ответ на него?
– Ну, наверное, другой розыгрыш…
– Именно, – оставалось только подсечь. – Поэтому мы просто обязаны его как следует разыграть. Не потому что мы его ненавидим или что-то подобное, а потому что таковы правила игры. К тому же ты сможешь лично проследить за тем, чтобы наша шутка не задела никого постороннего.
Парень все еще заметно колебался – прикусил губу, а затем посмотрел туда, откуда только что пришел.
– Ладно, думаю, ты права, – наконец сказал Жон.
Разумеется, она была права. Но на всякий случай Эмеральд нанесла контрольный удар.
– А если мы этого не сделаем, то он может попытаться повторить свой розыгрыш. Что, если на этот раз его жертвами окажутся Вайсс, Руби или Пирра? Разве тебе так хочется, чтобы волосы твоего партнера окрасились в какой-нибудь новый цвет?
Глаза Жона расширились от ужаса.
– Ни в коем случае! Только не это. Ладно-ладно, признаю, что ты полностью права. Я в деле.
Ха, это было так же просто, как отобрать конфетку у ребенка.
– Ты уже придумала, как его можно было бы разыграть? – спросил парень. – Мне в голову пока ничего дельного не приходило.
Улыбка Эмеральд стала чуть более зловещей.
– О, думаю, тут я смогу тебе помочь.
***
– Коко в последнее время стала просто сущим кошмаром, – пожаловалась Вельвет. – Она видит, как я ухожу с утра пораньше, и тут же начинает делать какие-то идиотские предположения. Это же просто нелепо. Я что, уже не имею права покидать комнату, когда захочу? Вот, например, лидер твоей команды требует от тебя отчета, где и с кем ты проводил свое время?
– На самом деле, в этом смысле Синдер от нее мало чем отличается, – ну, пусть кое-какие существенные различия все-таки существовали, но Меркури совсем не собирался вдаваться в такие подробности. – Она очень внимательно за нами следит, особенно за нашим поведением. Но она… эм… не жаждет узнать все последние сплетни, как та же Коко.
– Я вообще сомневаюсь, что хоть кто-то может в этом с ней сравниться, – сказала девушка, закатив глаза. – Иногда она очень сильно меня раздражает!
Рассмеявшись, Меркури продолжил слушать Вельвет, рассказывавшую о том, как шли дела в ее команде. Сначала он намеревался встретиться с ней лишь для того, чтобы получить несколько фотографий, сделанных во время тренировок Жона. Но, похоже, у нее имелась специальная комната для их проявки, и находилась она в противоположном конце Бикона. Поэтому все завершилось долгой прогулкой и еще более долгим разговором. Обычно подобные вещи его сильно раздражали, но с Вельвет было довольно приятно поболтать. А поскольку Синдер с Нео ушли по своим делам, то это все равно было гораздо лучше, чем возвращаться к пребывавшей в плохом настроении Эмеральд.
Честно говоря, у маленького зайчика тоже нашлись свои скелеты в шкафу, которых она предпочитала никому не показывать. Девушка вовсе не была слабой или застенчивой второкурсницей, которой все время притворялась. Но об этом можно было догадаться, лишь узнав ее чуточку получше.
– А Порт просто открыл дверь и испортил мои фотографии! – продолжала она свой рассказ. – Я попыталась объяснить ему, что именно он натворил, но он предложил мне вместо этого сделать его снимки! Тьфу, гадость.
– А зачем тебе вообще понадобилось их проявлять? – спросил Меркури. – Большинство людей сейчас предпочитают фотографировать с помощью своих свитков.
Вельвет посмотрела на него, а затем на фотоаппарат, прикрепленный к ее поясу.
– У меня просто такое хобби.
Ага, как будто он мог бы в это поверить. Девушка, конечно, была довольно умной, но врать совершенно не умела. Впрочем, ему сейчас и не требовался ответ на этот вопрос.